Замена

Бондарь Дмитрий Владимирович

— Какое желание? — Хорст сидел на своём стуле недвижимо, пораженный напором и хозяйской уверенностью обладателя его прежнего тела.

— Это уж тебе виднее — какое. — Хохотнул громила и подмигнул, — Не стесняйся! Загадывал, значит. И стал купцом Гансом Гровелем.

Хорст растерялся: тщательно оберегаемая им тайна стала известна ещё кому-то! Видимо, он изменился в лице, потому что громила улыбнулся так, словно нашел подтверждение своим заявлениям.

— Не бойся, мы все трое теперь в одной лодке. Я тоже не всегда имел такое… такое большое тело. А дедушка, перед тобою

стоящий, вот он и есть настоящий Ганс Гровель. Запутанно как-то звучит, да, Гансы? Давайте начнем с представления. Итак, я — крестьянин Хорст, ранее известный в миру как маршал Бродерик. Вот этот достойный человек, — он показал пальцем на старика, чтобы было понятно всем, — маршал Бродерик, до недавнего времени отзывавшийся на имя Ганс Гровель. Ну и оставшийся участник нашего приключения — Ганс Гровель, несколько дней назад крутивший хвосты быкам. И звали его тогда Хорстом. Вроде ничего не напутал?

— Правильно, — старик, устав стоять, величественно прошествовал к стоявшему в углу креслу.

— Бродерик? — Переспросил Хорст. — Тот самый? Маршал Бродерик, герцог Лана? Непобедимый?

— Он и есть, — просто ответил Бродерик. — Маршал, герцог, Непобедимый. Можно продолжать?

— Маршал Бродерик! — Глаза восхищенного Хорста стали напоминать оловянные плошки: стали огромными и тускло засветились. — Мы же ещё детьми играли «в Бродерика и кочевников», «в Бродерика и нечестивых», «в Бродерика и…»

— Хватит, — оборвал его помолодевший маршал. — Потом расскажешь, как ты ждал этой встречи. Теперь, давайте продолжим наши дела. Ганс, ты не против?

— Нет, — старик, удобно расположившийся в своем любимом кресле, расслабленно кивнул.

— Вот и отлично! — Потер руки Бродерик. — Вот что думаю: чтобы впредь не путаться между собой, и нечаянно не напугать посторонних, предлагаю закрепить имена за носящими их телами. Я буду Хорстом, ты Гровелем, а дед останется Бродериком. Согласны?

Ответом ему было молчание, прерываемое сиплым дыханием маршала. Потом из угла раздалось недовольное:

— Я не дед! Но пусть будет так.

— Вот и славно! Итак, Хор…, тьфу, Ганс, тебя, наверное, мучают догадки — уж не хотим ли мы отобрать твое нынешнее тело, дом, деньги, если они ещё остались, и остальные преимущества, полученные тобой?

— Ага, — нынешнему Гровелю (а теперь, чтобы и нам не запутаться, мы тоже будем называть наших героев соответственно предложению Хорста-Бродерика) стало на самом деле интересно, зачем явились эти люди.

— Наверное, я тебя расстрою, но ответа на этот вопрос нет. И чтобы его получить, мы были вынуждены три дня натирать задницы о сёдла. К тебе, уважаемый, ехали.

— А я ничего не знаю, — развел руками Гровель. — Ничего не докажете!

— Давай-ка сначала. Итак: берег реки, два войска готовятся к сражению. Я молю Всевышнего о даровании мне ненадолго молодости. Потому что твердо рассчитывал погибнуть в том сражении. Дальше — Мерид: купец Первой гильдии Ганс Гровель, разоренный своим нечистым на руку партнером, желает власти, чтобы покарать обидчика. Всего лишь дня на три. Что в итоге? Я молод, и не сложил голову, он стал маршалом, и прошло уже четыре дня. Что

там с твоим желанием?

Гровель наморщил лоб, тщательно вспоминая слова, сорвавшиеся тогда с губ и после некоторого усилия начал бормотать:

— Господь-вседержитель, забери меня отсюда! Хоть куда, лишь бы подальше! Я отслужу, как посчитаешь нужным! Молиться буду о славе твоей, только забери меня отсюда, Господь великий, милостивый! — Он на мгновение замолчал, припоминая, что еще что-то говорил о количестве молитв, но здесь память отказала ему в своих услугах, и лже-купец виновато добавил, — вот что-то такое говорил.

Хорст, присевший на кровати, и Бродерик, поднявшийся из кресла, смотрели друг на друга, осмысливая сказанное, и на лицах их проступало недоумение.

— И всё? — Спросили они в один голос.

— Ну да. Даже не выругался. — Гровель пожал плечами.

Повисла непродолжительная пауза, пока двое гостей придумывали толкование его словам, а Гровель соображал, чем ему это грозит.

— Однако, — первым раскрыл рот нынешний Бродерик. — Сумасшествие какое-то! Почему?

Хорст сначала левой рукой почесал свой затылок, потом, когда это не помогло — правой. Рук оказалось недостаточно, чтобы решить задачу, и он изрек:

— Недоступны пониманию дороги, которыми ходят боги. И все же, — вновь возвращаясь к образу деловитого парня, заметил он, — нам, любому из нас, нужно быть уверенным, что обратное превращение, если оно возможно, не окажется столь же внезапным. Согласны?

Гровель быстро кивнул, соглашаясь, а Бродерик, оглаживая бороду о чем-то напряженно размышлял: на его лбу, и без того похожем на кору столетнего дуба, морщины собрались волнами. Наконец и он согласился:

— Да, это так. Значит, старый план в силе?

— Какой план? — Проявил любопытство Гровель.

Хорст недоуменно посмотрел на купца, вспомнил, что тот ещё ничего не знает о принятом решении искать колдуна и терпеливо объяснил:

— Мы с Бродериком немного поразмыслили и сошлись в том, что ответ на наш вопрос могут дать только эльфийские мудрецы или орочьи шаманы. К ним нам и предстоит вскоре отправиться.

— А-а-а, — понимающе протянул Гровель, — вон как! Я-то чем могу помочь? Коней вам дать?

Хорст несколько долгих мгновений непонимающе смотрел на Гровеля, потом почти беззвучно расхохотался. К нему присоединился Бродерик — из темного угла раздались звуки, напоминающие те, что издает собака, поперхнувшаяся сладкой костью. Гровель молчал, искренне недоумевая, что могло вызвать такое веселье.

— Молодец! Ну вот молодец! — Сквозь смех заявил Хорст. — Держу пари, что дела у этого барышника в полном порядке!

— Да, кстати! — Встрепенулся в своем кресле нынешний Бродерик. — Я во дворе видел людей Езефа. Что здесь происходит с моим хозяйством? Менялы уже, поди, всё описали?

Гровель поерзал на табурете, соображая, стоит ли отчитываться перед бывшим хозяином, но под вопросительным взглядом Хорста не смог удержаться и похвалился:

— Дела в порядке. У меня не забалуешь. Думаю вот ещё воловьими шкурами заняться. Говорят, зольно-дубильные мастерские теперь на подъёме.