Закон гор
Шрифт:
— Можна с тьолка, можна с корова — как хочишь, дарагой! — весело оскалился официант и, постучав в одну из дверей, таинственно шепнул мне:
— Давай — чечен зыдэс…
Довольно вместительный кабинет, оборудованный не без комфорта, был превращен сегодняшними посетителями в самый настоящий бардак. Верхний свет был выключен — тускло горели настенные светильники, дополняемые сполохами цветомузыкальной установки; из невидимых стереоколонок надрывно голосил Coco Павлиашвили; в воздухе витал устоявшийся запах крепкого мужского
Приглядевшись повнимательнее, я заметил, что вокруг заставленного разнообразными блюдами и напитками стола разместились трое чеченообразных мужиков и пять молодых пригожих дам — все, как на подбор, длинноногие блондинки весьма специфического облика.
— Да, тяжко у вас там, в горах, — пробормотал я себе под нос, раскланиваясь на три стороны. — Совсем, блин, одичали… Ребята отдыхали на всю катушку. Двое были зело бородаты и обладали буйными космами — по всей видимости, с таким понятием, как «парикмахерская», вожди племени их познакомить не удосужились.
Один бородатик, ритмично взрыкивая, целеустремленно засаживал распростертой на полу блондинке, которая, как мне показалось, пребывала в невменяемом состоянии: голова ее безжизненно стукалась об пол при каждом поступательном движении волосатой задницы чечена, а из разверстого рта раздавались звуки, более похожие на предсмертные хрипы, нежели на сладострастные возгласы.
«Нехорошо, — неодобрительно отметил я. — Ну разве можно так с женщиной? После такого секса у нее наверняка получится эпилептический припадок…»
Бородатик намба ту возлежал в просторном кресле и владел сразу тремя белобрысыми особями: две из них лизали ему уши, а третья виртуозно организовывала оральное обслуживание на лобковом уровне — смачные причмокивания были слышны даже на фоне надрывавшегося Coco.
Этот экземпляр, по всей видимости, с детства страдал неизлечимой манией стяжать лавры преподобного Цезаря: помимо всего прочего, он ухитрялся засасывать из горла большой бутылки какую-то горючую жидкость, периодически тыкал вилкой в тарелки на столе, курил сигарету и в процессе всей этой занимательной процедуры ловко улучал моменты, чтобы утробно рыгать во всю пасть.
«Во какой! — от души восхитился я. — Жаль, что жопа глубоко в кресле — тебе бы еще для комплекта попукивать с интервалом в двадцать секунд — и тогда все! Тогда — в книгу Гиннесса…»
Третий чечен разительно отличался от сотоварищей: был он гладко выбрит, подстрижен ежиком и располагался лицом ко входу, практически полностью укрывшись за фигурой пятой блондинки, оставшейся не у дел. Левую руку бритый держал под столом и настороженно смотрел на меня.
«Повезло!!!» — задорно крикнул кто-то у меня в голове. Я, не сдерживаясь, облегченно выдохнул и пошел к бритому здороваться.
Передо мной сидел старший
«Повезло», — повторно отметил я и, повинуясь жесту Руслана, уселся в кресло рядом с ним. Две трети чеченцев, сшивающихся в этом мерзком заведении, могли оказаться крутыми, а половина этих крутых наверняка не имела никакого отношения к банде Асланбекова. Официант чисто случайно вывел нас на самых крутых, по его мнению.
— Наливай! — распорядился Руслан, не вынимая руку из-под стола, и, кивнув в сторону бородатиков, посоветовал:
— Не обращай внимания: ребята соскучились по бабе — ненасытные…
«По-русски говорит практически без акцента, — отметил я, наливая себе в свободный фужер водки. — А это определенным образом характеризует». Я давно заметил, что, чем сановитее чеченец, тем он лучше изъясняется по-русски — видимо, подсознательная тяга к общепринятой коммуникации заставляет соответствовать желаемому статусу.
— Стволов при себе не имею, — предварил я возможные вопросы и продемонстрировал Руслану изнанку своей куртки, привстав из кресла. — Мы мирные, когда хотим деловой разговор вести…
Стукнули фужерами, выпили, закусили.
— Как звать? — поинтересовался Руслан, отослав маячившую между нами блондинку в дальний угол и укладывая что-то на пол под столом: отчетливо стукнул металл.
— Фома, — представился я с таким видом, будто при звуке этого имени собеседник должен был немедля проникнуться к моей персоне всепоглощающим уважением.
Руслан изогнул левую бровь и пожал плечами.
— Это «погоняло», — веско добавил я. — Спроси любого в Липатове, кто такой Фома, тебе скажут…
— Я знаю, что вы из Липатова, — бросил Руслан и поморщился — приходилось слегка напрягать голосовые связки, чтобы пересилить навязчивого Coco. — Из братвы?
— А что — есть варианты? — несколько уязвленно спросил я. — Кто еще к вам сюда залез бы?
— Ну, мало ли… — Руслан опять пожал плечами. В этот момент бородатик номер один наконец-то достиг оргазма и постарался, чтобы все присутствующие об этом узнали: он тонко вскрикнул, аки забиваемое на мясо порося, выбил ногами конвульсивную дробь и от избытка чувств громко испортил воздух.
В кабинете запахло мясокомбинатом.
— Фу, животное… — с отвращением пробормотал Руслан и, внезапно раздражившись, крикнул оставшейся не у дел блондинке:
— Сделай музыку потише, да! Не видишь — я с человеком разговариваю?!
Блондинка послушно метнулась к «Пионеру» и убавила громкость — Coco обиделся и смодулировал в ре минор.
— Что за дело? — поинтересовался Руслан и, спохватившись, присовокупил:
— Меня зовут Руслан, а этих… — он с сомнением посмотрел на своих соратников и махнул рукой: