Замок ужаса
Шрифт:
Мистер Давер покачал головой.
– Или Веллингтон? Это мои друзья, они могли быть в этих краях лет восемь тому назад.
– Нет, – быстро сказал мистер Давер, – у меня отличная память на фамилии. Можете проверить книги регистрации постояльцев за последние двенадцать лет. У них был какой-то повод для приезда сюда под чужими фамилиями? Вижу, что нет.
В это время дверь в дальнем конце коридора приоткрылась и тут же закрылась. Мистер Ридер, который ничего не пропускал, успел кое-что увидеть.
– Чья это комната? – спросил он. Мистер Давер
– Это, – нервно откашлялся он, – мой номер. Вы видели миссис Бертон, мою экономку, спокойную, почтенную женщину, которой не очень повезло в жизни.
– Да, жизнь полна печали, – банально заметил мистер Ридер, и мистер Давер согласился с ним.
У Ридера было прекрасное зрение, и он, еще не зная экономки, был уверен, что замеченное им симпатичное лицо никак не могло принадлежать почтенной женщине, которой не повезло в жизни. Медленно переодеваясь к ужину, следователь размышлял, почему мисс Ольга Крю не хотела, чтобы ее видели в номере Давера. Естественное и уместное чувство скромности, несомненно. В женщинах мистер Ридер превыше всего ценил скромность.
Он завязывал галстук, когда Давер, вероятно, решивший лично ухаживать за гостем, постучал в дверь и попросил разрешения войти. Он был взволнован и держал в руке газетные нырезки.
– Вы упомянули двоих джентльменов, Холдена и Веллингтона, – сказал он. – Фамилии мне о чем-то напомнили. У меня появилось чувство, что я не знаю их, но знаю о них, вы меня понимаете? И я вспомнил, – я встречал их фамилии в
газетах. – И он помахал вырезками.
Мистер Ридер продолжал завязывать галстук перед зеркалом.
– В этих вырезках? – механически спросил он.
– Как вам, возможно, известно, мистер Ридер, я являюсь скромным учеником Ломброзо и других великих криминологов, превративших изучение ненормальностей в науку. Мисс Белман случайно направила мои мысли на организацию Флака, за последние день-два я раскопал несколько подробностей об этих злоумышленниках. Называются фамилии Холдена и Веллингтона. Эти два детектива отправились на поиски Флака и пропали. Теперь я четко припоминаю подробности их исчезновения. Пропал еще один джентльмен.
Мистер Ридер кивнул.
– А, вы помните! – торжествующе воскликнул мистер Давер. – Конечно же. Адвокат Бигерхорп был вызван кем-то из конторы, и после этого его никто не видел. Могу добавить, – с намеком на юмор добавил он, – что мистер Бигерхорп никогда здесь не проживал. И зачем ему было приезжать сюда, мистер Ридер?
– Не представляю, – спокойно ответил Ридер. – Бигерхорп? Я забыл про него. Он был бы важным свидетелем на процессе Флака, если бы его удалось поймать, гм... Так вы изучаете криминологию, мистер Давер?
– Пытаюсь, – всем своим видом изображая скромность, ответил тот. Неожиданно он понизил голос до хриплого шепота: – Могу я поделиться с вами тайной, мистер Ридер?
– Вы можете говорить мне о чем угодно, – сказал следователь, застегивая жилет, – что угодно. Я готов слушать. В этой замечательной атмосфере, в прекрасном окружении я предпочел бы...
– Я хотел сказать, – сказал мистер Давер странным тоном, – что, по-моему, однажды здесь был сам Флак. Я не говорил об этом мисс Белман, но я уверен, что не ошибаюсь. Семь лет назад мужчина, очень представительный, с седой бородой, постучал в дверь около десяти часов вечера и попросился на ночлег. У него было много денег, но это для меня неважно. Обычно я прошу заполнить анкету, но тогда было поздно, холодно, шел снег, и я не мог прогнать путника.
– Как долго он пробыл, – спросил мистер Ридер, – и почему вы решили, что это Флак?
– Потому что он исчез так же, как и Равини, – почти простонал Давер, – рано утром, не заплатив. И он оставил свою пижаму!
Мистер Ридер медленно повернулся и посмотрел на владельца замка.
– Это уже из категории юмористических рассказов, а я слишком голоден для того, чтобы смеяться, – спокойно сказал он. – Когда будет ужин?
В это время прозвучал гонг.
Маргарет Белман обычно ужинала вместе с постояльцами, но за отдельным столом. Она покраснела и почувствовала себя крайне неловко, когда мистер Ридер подошел к ее столу, придвинул стул и потребовал для себя прибор. Каждый из троих постояльцев ужинал за своим столом.
– Некомпанейская публика, – заметил Ридер, разворачивая салфетку и оглядывая зал.
– Как вам понравился мистер Давер?
Д.Г. Ридер мягко улыбнулся.
– Очень забавная личность, – ответил он и рассмеялся, но тут же принял серьезный вид.
– Что-нибудь новое о Равини?
Мистер Ридер покачал головой.
– Я поговорил с привратником, похоже, что это честный и прямой человек. Он сказал, что, придя утром того дня, когда исчез Равини, он нашел входную дверь незапертой. Это говорит о его наблюдательности. Кто такая миссис Бертон? – неожиданно спросил следователь.
– Наша экономка, – улыбнулась Маргарет. – Весьма унылая леди, постоянно намекает, что достойна другой, лучшей жизни, вместо того, чтобы быть заживо погребенной в Силтбери.
Мистер Ридер положил вилку.
– Боже мой! Так это именно та леди, которая знавала лучшие времена? – спросил он.
Маргарет рассмеялась.
– По-моему, она никогда не жила так хорошо, как сейчас. Вульгарна и крайне необразованна. Счета, которые проходят через ее руки, вызывают страх и удивление. Но если серьезно, миссис Бертон могла когда-то жить роскошнее. В первый же день моего пребывания здесь я вошла по какому-то делу в ее комнату (уже потом я поняла, что расспрашивать ее о делах бесполезно, она никогда не работала с бухгалтерскими книгами) и увидела, что миссис Бертон сидит за столом и любуется собственными руками.