Запомни - всё обман!
Шрифт:
Ого, мелькнула мысль. А не за тобой ли, паря, волкодавы направляются?
Покосился на невозмутимого попутчика, прикинул вероятный драйв и прибыль, и плюнул. А черт с ними, с автоматчиками - кажется ни один из них головы в хвост "мерину" не повернул, а такие знатные бойцы не каждый день на дороге встречаются...
Поздним вечером следующего дня Сулеме позвонил Михей. На телефонном определителе высветилась какая-то цифирная абракадабра, старый приятель звонил с чужого номера.
– Здорово, Лёха, - хрипло поздоровался
– Как доехал, как дела?
– Твоими молитвами, Данилович, - хмыкнул Алексей Николаевич и, мысленно, легонько укорил себя за невнимание к старому корешу. Закрутился Сулема с обустройством нового приобретения, забыл отзвониться другу, поблагодарить за знатную рыбалку, за гостеприимство, сообщить, что доехал нормально.
– Рад за тебя. А у нас тут, знаешь ли, Алеша, чудные дела творятся...
Настороженный, потаенный тон приятеля заставил Гуцула мгновенно насторожиться.
– По дворам ходят странные людишки..., вопросы задают, - вкрадчиво продолжал Михей Данилович.
– Интересуются, кто был, что видел... Я вот и подумал - а все ли у тебя в порядке, Леша?.. Смотался в район, зашел на почту... Звоню вот. Беспокоюсь.
Богатый опыт бывшего криминального, а нынче просто авторитетного человека ударил в голове Гуцула в нешуточный набат. Если дядя Михей не решился звонить со своего аппарата и даже от соседей, а в район поехал... Дела и в самом деле творятся - страннее некуда.
– А что случилось-то, дядя Михей?
– деланно беспечным тоном, рассчитывая на искушенность в недомолвках, на чутье видавшего виды сидельца, спросил Гуцул.
– Да вот, говорят, какой-то психованный душегубец из психбольнички сбежал. Ищут.
Сулема стремительно прокрутил в голове информацию, свел воедино встречу на дороге, тревогу старого приятеля:
– Так ли уж и псих сбежал, Михей Данилович?
– осторожно поинтересовался.
– А кто ж его знает. По дворам не легавые ходят..., не санитары из психушки, а люди посерьезней..., вроде как - Контора. Или вояки. Но народ суровый однозначно.
– Что спрашивают?
– А спрашивают, не видел ли кто парня? На вид лет двадцать с небольшим, рост за метр девяносто. Темно-русый с короткой стрижкой, глаза серые, пронзительные. Я фотку видел... Не "фас и профиль", а с обычной камеры слежения, сверху брали...
– То есть..., - задумчиво пробормотал Сулема, - лажа получается? Душегубец из больнички по милицейским базам не проходит? Фотки только от наружки имеются...
– Вот-вот, Алеша. И я так подумал. Чего это у ментов нормальной карточки на душегубца не нашлось? Финтят чего-то черти, Леша... Но ищут - всерьез, без дураков. На дорогах кордоны, каждую тачку шмонают, документы проверяют, не хуже погранцов... Я пока до райцентра доехал, запарился объяснять, что к врачу отправился, зуб дергать...
– А про нас чего-нибудь спрашивали?
–
– Так у кого ж им спрашивать?
– не менее простодушно протянул Михей.
– Хутор мой на отшибе..., бабка лишнего слова не вымолвит - были люди и нет их. Кому какое дело?.. А село... село тоже, Леша - ученое...
Хитрый простоватый дяденька Михей давным-давно держал близлежащее село крепкой финансовой хваткой: выкупил в смутные времена консервный заводик, рыбакам и садоводам на нужды щедро подкидывал... Справедливый третейский суд на землях правил. Помогал, коли беда какая.
– Да и далековата психбольница-то от нас, Алеша. Поиски вокруг военной базы сосредоточены. Понимаешь, о чем я? База в пятнадцати километрах, вам мимо нее не ехать было... Я просто так, по-стариковски, беспокоюсь...
– Спасибо, Михей Данилович, за беспокойство, но я тут ни при чем. Пропылил по степи до шоссейки, никого не встретил.
– Ну и ладно. Ты, Леша, парень взрослый - сам знаешь, что делаешь.
– На том стою.
Распрощавшись с другом, Гуцул надолго замер в кресле.
Молчаливого, сильно заинтересовавшегося его парня он привез вчера прямиком к себе домой. Подобрал ему одежду, накормил. Определил в комнате на втором этаже, охране приказал - глаз не спускать, приглядывать.
Сегодня утром не утерпел, отвез в спортзал.
Поставил в спарринги Гоги-Молотобойца. Маугли уделал Гоги за три секунды реального времени.
За обедом в ресторане начал разговаривать. (А Сулема уже стал подозревать, что парень ему немой попался.) Говорил со странным, неопределяемым акцентом, слова подбирал медленно и не всегда правильно, о себе пока рассказывать отказывался.
Сулема мрачно смотрел на семейный портрет, повешенный в кабинете над камином - жена, две дочери, внучка пятилетка... И задавал себе вопрос: "Кого привел домой?"
Убийцу? Сумасшедшего маньяка? Нелюдь со стальными нервами, пудовыми кулаками и звериной реакций?
Или... врут все легаши? Парень не засвечен в милицейских базах, иначе его фотоки "фас и профиль" были бы подшиты к делу...
Михей ведь тоже не вчера родился, если б опасность была реальной, позвонил бы и предупредил конкретно - шухер, Леша, какой-то бес поблизости шнырял, гляди-ка не нарвись...
Но дядя Михей учуял в людишках Контору, а Контора психами не занимается... Сбежавших чокнутых не ловит.
Может... переправить парня через литовскую границу в Польшу, купить в Варшаве паспорт и прости-прощай ридна мамка Украина, привет Евросоюз?
У панов можно выставить Маугли на проверочные бои, в октябре хорошие люди в Германию стекутся... Ставки будут - закачаешься!
Как быть?
Проявить осторожность, дать парню лаве и пусть отваливает подобру-поздорову?
Или... сдать ментам по-тихой?.. Когда-нибудь зачтется, если псих реальный...