Западня

Льюис Сьюзен

Мэриан глубоко вздохнула.

— Мэдди, я иду спать. Давай поговорим утром — когда ты успокоишься.

— Нечего делать вид, будто я тебе надоела!

— Извини. Ты говоришь то, чего не думаешь. Какой смысл?

Как ни странно, Мадлен ее отпустила. Но, конечно, Мэриан понимала, что этим дело не кончится. Утром, собравшись на работу в общество «Бристоль энд Вест Билдинг», она заметила, что Мадлен не спит, но сочла за благо не трогать ее. Лучше позвонить с работы. Но когда она позвонила, Мадлен швырнула трубку на рычаг. А вечером, вернувшись домой, Мэриан ее не застала: Мадлен ушла на работу и не оставила

даже записки. У Мэриан упало сердце. Ужасно, если повторится вчерашняя сцена.

Она зажгла газ. Поставила чайник. Вымыла оставленную Мадлен посуду. Нельзя, чтобы Пол О’Коннелл — чужой человек! — встал между ними. Скорее всего, Мадлен права — из этого ничего не выйдет. Так зачем создавать себе проблемы? Но в глубине души Мэриан знала, что хочет увидеться с ним еще раз. На глаза навернулись слезы. Пол не согласился, что она — трусиха, но видел бы он ее сейчас! Где взять мужество сказать Мадлен, что она будет продолжать встречаться с Полом? Или объявить Полу, что она от него отказывается? Если бы Мэдди поняла, как много для нее значит — иметь кого-то, с кем можно поговорить! С Полом легко беседовать обо всем на свете, в том числе о своих переживаниях. Но Мадлен ни за что не поймет. Скажет: разговаривай со мной, в конце концов мы родственницы! Пытаться что-то объяснить — значит обидеть Мадлен, а этого Мэриан всеми силами хотелось избежать — пусть даже она сгорает от желания снова встретиться с Полом.

Мадлен возвратилась в полночь; Мэриан уже легла. Обе молчали. Мадлен включила свет в спальне и все время, пока раздевалась, мурлыкала себе под нос какую-то песенку, словно была одна в комнате.

— Как прошел вечер?

Мадлен и не подумала ответить — продолжала накладывать на лицо ночной крем. Потом взяла журнал и легла в постель.

Мэриан вздохнула.

— Если я решу больше с ним не видеться, ты перестанешь дуться?

— Что ты там решишь или не решишь, уже не имеет значения. Ты настроила его против меня — поздно подлизываться.

— Я не подлизываюсь. Просто хочу, чтобы мы поговорили как взрослые люди. Но ты предпочитаешь корчить из себя капризную дурочку.

— Мать твою! — выругалась Мадлен.

— Это все, что ты можешь сказать?

— Тебе — да. Все.

— Прекрасно. В таком случае я могу встречаться с Полом О’Коннеллом. Терять нечего.

— Ради Бога. Только не приходи реветь у меня на плече, когда он даст тебе коленом под зад.

На следующий день было еще хуже. Обе сидели дома. Мадлен продолжала свою политику бойкота. К ней пришли подруги; они распили бутылку на троих, а Мэриан не пригласили. Если она пыталась вставить слово, девушки мигом умолкали, а потом продолжали так, будто она и не открывала рта. Позвонили из агентства Сью Шеппард; Мадлен ответила, что впервые слышит о какой-то там Мэриан Дикон. А когда Мэриан сама позвонила в агентство, врубила на полную мощность магнитофон. Мэриан ничего не оставалось, как надеть пальто и пойти искать телефон-автомат. Договорившись о работе на завтра, она побродила по улицам и отправилась домой только тогда, когда, по ее расчетам, Мадлен уже должна была уйти.

«Еще одно доказательство моего малодушия».

* * *

— Умом я понимаю, что не должна спускать ей с рук подобные выходки, — делилась Мэриан с Полом. — Но не представляю, что делать.

— Ты

уже сделала все, что нужно.

— То есть?

— Позвонила мне.

Застыдившись, Мэриан предложила ему еще чаю. Он шутливо поморщился и вышел в прихожую — за спрятанной в кармане плаща бутылкой красного вина.

— Я не должна была тебе рассказывать, — упрекала себя Мэриан, пока они искали штопор. — Мадлен и так обвиняет меня в том, что я отбила тебя у нее благодаря оговору. Выходит, она права?

— Мэриан, — серьезно произнес Пол, — я никогда не «прибивался» к Мадлен, и ты это прекрасно знаешь. Так что прекрати заниматься самоедством и давай сюда штопор.

— Если Мадлен узнает, что ты был здесь, она придет в бешенство.

— К ее приходу меня уже и след простынет. А если спросит, не отрицай, что виделась со мной. Конечно, если ты сама не стыдишься.

Она улыбнулась и повела его в гостиную. Там Пол уселся на диван, а когда Мэриан направилась к стулу, схватил ее за руку и заставил сесть рядом.

— И пусть только посмеет еще раз тебя ударить!.. Все, хватит. Давай сменим пластинку.

Несмотря на взметнувшийся в груди вихрь чувств, Мэриан не могла удержаться, чтобы не поддразнить Пола:

— Ты намекаешь на то, что тебя уже «достали» разговоры о Мадлен?

— Намекаю? Я что — недостаточно ясно выразился?

Она просияла.

— Ладно, теперь можешь попробовать сам меня «достать» — о чем твой роман?

— М-да, разговор и вправду становится скучным… О становлении мужчины.

Мэриан притворно зевнула.

— Мухи дохнут. — Она собиралась еще сострить, но Пол зажал ей рот ладонью, и она притихла.

Во время его рассказа мысли Мэриан где-то блуждали, но, конечно, не от скуки. Ей просто не верилось, что Пол О’Коннелл сидит с ней рядом и она отвечает ему с такой непринужденностью. Постепенно она настолько осмелела, что начала возражать ему, а он слушал, обдумывал ее доводы и подчас признавал их справедливыми. Он использовал в качестве подставки для ног деревянный ящик, служивший девушкам кофейным столиком, и Мэриан было трудно отвести глаза от его мускулистых ног. Ей нравилось, как он время от времени легким движением руки отбрасывал назад волосы; в глазах вспыхивали озорные искры.

В девять часов они сходили за едой в китайский ресторан. А потом, пока ужинали, Мэриан рассказывала ему об отце с матерью, своих школьных годах и их домике в Тотнесе.

— А ты, Пол? Кто твои родители?

— Они погибли в авиакатастрофе, когда я был еще маленьким. Меня взяла тетка, но она тоже умерла.

На лице Мэриан отразилось сочувствие.

— Так у тебя совсем никого не осталось?

— Ни семьи, ни корней, ни приличной работы. Если, конечно, не называть работой литературное творчество.

— На что же ты живешь?

Пол усмехнулся.

— Как многие — на пособие по безработице. Это был сознательный выбор. Нельзя писать книги «в свободное от работы время».

Мэриан невольно взглянула на его дорогой костюм.

— А раньше чем занимался?

— Бизнесом. Загреб кучу денег и промотал.

— Правда?

— Для чего еще существуют деньги?

— И на что же ты их потратил?

— Главным образом на женщин.

Мэриан отвела взгляд. Пол протянул руку и заставил ее повернуться к нему лицом.