Заколдованное колье

Александрова Наталья Николаевна

Как и тогда у нее перед глазами расплывались строчки.

«Я, Резун Алиса Викторовна, обязуюсь выплатить… в случае если… обязуюсь передать…»

– Что это? – спросила Алиса, отбросив от себя листы. – Что вы мне подсовываете?

– То есть? – Приветливая улыбка на миг сбежала с лица полноватого молодого человека, он наклонился

к ней через стол, и Алиса увидела совсем близко его серые глаза, вспыхнувшие волчьим огнем. – Вам что-то не ясно?

– Мне все не ясно! – громко сказала Алиса. – Вернее, мне ясно, что вы пытаетесь меня обмануть! Какие еще обязательства? Ведь Мировольский мертв!

Адвокат снова сложил губы в приветливую улыбку и попытался что-то сказать, но был отодвинут от стола твердой рукой наследницы.

– И что с того? – прошипела она, склонившись над Алисой. – С чего это ты подумала, что ничего не должна? Деньги у папашки занимала? Деньги, между прочим, очень большие! Бумагу подписала? Плати!

– Присядьте, Мариночка, – засуетился адвокат, – незачем так волноваться. Дело, я повторяю, простое, и решим мы его очень быстро. А вы, Алиса Викторовна, не сочтите за труд, прочтите документы более внимательно.

– Да что там читать! – отмахнулась Алиса. – Речь шла о разводе! Но ведь его убили, с разводом он мне не помог, стало быть…

– Стало быть, – вклинился адвокат, – автоматически вступает в силу пункт три. Читайте, Алиса Викторовна, не спешите!

«В случае… обязуюсь… отказаться в пользу г. Мировольского от принадлежащих мне имущественных прав, в том числе от ценных бумаг, акций и доли в предприятии…»

– Что это? – пролепетала Алиса. – Я не понимаю…

– Не строй из себя дуру! – сказала наследница. – Глупее, чем есть, ты уже не станешь!

– Мариночка… – Адвокат предостерегающе прикоснулся к руке безутешной дочери и снова обратился к Алисе: – Это значит, Алиса Викторовна, что если вы не сумеете вернуть деньги в указанный срок,

который, кстати, истекает на будущей неделе, то должны отказаться от всех прав на фирму. – Адвокат удовлетворенно обвел глазами кабинет Алисы. – Насколько я знаю, денег взять вам неоткуда, стало быть… – Молодой человек с улыбкой развел руками.

Алисе захотелось завизжать, затопать ногами, кинуть в лоснящуюся физиономию адвоката все канцелярские принадлежности, стоящие на столе, а потом схватить за волосы мерзкую девицу и запихнуть ей в рот скомканные листы бумаги: «Вот тебе обязательства!»

Она ничего не сказала вслух, но наследница что-то почувствовала. Она встала и уставилась в глаза Алисе в полном молчании.

Через некоторое время Алиса первая отвела глаза.

– Значит, Алиса Викторовна, – вступил адвокат, – я зайду на следующей неделе. Посмотрю уставные документы, помогу разобраться. А потом вызовем нотариуса, ну и… Как я говорил, дело простое, и оформление не займет много времени…

Как будто она, Алиса, покупает новую машину!

Когда за посетителями закрылась дверь кабинета, Алиса застыла в позе отчаяния. Что делать? Они отберут фирму и акции, а больше у Алисы ничего нет. Даже ее машина зарегистрирована на компанию, так что ее тоже придется отдать. Квартиру муж купил на себя еще до свадьбы, выгнать на улицу он ее не может, но что за жизнь будет у них! Резун напивается каждый вечер до совершенно скотского состояния, и страшно подумать, как он будет издеваться над ней, когда узнает про то, что фирму отобрали из-за ее долгов. И теперь он еще, пожалуй, заявит на нее в милицию о нападении, и ее, может, и не посадят, но затаскают по допросам.

Алиса Резун поняла, что это конец. Было такое чувство, что земля уходит у нее из-под ног, разверзается, как при землетрясении, и она стремительно падает в эту яму вниз головой.