Забытый сон
Шрифт:
Незаметно появился в кабинете и Август Лагадиньш, устроившийся у самой двери. Прибыли Инт Пиесис и Ингрида Петерсен. Из дома, где произошла трагедия, приехала Наталья Николаевна с сыном Юрой, который стал уже совсем взрослым мужчиной. Эмиль Кловис прибыл вместе с Инной Марковной, которую вызвали повесткой. Она немедленно выразила свое возмущение лично начальнику полиции, а затем пожаловалась депутату Брейкшу на самодурство полиции и частных детективов, имея в виду самого Дронго. И наконец, по просьбе Дронго в кабинет Бренча пригласили Татьяну Фешукову и журналистку Марианну Делчеву.
Когда все расселись, Дронго вышел на середину комнаты. Начальник полиции
Дронго оглядел присутствующих.
– Спасибо, что вы приехали, – начал он. – Особое спасибо Лилии Краулинь, которая нашла возможным появиться здесь, несмотря на свое состояние. Я хочу рассказать вам о преступлении, которое произошло в старинном доме, в квартире отца Арманда Краулиня. И сразу скажу, что это было хорошо спланированное убийство.
– Не нужно бросаться эффектными фразами, – не выдержал Айварс Брейкш. – Если у вас есть конкретные факты, то приведите их, а если их нет, то не стоит нам рассказывать занимательные истории из учебника криминалистики. Здесь собрались не дети, господин Дронго.
– Похоже, что вы правы. Здесь собрались люди, которые имеют прямое или косвенное отношение к убийству Арманда Краулиня, – подтвердил Дронго.
– Вы сказали убийству? – переспросила Лилия, вцепившись в ручки своего кресла. Было заметно, что она волнуется.
– Да, – громко подтвердил Дронго, – хорошо спланированному и подготовленному убийству. И мы теперь знаем, кто убийца вашего мужа.
Все замерли. Наталья Николаевна взяла сына за руку. Инна Марковна нахмурилась. Ингрида перестала дышать, ожидая следующих слов эксперта.
– Этот человек сейчас сидит среди нас, – сообщил Дронго. – Он знал Арманда с самого детства. И именно он совершил это преступление. – Дронго протянул руку и показал на Эмиля Кловиса.
Сидящая рядом с ним Инна Марковна невольно отшатнулась. Инт Пиесис шумно выдохнул.
– Вы меня подозреваете? – спокойно спросил Эмиль, но было заметно, что он сильно нервничает.
– Не подозреваю, – поправил его Дронго, – обвиняю.
– Вы с ума сошли?! – губы Эмиля задергались.
Дронго сделал два шага по направлению к нему, словно готовый к обвинению прокурор.
– Вы жили в одном доме, – продолжил он, – вы были знакомы с Армандом с самого детства. Я даже допускаю, что Арманд Краулинь был вашим кумиром. Но потом ваши дороги разошлись. В полиции узнали, что в вашем доме бывают известные педофилы, а также фотограф, который делает омерзительные снимки их оргий. Полиция получила агентурное сообщение об этом, но пока не знала, кто конкретно в этом замешан. Именно поэтому у вашего дома два дня дежурила полицейская машина. Вчера ночью я попросил господина Лагадиньша выяснить, по какой причине машина с двумя офицерами полиции почти два дня дежурила в том тупике. Это был один из двух вопросов, на которые просил его помочь мне найти ответы. Август Карлович выяснил, с какой целью они наблюдали за вашим домом, но, правда, ничего тогда не увидели. А вот вы, Кловис, оказались поистине гениальным убийцей, решив воспользоваться тем, что у вашего дома дежурили офицеры полиции, чтобы создать для себя абсолютное алиби.
Брейкш перестал стучать, слушая
– Все так и было, – вмешался Туулик. – Мы должны были обращать внимание на любого незнакомого ребенка, если он войдет в дом. И вообще на посторонних.
– Верно. Но у господина Эмиля Кловиса произошла небольшая накладка. Фотограф, который обычно приносил ему снимки педофильских оргий, случайно выронил несколько фотографий на лестнице, которые нашел Арманд Краулинь. Краулиню не могла понравиться такая мерзость. Он написал записку «Мне очень жаль» и, не подписывая записку, завернул в нее фотографии, просунул их своему соседу. Подозреваю, что между ними даже состоялся неприятный разговор. Арманду, который мечтал о собственном сыне, было непонятно «увлечение» его соседа и давнего знакомого.
Тогда Эмиль понял, что он может быть разоблачен. Это заставило его продумать и осуществить абсолютно гениальную акцию. Эмиль знал, когда соберутся гости у банкира Леонидова – евреи и мусульмане устраивают праздник на сороковой день после рождения ребенка. Он знал, что в этот день у банкира Леонидова будет много гостей. Консьержа Скалбе предупредили, чтобы он пропускал всех, кто будет подниматься к Леонидовым на третий этаж. Это был своеобразный пароль. Поэтому, когда вечером к Эмилю Кловису пришел фотограф, он спокойно объявил, что направляется на торжество к банкиру. Конечно, если бы он сказал, что идет к Кловису, то дежурный Скалбе обратил бы на него внимание. Но фотограф заявил, что направляется к Леонидовым, и Скалбе ничего больше не спросил. Сидевшие в машине офицеры полиции тоже знали о торжествах в квартире банкира. Но когда все гости Леонидовых ушли, фотограф остался у Эмиля Кловиса, о чем никто не подозревал.
Вечером Эмиль позвонил Арманду и начал объяснять ему, откуда взялись найденные им фотографии. Они говорили по-русски, как обычно говорили с детства. Заместитель Краулиня Инт Пиесис слышал разговор Арманда «о карточках». Будучи финансистом, он решил, что речь идет о кредитных карточках банка, который в это время осуществлял эмиссию новых кредиток. В русском языке слово «фотография» часто заменяют словом «карточка». Арманд был расстроен и не скрывал своего состояния. Позже его супруга тоже обратила внимание, что он нервничал. А Эмиль из состоявшегося с Краулинем разговора точно знал, что утром Арманд приедет в квартиру своего отца, где в то время шел ремонт.
Пиесис достал носовой платок и вытер лоб. В абсолютной тишине Дронго продолжил:
– Всю ночь машина полиции дежурила у дома, но никто мимо нее не проходил. Рано утром на вахту заступил Николай Рябов. И почти сразу появился Арманд Краулинь. Он поставил свою машину рядом с домом и поднялся наверх. Но Эмиль не мог знать, что Арманд вызвал туда же и своего секретаря Ингриду Петерсен.
Арманд поднялся в квартиру, окна которой были раскрыты, поскольку за день до этого там работали маляры и в комнатах сильно пахло краской. В этот момент Эмиль постучал в квартиру. Арманд ему открыл. Эмиль вошел к другу детства якобы для того, чтобы с ним объясниться. Я не знаю точно, что именно там произошло, но, очевидно, Эмиль Кловис использовал обычный хлороформ. Воспользовался ситуацией, подошел сзади и просто усыпил своего соседа, который свалился на пол. При этом Эмиль успел схватить свою жертву, но сделал это так неловко, что запонка с руки Арманда отлетела к окну, угодив в стену под очень острым углом, и застряла там в небольшом углублении. Затем Кловис впустил в квартиру Краулиня своего напарника – того самого фотографа, чьи «карточки» нашел Арманд.