Закон гор

Пучков Лев Николаевич

— Ты останешься с ними один? — усомнился тот, что владел тремя блондинками.

— Нет, я останусь с ними впятером! — язвительно заявил Руслан. — Тебя почему это волнует?

— Опасно… — троебабец неопределенно пожал плечами. — Они же крутые…

— Дуйте давайте! — раздражился Руслан. — Крутые… Я таких крутых пачками драл…

Космачи, подталкивая перед собой блондинок, покинули кабинет, одарив меня на прощанье неприязненными взглядами.

— Куда ты их послал? — поинтересовался я.

— В зал, — ответил Руслан. — Они твоих корешей

сюда направят, а сами пока посидят за их столиком. Надо же нам познакомиться, хлеб есть вместе: как-никак, дела будем делать, дружить будем…

— Зал большой, как они найдут моих парней? — прикинулся я. — Может, я схожу с ними?

— Отдыхай! — Руслан этак барственно махнул рукой. — В этом кабаке есть только один столик, за которым сидят сразу три русака, они его сразу найдут…

А дальше все развивалось по заранее разработанному сценарию. Приперлись мои «кунаки», и мы что-то около часа предавались совместным возлияниям. В процессе данного мероприятия перезнакомились в доску, воспылали приязнью друг к другу (русский и чечен — дружба навек!) и залюбили друг друга, аки единоутробные братовья. А между делом договорились, где, когда и как.

Джо, войдя в образ, настолько расчувствовался, что предложил Руслану прямо завтра с утра подогнать ему тачки к кабаку-и хай они на них катят в ридну Чеченщину! А стволы, дескать, потом. Это была проверка на вшивость: мы мимоходом пытались выяснить, какие нас ожидают перспективы.

Перспективы оказались что надо: Руслан рассыпался в благодарностях, но твердо отказался от такого трогательного доверия, пояснив, что на «левых» тачках им проехать через целый ряд наших блокпостов никак не удастся — захомутают при первой же проверке. Нет, хлопцы, — такой товар надо доставлять совсем иначе…

А меня здорово обнадежил тот факт, что вновь обретенный «братишка» под звон бокалов очень ненавязчиво и искусно выведал у нас, сколько мы «весим». Мы, разумеется, не стали его разочаровывать и расписали весьма радужные картинки с выставки. Правда, чересчур общительный Джо, как мне показалось, выдал что-то вообще несусветное: заявил заплетающимся языком, что, ежели собрать в кучу все его бабки и продать имеющуюся в собственности недвижимость, получится никак не менее «лимона» баксов. Вот это залупил так залупил!

Я было глянул на него зверем, но заметил, как азартно засветились нетрезвые глаза Руслана, и оставил все как есть. Пусть себе порадуется — недолго осталось…

… Дубы начали редеть — просека потихоньку расширялась, медленно выворачивая нам навстречу покрытую лесом вершину старого горного хребта.

Разговор как-то сам по себе иссяк: теперь и Ваха слегка напрягся, перестал каламбурить и уставился в окошко, делая вид, что созерцает панораму горного края. Еще минут пятнадцать, и мы выберемся к горловине ущелья…

Да, пятнадцать минут, малюсенький промежуток, в котором мы пока что можем распорядиться своей судьбой, как посчитаем нужным. Еще не поздно внять немым мольбам Джо и попробовать реализовать

эту заманчивую на первый взгляд авантюру. Эх, если б знать, как все получится! Была бы стопроцентная уверенность в том, что с той стороны ущелья нам светит хрен по всей морде, а с этой имеется хоть какой-то процент удачи, можно было бы стукать Ваху по кумполу и разворачивать оглобли.

Но увы, все знать не дано никому — это аксиома… А потому я отвернулся от Джо, чтобы не встречаться с его шалыми глазами, в которых явственно читалось страшное искушение. Ты, Джо, безнадежный оптимист! Я, например, давненько смирился с мыслью, что не взять нам тех двух «лимонов» без Зелимхана. Смирился и настроился на работу, и нечего душу бередить…

Тогда, на «стрелке», я весь чесался от любопытства: каким же макаром Зелимхан собирается с нами рассчитываться? Все варианты перебрал — и ни один мне не понравился: в каждом из них имелись прекрасные возможности для взаимного обмана.

Все сводилось к одному: или мы соглашаемся на оплату после акции, и они нас обувают; или они дают деньги вперед, и мы их накалываем. Даже если переполовинить сумму: один — предоплата, один — после, все равно накалываем — нам и одного «зеленого» «лимона» хватит.

Когда разговор скатился непосредственно к порядку расчета, я не выдержал и поинтересовался у Зелимхана:

— Чек на предъявителя? Или укладка анонимного багажа в банк, ну, чтобы изъять могли только совместно?

Зелимхан смущенно разулыбался (такой добрый, такой ласковый… волк) и развел руками:

— Знаешь, Иван, — я не соображаю в банковских выкрутасах. Но кое-что понимаю в военном деле, ты в курсе…

Я согласно кивнул: уж это точно — в военном деле ты разбираешься от и до. Сотни федералов, воевавших в Чечне, могли бы с готовностью подтвердить это, если бы… если бы они остались в живых, эти офицеры и солдаты, павшие от ловких рук твоего отряда смертников…

— Я предлагаю вот что, — Зелимхан вытащил из-за пазухи сложенную вчетверо карту Северного Кавказа, развернул ее и потыкал пальцем в красный крестик, поставленный у самой границы ЗОНЫ с Россией. — Там есть такие большие пещеры — много пещер… Знаете?

Мы со Шведовым переглянулись — если можно переглянуться с маской, — и я подтвердил:

— Знаем. Бывали. И что?

— Если договорились — завтра в девять ноль-ноль встречаемся тут, — Зелимхан ткнул пальцем в синюю отметку, поставленную неподалеку от красной. — Возьмете с собой эту машинку, ну, которая баксы проверяет… Есть такая машинка?

— Детектор, — подсказал Шведов. — Найдем, если потребуется. Дальше давай.

— Возьмете с собой взрывчатку, мины — тудым-сюдым — все, что надо, и хорошего сапера… Сапер есть?

— Слушай, это не твои проблемы, что у нас есть, — недовольно заметил Шведов. — Ты излагай, излагай…

— Ну ладно — дело ваше, — согласился Зелимхан. — Короче, посчитаем бабки, потом вы их спрячете, заминируете пещеру — и… и все. Дальше — наши дела.