Забвение
Шрифт:
Хоуп увидела белое, искаженное лицо Келли. Она держала в руке пустой шприц.
— Почему я считала, что он такой же красивый, как Клейтон? — громко спросила она. Хотя Келли пыталась шутить, голос ее дрожал.
Хоуп тут же закрыла глаза и попыталась восстановить дыхание. Господи, как приятно дышать… Тем временем Келли столкнула с нее размякшее тело Трента и помогла встать. Уфф… Чудесно.
Трент скатился с кровати, как будто у него не было костей, и упал ничком. Он не шевелился. Келли сильным пинком
— По-моему, готов, — негромко сказала она, затем нагнулась и долго смотрела в его побелевшее потное лицо, пытаясь убедиться, что он действительно отключился. После этого Келли занялась Хоуп. — Ты сильно пострадала? — медленно и отчетливо спросила она.
Но Хоуп еще не могла думать о себе. Она осторожно повернула голову и покосилась на неподвижно лежавшего Трента.
— Как ты думаешь, он не съест ковер?
— Нет, не съест, — мягко ответила Келли. — Дай-ка я помогу тебе. — Она достала из кармана платок и приложила его к кровоточащей губе Хоуп. — Где еще больно, милая? Скажи мне.
Тут Хоуп начала колотить дрожь, и Келли что-то участливо пробормотала.
— Нет, — хрипло сказала Хоуп, когда Келли попыталась укрыть ее одеялом. — Я не смогу успокоиться, пока он рядом.
Келли кивнула, быстро вышла и через минуту вернулась с толстой веревкой.
— Я была чертовски хорошим скаутом, — сказала она веселым, но слегка дрожащим голосом. — В тринадцать лет я получила свою первую награду за умение вязать морские узлы.
Хоуп попыталась улыбнуться.
— Значит, недаром я взяла тебя на работу.
— Я позвонила шерифу, но все знают, что он не сдвинется с места, пока не доест свои пончики, — сказала Келли, когда за ноги оттащила Трента, с крепко связанными за спиной руками, в укромное местечко на полу между кроватью и письменным столом. На всякий случай она решила заодно заткнуть ему рот. — Самые симпатичные мужчины — молчаливые.
Хоуп отрешенно смотрела на него сверху вниз. Ее мучили головная боль и озноб.
— Хоуп…
Она вздрогнула, когда Келли бережно прикоснулась к ее руке. Повернувшись к взволнованной медсестре, Хоуп поняла, что та уже давно зовет ее.
— Дай я помогу тебе. Пожалуйста. — Она протянула Хоуп махровый халат. — Надень-ка. Так ты быстрее согреешься.
Хоуп опустила глаза и увидела разорванную и широко распахнутую рубашку. Под ней виднелись белый хлопчатобумажный лифчик и свежие синяки, особенно заметные на чувствительной белой коже. Юбка слегка спустилась, но все еще обнажала изрядную часть бедер. Хоуп торопливо оправила ее, вспыхнув от унижения. Нестерпимо болело горло. Можно было себе представить, какие там будут синяки.
— Голова и рот, — хрипло сказала она, осторожно трогая шею. Потом поднесла руку к губам и посмотрела на окровавленные пальцы. — Вообще-то болит все, даже душа.
— Знаю, —
Хоуп испытывала те же чувства, но ее гнев был сильнее и спрятан намного глубже. Ею все еще владел ужас. Так хотелось, чтобы ее обняли, успокоили…
Смутная уверенность, что Клейтон находится где-то в доме, заставила ее встать. Не понимая, что она говорит вслух, срывающимся голосом Хоуп прошептала:
— Клей…
Едва услышав это, Келли обернулась к двери и сразу поняла, что там кто-то есть.
Новая волна страха нахлынула на Хоуп. Она закрыла лицо руками и, лишь когда ее колени ударились о ковер, поняла, что оказалась на полу.
Чьи-то руки коснулись ее плеч, она вздрогнула и закричала. Потом подняла голову и посмотрела в самые любимые, самые дорогие и самые зеленые глаза на свете.
Клей…
ГЛАВА 27
Увидев Клейтона, Хоуп пришла в себя, но подавить волнение она была не в состоянии: ее трясло мелкой дрожью.
Слейтер почувствовал, что подбородок его окаменел, глаза заволокло туманом. Руки, лежавшие на плечах Хоуп, сжались. Он повернул голову и вопросительно посмотрел на Келли, суетившуюся с халатом в руках.
— Я еще не успела осмотреть ее. — Глаза Келли были влажными. — Клейтон, помоги мне, скорее.
— Хоуп, милая, — нежно сказал Слейтер и начал стаскивать с себя майку. — Надень-ка, тебе холодно… Вот так, руки сюда, — приговаривал он, натягивая на нее майку. Она пахла Клейтоном и хранила тепло его тела.
Затем он повернулся и посмотрел на крепко связанного Трента. Тот как тряпка лежал на полу. По движению грудной клетки Клейтона Хоуп догадалась, что он что-то говорит. Она подняла глаза и успела уловить последние слова, предназначенные Келли:
— …Нож! Она боролась с ним, а у него был нож?
Хоуп трясло как в лихорадке.
Слейтер был мрачнее тучи. Судорожно обняв Хоуп, он отстранился, чтобы наскоро ощупать и осмотреть ее. Встревоженная Келли была рядом. Хоуп поняла, что они ищут ножевую рану, и задрожала еще сильнее.
Ножом он не воспользовался…
— Ты замерзла. — Клейтон привлек к себе Хоуп так бережно, словно она была сделана из тончайшего фарфора. Он попытался подняться, но она отчаянно вцепилась в него. — Я с тобой, не бойся, — ласково сказал Слейтер, прижимая ее к своей обнаженной груди. Он бережно взял Хоуп на руки, слегка поморщился и вынес ее из комнаты. Пройдя по коридору, Клейтон поднялся в ее спальню. Он наклонился, чтобы опустить ее на кровать, но Хоуп упрямо цеплялась за него и не хотела отпускать.