Замки у моря

Райан Патриция

— Ты так прекрасна, — пробормотал он. — Именно такой я тебя и представлял.

Она ощутила укол блаженства с такой силой, что вскрикнула, прижавшись к Тому.

— Ты великолепна, — прошептал он, целуя ее шею. — Такая сексуальная. Я хочу заниматься с тобой любовью всю ночь.

— Но у тебя нет, мм…

— Презервативов? Они у меня есть. — Он кивнул в сторону стола, на котором оставил свои вещи. — Там, в кармане шорт.

Она приподняла брови.

— И ты все время носил их с собой?

Том усмехнулся.

— Парень

всегда может захотеть. — Он поцеловал ее в лоб, поднялся и направился к веранде. — И иногда эти желания осуществляются.

Салли встала и последовала за Томом. Он стоял к ней спиной, открывая упаковку, которую достал из бумажника. Она сняла ночную рубашку и положила ее на столик рядом с вещами Тома.

Он повернулся к ней и улыбнулся.

— Да, так намного лучше.

Он обнял ее, поцеловал, посадил на край стола, властно притянул ее к себе и стал целовать, крепко держа в руках. Опустив Салли на спину, он взял в рот сосок, дразня его губами и языком. Она запустила руки в его волосы, обвила его ногами, чувствуя, что скоро удовольствие захлестнет ее волной.

Он с каждым разом все настойчивее проникал в нее. Она никогда не чувствовала себя более желанной. Ею никогда так не обладали.

На его плечах и торсе сверкали капельки пота.

— Еще раз, — хрипло проговорил Том. — Я хочу почувствовать это.

— Да, — прошептала Салли.

И в следующую секунду напряглась в предвкушении. Он громко простонал, вцепившись в ее бедра, наращивая скорость своего стремления. Еще, и еще, и еще. И разом обрушился на нее, весь потный. Его руки, чуть дрожа, обнимали ее.

— Я знал, что это будет именно так, — прошептал Том. — Я знал это.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Солнце уже садилось, когда Салли втащила велосипед через входную дверь и покатила через гостиную в холл, куда обычно ставила его. Изумленная, она остановилась.

Ваза, полная полевых цветов, стояла посередине кофейного столика. От цветов исходила смесь тонких ароматов, которые легкий ветер обычно приносил с поля, простиравшегося рядом с домом. На вазе виднелись остатки клея от ценника, а вокруг нее был завязан бант из коричневой бечевки.

Цветы стояли и на веранде в одной из больших синих кружек. Здесь бант был сделан из толстого белого провода. Еще один букет, с бантом из проволоки, украшал обеденный стол.

Заскрипел потолок. Том ходил наверху. Салли стало интересно, видел ли он ее и что думает по поводу ее долгого отсутствия. Она поставила велосипед и отправилась в ванную, где ополоснулась после своего марафона.

Обернувшись полотенцем, пошла в спальню и остолбенела на пороге. Неубранную постель усыпали цветы. Простыни были смяты после бурной ночи любви.

Они уснули только на рассвете. Когда Салли проснулась, комната светилась от ярких солнечных лучей, но Тома не было. Она услышала

звук ручной пилы на втором этаже и поняла, что он уже приступил к работе. Вспоминая прошлую ночь, качели, веранду и эту кровать, она снова ощутила прикосновение его рук, его тела. Салли чувствовала, что между ними появилась какая-то связь, большая, чем просто физическая. Ночь с Томом усилила эмоции, которые она испытывала к нему с самого начала, превратив их в более близкие, даже слишком.

Она приняла душ, надела облегающие шорты и футболку и уехала на целый день, чтобы разобраться в своих мыслях.

Чувствовал ли Том то же самое? Мужчины — другие, говаривала Амбер. Если предложить ему весело провести время, он, не раздумывая, согласится. Но как объяснить эти цветы, которые она так рада видеть?

Когда-то она поклялась держать себя в руках, чтобы не влюбиться в того, в кого не надо. И здесь она собиралась завязать всего лишь легкий курортный роман. К счастью, Том тоже хотел именно этого. А цветы — это просто… любезность, нечто вроде благодарности. И она не должна усматривать в них какой-то тайный смысл.

Она надела просторное летнее платье, поношенное, но очень удобное, и легкую кофточку на молнии. Воздух становился прохладным. Вернувшись в комнату, остановилась и посмотрела через стекло раздвижной двери.

Вот это да! Порвавшаяся вчера цепочка качелей была цела, а сиденье раскачивалось от ветра, дувшего с залива.

— Я починил их.

Том стоял, облокотившись на перила, и смотрел на нее. На нем были легкие брюки цвета хаки и белая рубашка с закатанными рукавами. Она никогда не видела его в чем-либо, помимо рабочей одежды. Но и в таком виде с его фигурой можно сниматься для обложки модного журнала.

— Я не думала, что ты будешь чинить их, — сказала Салли. — Предположила, что ты просто разберешь все и выкинешь на помойку.

Он улыбнулся.

— Они для меня много значат.

Ее щеки зарделись. Том рассмеялся.

— Тебе так идет, когда ты краснеешь. — Он потер шею. — Хорошо покаталась?

Салли скрестила на груди руки и кивнула.

— Спасибо за цветы.

— Хочу пригласить тебя на ужин.

Вот почему он так одет. Не поддаваться на уговоры, решила Салли.

— Я съела бургер около часа назад.

— А. — Он кивнул. — Скоро закат. Пойдем, заодно прогуляемся по пляжу.

— Пойдем.

— Отлично.

Том снял рабочие ботинки, подвернул брюки и сбежал вниз по лестнице.

Они спустились к пляжу и вместе с собравшейся толпой полюбовались оранжево-сиреневым закатом. Том взял Салли за руку и повел ее по кромке берега. Теплая вода, ласкавшая икры, переливалась в лучах садившегося солнца. Пена нежно обнимала их ноги.

— Посмотри, как далеко мы ушли. — Том остановился.

— Здесь так тихо. — Салли потерла руки. — А сегодня прохладно. Скоро осень.