Закоулок

Предисловие: Перед вами сборник рассказов из цикла «Городских легенд", включающий себя как и чудесные случаи, произошедшие на улицах неизвестного города. Так и различные странные рассказики, написанные в разные моменты жизни, на старых салфетках, блокнотах и сигаретных пачках.

История первая: Кривая дорожка.

– "Я бы не советовал тебе, шутки ради попытаться прыгнуть прямо в середину."-с предельно серьезным лицом посоветовал мне мой не менее пьяный, как мне казалось

тогда, приятель-

"Расшибешься, костей не соберешь. А достать мы тебя уже не сможем, так будет, если ты окажешься из подходящих людей. Я серьезно тебе говорю, так уже бывало. Люди по глупости падали туда, не могли выбраться самостоятельно. Это тропа такая."

Я скосил глаза на говорящего, поморщившись от слишком резкого, с взвизгами голоса моего сегодняшнего собутыльника. Вот гонит то, насупив кустистые черные брови.

По лицу видно, что гонит, как и то, что его мамка точно подгуляла с кем-то с прославленного бахчами Таджикистана. Да и сам Сашек, как представился тот, горячего нрава в чем я успел убедиться сразу же после знакомства чуть не заехав тому в нос за предъявы.

Потом разговорились более-менее, нормальным показался и вот мы здесь.

Это здесь-проулок, как раз в трехсот шагах от ларька, где у нелюдимой даже на вид женщины неопределенного возраста можно затарится куревом, об том мне он же и поведал.

Ну а я поддержал идею, будучи обеими руками только за, нещадно ломало по этой теме.

Сам же проулок был достаточно широкий, такой, чтобы в нем могли развернуться две колымаги вроде моей.

Только если бы дорогу с двух сторон не ограничивали канавы, скрытые сейчас от глаз бетонными блоками.

Как я успел заметить, одна из канав, блестящая поверхностью застоявшейся воды, как ни странно чистой поверхностью между прочим, ни мусора в ней, ни пакетов ни утопленных дохлых кошек на крайняк, в которую я еще, следуя природной склонности запустил окурком, была к тому-же при всей своей узости довольно глубокой.

Того и гляди на дне мелькнет что-то живое, рыба типа, ага. Место же, которым пугал меня чувак, с которым я познакомился пару часов назад и впрямь выглядело запоминающемся.

Если разбить проулок на части, то мы бы стояли на его второй четверти, как раз у левой границы круга, граффити; спирально закрученная лестница, хреново прорисованное на самом деле.

Вроде гипнотизирующей спирали.

Не ясно где начинается было бы, если бы не железные, воткнутые в асфальт штыри, как видно изображающие перила от лестницы. И то, лестницы для каких-то левых гномов, не для людей.

Самая длинная палка едва достигает моего колена, всего их штук восемь, частоколом вогнаны в асфальт, вбиты, да так, что кое-где вокруг штырей он растрескался, кусками развалился и из земли вовсю прет трава. Навстречу солнышку тянется.

А самая короткая палка- тщательно вбитое железное полукружие уже в самом рисунке, первую ступень от остальных, ближе к центру круга ограничивает, чуть заступая за линию спирали. Да и рисунок цветной, коричневую краску из баллончика явно не пожалели.

Только вот художник рукожопый,

тут ничего не сделаешь уже. Перевожу взгляд на Шурика, с трудом ворочаю точно распухшим от многократных возлияний языком. Мямлю.

– "Заливаешь." – смеюсь, представляя эту ситуацию. Придумал то, ему бы книги писать с такой фантазией.– "И кто же эти подходящие по твоему мнению?"-на что мой приятель отвечает нецензурным выражением, вызывая смех у обоих. Продолжает загонять.

– "Присесть, штыри перебирать, даже до того, что в асфальт утоплен и все случится. Туда попадешь если подходишь."

– "Трогать асфальт, а если на него поссал кто, кто то, кто тебе эту историю втирал? Вон туда, прям в трубу залил, тип давай, ага?"-

С превосходной логикой с трудом варящей сейчас башни осведомляюсь я.

А потом какого-то черта присаживаюсь, задирая пятки, с трудом сохраняя такое положение, ухватываю за ржавый крайний и самый длинный штырь, (ржавчина тут же пачкает ладони, кожу неприятно свербит) перебираю каждый в руке пробираясь на корточках к забитой так, что лишь край выпирал, трубе, хлопать со всей дури по земле я не собирался. Так, дурковал.

Потом, все что я вспомнил-шаги моего нового знакомого сзади и болезненный, до белых молний, распарывающих виски, удар по голове. Потом чужая рука распирает карман куртки, тянет мобильник, с матом откидывают прицепившиеся к чехлу ключи, те звякают об асфальт, который уже приласкал мою физиономию и зрение само милосердно гаснет. Лошара.

Прихожу в себя когда уже почти угасает вечерний свет, скребу пальцами по земле, цепляю что-то металлическое, последняя труба, ага. Так тебе, крою и себя и его отборными матами. Боль при движениях жестоко прошивает тело, еще и по ребрам получил. Заслужил.

Привстаю медленно. Тащит вперед, почти теряю равновесие. Неверные шаги. Прямо в круг, первая ступенька, рисунок. Отмечаю про себя, вторая проваливается под ногой, выемкой в асфальте, что за хрень, спотыкаюсь, следующая. Глубже, ударяюсь боком о твердую стену. Серую, серее чем асфальт, адски холодную.

Странный камень бликует, стремительно, до простреливающей в виски боли, поворачиваю голову, на дороге растянулся скрюченный черный силуэт, большой для лежащей собаки, не помню собаки. Человек это…это же… кричу, срывая голос, куда-то бросаюсь вперед в панике, спотыкаясь, почти срываюсь с узкого скользкого карниза, мелькают коричневые, цвета дерьма ступени.

Удачно валюсь спиной на самый край этой же лестницы. Чудом не ухнув вниз, в темноту, противную, должно быть скользкую как гадины, душную, ступени впиваются в бока, больно, а под пальцами разъезжаются как глина, отвратительно, мне так противно.

Не хочу, не хочу подниматься наверх, видеть это. Спину, грязную футболку. Глюк. Может я просто ужрался в хлам и лежу в баре, удобно положив щеку на горсть салфеток, вытащенных, смятых..да плевать!

Приподнимаюсь, ползу на четвереньках, пачкая штаны, а спиральная лестница не такая и длинная, расширяется книзу, заполняя как я понял центр рисунка..встаю на ноги снова..ступени мягкие..глина..а опрешься рукой или ногой-камень..то же самое со стеной.