Замки у моря

Райан Патриция

Том быстро сел и помог сесть Салли.

— Очень хорошо, — сказал он. — Не то я мог зайти слишком далеко. Или, по крайней мере, попытаться. А мне не очень нравится идея получить пощечину, когда все так хорошо начинается. Салли задумалась.

— Может быть, — признала она. — Я не привыкла, чтобы все происходило так быстро.

— Знаю. И обещал, что не буду давить на тебя. Скажи мне только одну вещь, хорошо?

— Какую?

Он кивнул в сторону корзины.

— Мы собираемся есть «Сникерс» или нет?

ГЛАВА

ПЯТАЯ

— Бейсбол, — заявил Том с веранды.

Салли вышла из заново отделанной кухни с двумя стаканами в руках.

— Бейсбол?

— Это семикарточный покер с некоторыми интересными добавлениями, — начал объяснять он, раздавая карты и стараясь не пялиться на Салли, как школьник.

Он еще не видел ее в юбке. Она, судя по всему, решила приодеться для вечеринки по поводу окончания отделки кухни. Юбка больше походила на саронг, завязывающийся сбоку, длинный, но отлично обрисовывающий ягодицы, бедра и ноги. Невозможно было оторвать взгляд от Салли, проходящей по комнате. Короткая белая футболка открывала часть плоского загорелого живота и пупок. Кожа была немного влажной. Очень жаркая ночь.

— Играть ты будешь один.

Он вздохнул.

Задев бедром его плечо, она поставила перед ним стакан. Ароматы ананаса от коктейля и жасмина от Салли щекотали ему нос.

— Мм… Значит, так, расклад из семи карт. Роль троек и девяток определяется игроками…

— О-о-о… Я умею играть в обыкновенный пятикарточный покер. И ты хочешь, чтобы я сейчас запомнила все эти девятки, тройки…

— Все легко, если подумать о бейсболе.

— Я никогда не думаю о бейсболе.

— Даже о…

— Даже о Реде Соксе.

Том схватился за сердце.

— Какой кошмар. Поверить не могу, что ухаживаю за женщиной, которая не боготворит Реда Сокса.

Прошла почти неделя с их поцелуя на пляже. Шесть бесконечных дней. Том достиг больших успехов в ремонте дома. Конечно, не без помощи Салли. Но в их отношениях вряд ли наметился какой-то прогресс. Каждый раз, когда он пытался пойти дальше поцелуев, возрастало напряжение внутри Салли. Поэтому Том довольствовался пока тем, что имел, но этого было недостаточно. Конечно, целовать ее было сладко. Но каждый раз все сильнее становилось его желание. Он никогда не думал, что можно так желать женщину.

Постоянное присутствие девушки только дразнило его. Но как мог он попросить ее уйти, если рядом с нею чувствовал себя чертовски хорошо, хотя она и сводила его с ума. Он уже не мог представить себе жизнь без нее.

— Том? — Она сидела напротив, держа в руках карты и удивленно глядя на него. — Я спросила, какая ставка.

— А… два бакса. — Он положил на середину стола два доллара, Салли сделала то же самое.

Может быть, он напрасно строит из себя джентльмена? Ведь она не против, просто привыкла к более медленному ходу событий. Проблема заключалась в том, что в их распоряжении был только один месяц. И может так сложиться,

что их отношения не изменятся к тому времени, когда каждый пойдет своей дорогой.

— Том, ты сегодня какой-то странный, — сказала Салли.

Он улыбнулся и поднял стакан.

— За странности.

Потом вытащил соломинку из стакана и осушил его одним глотком. Холодный напиток был как раз то, что нужно в такую душную ночь. Вдруг его передернуло.

— Слишком холодный? — спросила Салли.

— Голова заболела, — ответил он, потирая лоб.

— Не надо залпом пить это, большой мальчик. Там много рома. — Она посмотрела на свои карты. — Напомни-ка, если получаешь даму пик лицом вверх…

Он бросил карты на середину стола.

— Начинаем сначала.

— Да? А у меня были такие хорошие карты.

— Давай сюда.

Она вздохнула и отдала ему свои карты.

— Теперь ты снова раздаешь?

— Я мог бы. — Он собрал карты и постучал ими по столу. — Или научить тебя чему-нибудь еще?

— Еще одной запутанной версии покера? — Она поднесла стакан к губам. — Похоже, мне необыкновенно повезло.

— Забудь о покере.

— Чему же ты хочешь меня научить?

— Кое-чему намного более интересному, чем покер. — Улыбаясь, он встал из-за стола. — Но нам будет мешать твой саронг.

— Эй… Том…

— Давай потанцуем.

Ее глаза расширились.

— Ни в коем случае.

— Почему нет? — Он подошел к старенькому проигрывателю и стал копаться в пластинках. — Что тебе больше нравится? У тебя есть «Ронетс», Джерри Ли Льюис…

— У меня отвращение к танцам.

— О! Литл Ричард! — Он достал пластинку и положил ее на проигрыватель. — Ты просто не умеешь танцевать.

— Дело в том, что я абсолютно непластична.

— Напротив, милая. Я видел, как ты двигаешься.

— Да ты посмотри на эти ноги. — Пока Литл Ричард затягивал «Тутти Фрутти», Салли скинула сандалии и выставила вперед ногу. Саронг раскрылся, обнажая бедра.

— Ты серьезно хочешь, чтобы я посмотрел?

Она закатила глаза. Том присел на корточки и взял в руки ее ступню.

— По-моему, выглядит очень способной.

— Это сорок первый размер!

— Прекрасно. Сможем меняться и обувью тоже.

Она недоверчиво посмотрела на его поношенные мокасины.

— Ладно. Но танцевать все равно не буду. Я иногда путаюсь в собственных ногах.

— Я тоже, но все же научился. В больших ирландских семьях много свадеб. И мои тетушки давали уроки всем детям. — Том продвинулся выше и стал массировать ее икру. — В ходе тщательного, поверь мне, обследования я не выявил никаких отклонений от нормы, так что можешь исполнить танец гадкого утенка.

— Именно так это и будет выглядеть.

— Ну, давай же. — Его руки уже массировали бедро, упругое, теплое и гладкое, как шелк. — Что ты теряешь?

Она убрала его руку со своей ноги, запахнула саронг и надела сандалию.