Забвение
Шрифт:
Она снова начала вырываться, и не ожидавший удара под ложечку Слейтер охнул, отпустил Хоуп и схватился за живот.
— Не уходи, — еле выговорил он, внезапно представив себе, как она садится в машину, бежит от него и попадает прямиком в объятия Трента Блокуэлла. — Пожалуйста, Хоуп, не убегай.
У привалившейся к буфету Хоуп расширились глаза.
— Я ударила тебя, — в ужасе прошептала она. — Сделала тебе больно…
— Я заслужил это, — мрачно сказал он и с трудом выпрямился.
— Нет.
Клейтон бережно взял ее запястье и слегка сжал, утешая себя тем, что Хоуп не уйдет, пока они не поговорят.
— Пожалуйста, не прикасайся ко мне, — сказала она, пытаясь отстраниться. Но разве мог Слейтер отпустить ту единственную женщину, которая похитила его сердце и навсегда лишила покоя? — И не смотри на меня так, — дрогнувшим голосом добавила Хоуп и закрыла глаза.
Свободной рукой Клейтон притронулся к ее щеке и впился взглядом в любимое лицо, пытаясь запомнить его навсегда.
— Не могу, — срывающимся голосом ответил он. — Я люблю тебя, Хоуп. И всегда буду любить… Да, ко мне вернулась память.
Хоуп всхлипнула и попыталась вырваться, но рука Клейтона крепко держала ее затылок, не давая отвернуться.
— Ты сказала, что любишь меня, — тихо проговорил он. — Ты и представить себе не можешь, как я хочу верить в это. — Он выждал секунду. — Но еще сильнее я хочу знать, что ты доверяешь мне, Хоуп. — Он нежно прижал ее к себе и посмотрел в огромные глаза. — Ты доверяешь мне? Да, Хоуп?
Ему показалось, что Хоуп смотрела на него целую вечность.
— До сих пор я никому не доверяла.
Он и не подозревал, что слова могут причинять такую боль.
— Знаю, милая, знаю… — Клейтон вздохнул и робко спросил: — Может быть, все-таки попробуешь?
Глаза Хоуп, почерневшие от охватившего ее отчаяния, на мгновение закрылись. Когда Хоуп открыла их, Клейтон увидел, что они наполнились слезами.
— Попробую.
— Попробуй, — мрачно сказал Клейтон. — У тебя получится.
В глазах Хоуп все еще стояли слезы.
— Посмотрим. Скажи, почему ты скрывал, что к тебе вернулась память? И какие именно воспоминания ты скрывал?
Кончиком пальца Клейтон вытер скатившуюся по щеке Хоуп слезу. Если бы он мог все рассказать ей…
— Не могу.
Хоуп недоверчиво фыркнула, и Клейтон почувствовал, что ее тело напряглось от гнева.
— Почему ты заставил меня думать, что ты раненый, брошенный и одинокий? Господи, как я из-за тебя переживала! День и ночь думала, как помочь тебе, — горько добавила она.
Слейтеру отчаянно хотелось приласкать и успокоить ее. Он смог бы утешить Хоуп, но смертельно боялся, что она сбежит, не поняв его порыва.
— Что это за тайна, Клей?
Как
Хоуп разжала кулаки и осторожно притронулась к груди Клейтона, но тут же отдернула руки, едва они коснулись его обнаженной кожи. Это едва заметное движение испугало его.
— Тебе уже противно прикасаться ко мне?
Хоуп вздохнула и печально покачала головой.
— Наоборот, — сказала она тихим, неуверенным голосом, и Клейтон понял, как ей тяжело. — Совсем наоборот. — Она облизала губы и отвернулась. — Я не доверяю себе, Клей, когда нахожусь рядом с тобой.
— Хоуп…
Она не ответила, и Клейтон снова повернул ее лицом к себе.
— Хоуп…
— Кто ты, Клей? Почему ты оказался здесь? Почему не сказал мне правду раньше?
— Слишком много вопросов сразу.
— Значит, ты ничего не хочешь мне рассказать?
— Я Клейтон Слейтер. Холост. Имею собственное дело и живу в Сиэтле. Один.
Хоуп прижалась лбом к его груди. Некоторое время они стояли так, словно набирались сил для дальнейшего разговора. Потом она подняла голову. В глазах его были растерянность и отчаяние.
— А что еще ты можешь рассказать?
Клейтон молчал, и ей хотелось кричать от досады. Нет ничего хуже непонимания и недосказанности.
А затем выражение его глаз изменилось, и Хоуп поняла то, что ей не следовало знать. Он волновался — точнее, смертельно боялся — за нее.
Все, что он скрывает, имеет непосредственное отношение к ней. Теперь она знала это так же, как собственное имя.
— Как давно, — внезапно сказала она и выпрямилась так быстро, что Клейтон вздрогнул от неожиданности. — Как давно ты вспомнил, кто ты такой, и что же все-таки с тобой произошло?
Он закрыл глаза.
— Клей! — крикнула она, схватила его за обнаженные плечи и стала трясти. — Скажи же что-нибудь. Пожалуйста, ты должен что-нибудь сказать!
— Это случилось в нашу первую ночь, — хрипло прошептал он.
Хоуп смотрела на него, не веря своим ушам.
— Помнишь, у меня заболела голова и я уснул. А когда проснулся, все вспомнил…
Осознав вдруг, что она держит его за плечи, Хоуп отдернула руки, потом оглянулась на дверь и решила, что надо немедленно уйти, остаться одной, чтобы все обдумать и попробовать зализать раны.
Клейтон обнял Хоуп и прижался к ней так быстро и так сильно, что у бедняжки закружилась голова.
— Я ничего не сказал тебе вовсе не потому, что хотел причинить тебе зло, — сказал он с такой болью и таким отчаянием, что у Хоуп хлынули слезы из глаз.