Закон негодяев
Шрифт:
— Один в больнице с сотрясением мозга. Двое других тоже сильно избиты.
Ты напрасно так веселишься. Когда мы добьемся хоть какого-нибудь результата, все может измениться в обратную сторону. И твои ребята будут отрабатывать эти приемы уже на тебе.
— Учту, — настроение у него испортилось, — санкцию на обыск выписывать?
— Да, мы сейчас за тобой заедем. Своему прокурору пока не докладывай.
Потом расскажешь. А то, боюсь, его мэрия так настроила, что он теперь не даст нам работать.
— А при чем тут мэрия?
— Увидимся,
Положив трубку, он добросовестно сел выписывать санкцию на обыск. За подписью он отправился к заместителю прокурора — Виктору Миловидову. Тот, ничего не спрашивая, просто подписал санкцию. У него с утра сильно болел зуб, и он уже сожалел, что заявился на работу в таком состоянии.
Михеев приехал с тремя сотрудниками. Среди них Чижов узнал Стеклова и приветливо кивнул ему.
— Значит так, — серьезно сказал Михеев, сидевший на переднем сидении, — мы столкнулись с мощной, хорошо организованной группой. Вчера эксперты из МВД по моей просьбе проверили наши телефоны. Этим молодчикам удалось даже подключиться к нашему кабелю. Отныне по телефону больше ни одного слова. Да и в машине разговаривать опасно — с такой техникой они могут слышать нас и здесь.
— Хорошо работают, — не удержался Чижов, — нам бы такую технику.
— Вот-вот, — Михеев оглянулся, — твои и мои ребята по-прежнему на хвосте.
Разрешение на обыск у кого подписал?
— У Миловидова.
— Правильно сделал. Твой Морозов сразу начал бы бисер метать. Знаешь, людей ведь по разному купить можно. Одного деньги интересуют. Другому нужна слава, третьему — власть. Твой Морозов спит и видит себя прокурором города.
Поэтому ни за что не будет ссориться с мэрией Москвы. Это для него самое важное. Он, конечно, относительно честный человек, но за пост прокурора города…
Михеев сделал страшное лицо. Все сидевшие в машине ребята дружно расхохотались.
— Говорю только для вас, без передачи, — строго напомнил Михеев, — а вообще с прокурором района нам еще повезло. В соседнем такой хапуга сидит.
Прямо в кабинете деньги берет, И ничего не боится. Лучше уже пусть о власти думает, чем, как тот, за рубли продается, словно дешевка какая-нибудь.
Он достал пачку сигарет и, вытащив оттуда сигарету, начал мять ее в руках.
— Раньше знаешь как было, — продолжал Михеев, — наш район одним из самых важных считался. Мы лучшие автомобили получали, новую форму. В нашем районе жил сам Леонид Ильич. А теперь всем все до лампочки. Главное — карманы набить и семью вовремя за рубеж отправить. Здесь направо поверни, — попросил он водителя, — там проезд закрыт.
Через минуту их машина остановилась перед чистым, недавно отремонтированным трехэтажным особняком. Это было здание фирмы «Ампекс», — Пошли, — приказал Михеев, — понятых, конечно, не найдем. Но, думаю, там особенно возражать не будут. — Обычно понятых с собой не возили, находя их уже на месте.
В вестибюле стояло двое высоких ребят в полувоенной армейской форме.
— Куда идете? — строго спросил охранник.
— Обыскивать ваше здание, — любезно ответил Михеев, — и отойди в сторону.
Не мешай правосудию работать.
Растерявшийся от этих слов парень сделал шаг в сторону и они прошли к лифту.
— А разрешение? — бросился к ним охранник. — Разрешение имеется?
— Неужели мы такие дураки? — убедительно спросил Михеев, нажимая кнопку. Лифт пошел на третий этаж.
— Откуда вы знаете, что руководство сидит на третьем? — спросил Чижов.
— Интуиция, — подмигнул Михеев, — вот мы и приехали.
По коридору тянулись ковры. Всюду стояли скульптуры и вазы, словно в музее. Навстречу им шел сам Гурам Хотивари.
— Почему не предупредили о приезде? — сладко улыбнулся он. — Встретили бы вас. Будьте как дома. Это был дом нашего покойного друга. Здесь он работал.
Мы ничего не трогали в его кабинете.
Михеев как-то неопределенно хмыкнул и первым вошел в кабинет покойного.
За ним потянулись все остальные.
В большом просторном кабинете был идеальный порядок. Михеев огляделся.
— Ничего не трогали, — пробормотал он, — хорошо работаете, ребята.
Хотивари улыбнулся.
Михеев подошел к телефону, взял трубку, набрал чей-то номер.
— Игорь Андреевич, это я. Мы уже на месте. Посылайте своих ребят.
Он положил трубку, подмигнув Чижову. Тот ничего не понимал. Но зато Хотивари понял все.
— При чем тут Игорь Андреевич? — строго спросил он. — Какое отношение имеют его люди к расследованию этого убийства? Это совсем другое управление.
— Как раз то, которое нас интересует, — весело заметил Михеев, — а вы почему так беспокойтесь гражданин Хотивари? Насколько я знаю, вы вообще не состоите в штате фирмы «Ампекс». Как это вас охрана пропускает без пропуска?
Хотивари покраснел, надулся, но ничего не сказал.
В кабинет протиснулся Важа.
— А, вот еще один наш старый знакомый, — улыбнулся Михеев, — кстати от имени Жени Чижова и от своего имени благодарю ваших людей. Они, кажется, здорово отличились вчера у дома нашего следователя. Молодцы.
— Что произошло там? — спросил по-грузински Хотивари.
— На следователя бандиты напали, мои ребята его защитили, — пояснил Важа.
Хотивари хотел что-то сказать, но передумал, повернувшись спиной к своему помощнику.
— У меня к вам несколько вопросов, — сказал Чижов, — если можно, отвечайте прямо здесь, пока ребята смотрят кабинет.
— Конечно, можно, — Хотивари взял стул, сел на него. — Присаживайтесь.
Так какие у вас вопросы? — Михеев отошел к окну.
— Почему в тот день ваш друг оказался совсем один в гостинице?
— Не знаю, родной, правда, не знаю, — вздохнул Хотивари, — мы сами об этом думаем, ответа не находим.
— А почему он вообще жил в гостинице «Украина»? Что, он не мог купить дом? Или поехать на свою дачу?