Запад
Шрифт:
Что и говорить — дело пошло куда быстрее. Нет более дружественного интерфейса, чем просто вербальное общение. И вскоре семинарист застыл перед новым выплывшим на экран изображением.
— Неужто получилось? — еще не веря своим глазам, проговорил он.
— Что получилось? — тихонько спросила Хельга.
Книжник не ответил. Он жадно глядел на экран, в котором, перечеркиваемое редкими всполохами помех, плыло расплывчатое изображение: пустынная улица, стены домов, слепые глазницы окон. Знакомая картинка, заставляющая учащенно биться сердце. Та самая, которую они видели на дряхлом экране, перед тем как выйти из тесного транспортного
Глазами Лого.
Люди прощались с Бункером. Трудно себе представить, каково это — уходить из родного дома, судя по всему, навсегда. Книжник представил себе, как уходили бы из Кремля заплаканные женщины, чумазые дети и немощные старики. Стало не по себе. Усилием воли он вернулся к работе.
Предстояла довольно непростая задача: отыскать в пределах досягаемости ветхих передатчиков достаточно крупную особь био, да еще такую, в железные недра которой влезла бы добрая сотня-другая людей. Таких био он в жизни не видел и уже начал сомневаться в своей затее. А потому он начал с «реанимации» «Раптора» с мозгом погибшего шама. Следовало разобраться, в чем проблема, да еще и заставить машину двигаться. Тут-то и пригодилось то самое «заговорное слово» — набор кодов, ключ к управлению роботом. Хорошая память позволила к тому времени выучить наизусть уйму страниц бессмысленного на первый взгляд текста, а развитый семинарскими занятиями интеллект — уловить общие принципы вербального управления боевыми машинами. Помощь говорящей «программы поддержки» во всем этом оказалась воистину бесценной. Наверное, система и была рассчитана на работу с «простым смертным», каким-нибудь военнослужащим, не владеющим широкими познаниями в электронике. В первую очередь в дюралевых ящиках под пультом он отыскал командную гарнитуру — обруч с единственным наушником и тонкой веточкой микрофона. Напялил на голову незнакомое оборудование, подергал за шнур, уходящий в глубину Пульта. И то хорошо — не нужно лишний раз искать, что там и куда подключать.
— Слышно меня? — проговорил он и чуть не подпрыгнул в кресле: его голос, неправдоподобно усиленный, разнесся по залу, как рев доброго десятка рассерженных нео. Хельга, не отходящая от него ни на шаг, испуганно вскрикнула: в Бункере давно позабыли, что такое громкоговорители и динамики.
— Тьфу, черт! — выдохнул он — и снова меж колонн заметался скрежещущий рев. Пришлось повозиться с настройками, что отняло немало драгоценного времени.
Наконец, удалось справиться со звуком, и осталось лишь убедиться, что «Раптор» слышит передачу из далекого от него бункера управления.
— Лого, семь двадцать пять один ноль семнадцать! — слегка запинаясь, проговорил Книжник. — Если слышишь меня — поверни голову вправо…
Картинка на экране оставалась неизменной. Био застыл, будто в каком-то параличе. Наверное, это было недалеко от истины: все-таки мозг у него был биологического происхождения, а значит, излучение Поля Смерти действовало на него так же, как и на его пассажиров. А может, еще сильнее — ведь чувствительность мозга шама значительно выше, чем у человека. Да и защитных снадобий ему никто не предлагал. От излучения Лого могло и переклинить — если вообще не убить. А потому идея Книжника была проста: вывести управление роботом на Универсальный Пульт. По крайней мере пока «Раптор» не покинет зону действия Поля.
— Не получается? — робко спросила Хельга.
Книжник лишь пожал плечами в ответ. Все, что он делал, больше шло от интуиции, чем от реальных знаний. Потому
То есть на чудо.
— Лого, ты слышишь меня? Семь двадцать пять один ноль семнадцать! Тридцать один восемьсот два! — Язык начинал заплетаться от бесконечного повторения одних и тех же фраз.
Результат был нулевым. Самое время признать поражение и сдаться. Хоть это и означает самые печальные последствия. Просто сдаться…
— Все, — поворачивая к Хельге усталое, осунувшееся лицо, сказал Книжник. — Я сделал все, что было в моих силах. Я просто не знаю, что тут еще можно сделать…
Он стащил с головы гарнитуру, закрыл покрасневшие глаза ладонью.
— Погоди-ка, — произнесла Хельга, принимая гарнитуру у него из рук. — А что, так и должно быть?
Она указала на растрепанную жилку провода, торчащую в глубине треснувшей изоляции у самого наушника из полуистлевшего поролона. Книжник округлил глаза и принялся лихорадочно запихивать проводок в пучок, бормоча:
— Надо соединить, чтобы контакт был…
— Давай я, — предложила Хельга и, не дожидаясь ответа, забрала устройство из рук парня. Тот нервно ерзал, наблюдая, как ловко девушка обращается с незнакомым предметом. Вряд ли это связано со знанием электроники, скорее — с умением шить и вязать, свойственным всем женщинам нынешней эпохи. Тем не менее через минуту она протянула гарнитуру обратно, сказав просто:
— Попробуй.
Недоверчиво косясь на девушку, он взял гарнитуру, нацепил на голову и уже по инерции, почти нехотя проговорил зазубренную фразу:
— Семь двадцать пять один ноль семнадцать! Посмотри направо…
Слова его снова прогрохотали по всему залу, усиленные динамиками, заставляя невольно кривиться. Но все это было мелочью по сравнению с тем, что предстало взгляду: не успел он закончить фразу, как изображение резко отъехало влево — в сторону, противоположную движению объективов.
— Он слышит! — воскликнул Книжник, прикрывая ладонью «веточку» микрофона. — Это невероятно — он слышит в километрах отсюда! Он не в состоянии отвечать, может, даже и думать. Но выполняет команды!
Радость удачи захлестнула его, и он едва не забыл про роль Хельги в победе над древним железом. Правда, он никак не мог найти подходящие слова, чтобы выразить благодарность, лишь бормотал невнятно:
— Если бы не ты… То я бы… Даже не знаю…
Как всегда, ситуацию замяла сама девушка. Она просто обвила руками его шею и прекратила этот лепет горячим поцелуем.
Кто знает, что это был за поцелуй, но откуда-то тут же взялись новые силы, и Книжник продолжил работу с удвоенной энергией. «Может, она ведьма?» — мельком подумал он. Говорят, встречаются такие женщины, в которых с ходу влюбляешься без памяти и которые из тебя могут веревки вить. Может, это тоже мутация, вроде как у шамов, только без щупальцев на физиономии, зато со способностью подчинять своей воле…
Вяло размышляя на эту сомнительную тему, он одновременно производил лихорадочную работу. Направив «Раптора» в сторону Бункера, он начал активный поиск достаточно крупных био. Системой наверняка было предусмотрено автоматическое обнаружение биороботов, но семинарист понятия не имел, как его активировать. Да и не было времени. Он просто обшаривал пространство вокруг направленным лучом радара (во всяком случае, именно так все выглядело на одном из боковых экранов). Правая рука лихорадочно вертела шарообразный манипулятор, пальцы левой стучали по виртуальным клавишам на сенсорной панели. Даже начинало казаться, что он всю жизнь имел дело с таким оборудованием.