Забытое достоинство
Шрифт:
Здесь, в мрачных глубинах их мира, мертвым был даже воздух. Этот слой был кошмаром бессмертных существ, за границами разума смертных. Сводящий с ума, гулкий вой и скрежет маховиков судьбы, сливались с ударами в обсидиан с той стороны, жутких, искореженных, немыслимых врат. Их возвел ее господин, возвысив свое демоничество, скрывая трофеи что ему достались жутким предательством. Ульма знала что скрыто за ними и страшилась к ним приближаться, все эти века. Боясь что груз вины и грехов сломает своей тяжестью ее волю жить дальше.
Но сейчас, стряхнув черные ладони что сжимали ей плечи, Королева Проклятых
Сердце корежило немыслимой болью в груди, страдания и муки тысяч собратьев, что она отдала Астеру вместе со своею душой, сейчас вливались в нее, сквозь кости и плоть разрывая на части. Лишь на доли секунды хватило харгранку, прежде чем лунокрылый не сгреб ее грубо в охапку и рванул вверх сквозь слои. Едва не обратившись в кристаллы соли, Ульма вопреки всему улыбалась в полете. Она успела увидеть там фиолетовое пламя, лишенное тьмы. И у ведьмы уже был готов новый план.
Увидев совершенно белое лицо жены, когда Уриил с ней на руках вернулся в реальность, Айр сразу же забрал ее у хранителя, бережно прижав холодное тело к груди. Вглядываясь в печальное, усталое лицо, с отчаянным взглядом, рыцарь тихо зарычал, решив что все было неудачно. Но истощенная Ульма отрицательно покачала головой:
— Айр, она там и мы ее можем спасти. Но только мы все, вместе. Нужно ехать в Чащу, нам нужны Ланградцы. — жарко прошептала ведьма.
— Может стоит заехать в столицу и взять Сэру с собой? — спросил воин, быстрым упругим шагом направляясь к двери, кивнув дворецкому на прощание головой.
“Девчонка слишком умна, узнав мой план может обо всем догадаться и попробует Айра переубедить.” — подумала Ульма и спрятав ложь в правде, дала возлюбленному ответ, — Нет, слишком долго, нам надо спешить. Каждую секунду там Лана страдает!
Меняя лошадей в быстрой скачке, без отдыха и сна, Айр с харгранкой легко обогнали войска южных баронов что груженные обозами шли на помощь осажденному форту Равен и достигли затерянной в чаще, родной деревни, за каких-то два дня. Жители встретили их возвращение радостным криком, который быстро потух, словно костер в который плеснули ведро студеной воды, когда ланградцы заметили что их только двое.
Старательно делавший записи в свой дневник, что наказала ему вести в свое отсутствие Ульма, Чарли вскинул голову, услышав приветственные крики. Завернув свиток, мальчишка быстро схватил вязаный свитер и натянув его через голову, бесстрашно сиганул в распахнутое окно. Схватившись руками за ветку росшего неподалеку дерева, он ловко на ней закачался, а следующим прыжком перелетел через ограду, прямо на деревенскую площадь.
После внезапного исчезновения харгранки, успевшей только пообещать вернуться весной, прежде чем растаять в воздухе, Чарли остался жить в доме приютившей его странной семьи совершенно один. Рыся и Брамт его несколько раз звали к ним переселиться, но Чарли наотрез отказался, решив ожидать их возвращения. Парень хоть как-то хотел им отплатить за спасение, поддерживая в избе тепло и не позволяя пламени в печи угаснуть. И вот наконец-то дождался. Он многое успел осознать
Которых задать будет некому. Мальчик это понял мгновенно, когда приземлился на ноги и увидел усталые, понурые лица всадников. Их было всего двое, рыжая учительница и их муж, от которого Чарли обычно старался держаться подальше. Крепко сжав зубы от странного, но такого знакомого чувства, с привычно ледяным лицом, мальчишка стал проталкиваться сквозь толпу собравшихся деревенских.
Рыся, выбежавшая их встречать одной из первых, в накинутом на домашний фартук полушубке, недоуменно оглядываясь звонко спросила у Айра:
— А де Лана, муже? Пошто задержалась, а буде когда? — от испуга и волнения, она вновь принялась коверкать говор.
Прежде чем Айр ответил, Ульма взмахнула рукой привлекая внимание. Деревенские, успевшие привыкнуть к тому как харгранка избегала толпы и старалась прятаться за спинами любимых, удивленно перевели на нее взгляд, а Ульма, звонко и отчаянно принялась объяснять им свой замысел. Точнее ту его часть что им было нужно узнать:
— Лана Лотеринг, графиня, что спасла часть собравшихся из клеток, а остальных из подземной тюрьмы, в беде, люди! — не слезая из седла прокричала ведьма, заставив ланградцев побагроветь крепко сжимая кулаки, — Она попала в лапы тварям Кошмара, которые ее утащили в самые его глубины. Но мы можем ее спасти! Можем освободить, так что внимайте!
Разъяренный рев десяток луженых глоток был ей ответом. Пугая окрестных птиц он прокатился по лесу, а площадь завихрилась от вспыхнувшей алой аурой воинов, что мгновение назад были обычной, скромной толпой. Они были готовы хоть прям сейчас идти штурмовать сам Кошмар ради спасения обожаемой ими хозяйки земель.
— Мать ведающая! Гри че делать, мы там усе по бревнышку перевернем, да тварюкам этим зубы в глотку вобьем! — прокричал бордовый от злости, лысый старик возвышающийся над толпой неподалеку от Чарли.
— Не нужно никуда идти и никого бить, Зуб! Мы должны ей просто дать тепло наших душ и сердец! Осветить ей путь сквозь кошмар нашей верой. Лана очень сильна и вернется на наш искренний зов! А потому запомните эти слова, пред утренней пищей и пищей вечерней, их повторяйте исправно, вспоминая ту что всех нас спасла. Зовите ее вернутся назад и шепчите про себя эту фразу: — глубоко вдохнув воздух, Ульма пробудила в памяти воспоминания и по доброй воле, а не по принуждению Приказа Истенного Имени, как было встарь, громко и отчетливо произнесла чуть измененные слова страшной клятвы:
— Ланатиэль, Ангел Чудес. Я присягаю тебе и по собственной Воле делюсь пламенем сердца, огнем души, что принадлежит мне и тебе. Взываю к тебе, пройди сквозь барьер, проникни в наш мир и принеси с собой вечную славу! Ланатиэль твое имя, я знаю его и этот зов моя Воля!
Ланградцы насупившись со всей страстью шептали про себя мудреные слова, стараясь их запомнить. Простые, искренние и доверчивые, они станут бесценным маяком, свет которого будет способен пронзить даже стену циклов на дне миров. Спасенные крестьяне недоуменно переговаривались, но из благодарности, или страха, тоже запомнили клятву. Когда-то, века и циклы назад, Ульма Кроу посылала людей по всему королевству, заставляя всех своих подданных присягнуть Астеру.