Засада

Брэдфорд Крис

Коннор нервно смотрел на траву вокруг своих ног.

– А по мне выглядит опасно.

Ганнер покачал головой.

– Не, бояться нужно черную мамбу. Легко заметить из-за их гробообразных голов и черного рта. Это самая быстрая змея в мире, так еще и самая агрессивная и ядовитая. Черная мамба может убить взрослого человека за двадцать минут. Потому ее укус называют поцелуем смерти.

– Мальчики должны так говорить про мою сестру! – захихикал Генри.

Эмбер сердито взглянула на него.

– Шутки в сторону,

юноша, черная мамба – самая опасная змея в Африке, - предупредил Ганнер. – Поверь, ты не захочешь встретить ее в кустах.

Глава 18:

Окруженная кольцом стены из сухого тростника, Бома обладала волшебным воздухом. Белые черепа антилоп и гну отмечали вход. Красная земля была утоптана поколениями африканцев. И в сердце укрытия горел костер, потрескивал и выбрасывал оранжевые искры, как светлячков, в звездную ночь.

Очарованные видом, Эмбер, Генри и Коннор сидели за одним из простых деревянных столов, расставленных полукругом у церемониального огня. Кроме треска хвороста, было слышно только неумолкающих цикад. И пока насекомые пели, появились официанты с множеством местных вкусностей – от рагу из красных бобов и сладкого картофеля до угали – традиционного блюда, сделанного из кукурузы. Но они шли лишь дополнениями к мясу антилоп – импалы и куду – и других экзотичных зверей. Президент Багаза пригласил всех начинать, взрослые разлили напитки, и завязался разговор.

– И ты за ними поспеваешь? – спросила на английском Эмбер.

– Отчасти, - ответил Коннор. Он указал на смартфон на столе. – Приложение переводит.

– А я-то думала, что ты поймешь эту боль! – она рассмеялась и впечатлено посмотрела на телефон. Склонившись к нему, она понизила голос. – Дождаться не могу завтрашнего сафари, чтобы убежать от взрослых с этими скучными дипломатичными разговорами. Посмотрим, сможем ли мы – как там на английском? – устроить переполох?

С озорной ухмылкой Эмбер повернулась к министру торговли и туризма, который обсуждал с ее отцом планы по расширению парка.

– Скажите, что случилось с людьми, что до этого жили в парке? – перебила она на французском. Ее отец напрягся из-за наглого вопроса. Министр Ферузи улыбнулся, хотя взгляд его стал мрачным в мерцающем свете огня.

– Им дали новые дома на границе парка, где есть школа и колодцы с питьевой водой. На местный народ потратили много вложений, и это окупится, когда это место привлечет… это местная еда, Сериз… А гончарство и плетение корзин – очень популярные занятия среди жителей Бурунди…

Коннор постучал по наушнику. Приложение путалось в множестве разговоров вокруг. Микрофон улавливал разных людей. Он покопался в настройках и изменил чувствительность микрофона от многосторонней до «прямой», что позволило слушать один разговор. Он вернул смартфон на стол, чтобы послушать

разгорающийся спор Эмбер с министром Ферузи, и Коннор уловил непереведенный язык в наушнике. Его телефон вспыхнул сообщением, приложение переключилось с французского на курунди.

– … Ты веришь, что Черная мамба вернется?

Коннор поднял голову и увидел, что министр Раваса шепчется с седовласым министром Мосси у стены напротив.

– Конечно, нет, - фыркнул министр Мосси. – Я уверен, что он умер в Конго.

– А если нет? Это воплощение дьявола. Он ядовитее, чем настоящая черная мамба! Его возвращение приведет к еще одной гражданской войне…

– Говорю тебе, он мертв.

– Я слышал, что никто не может убить Черную мамбу…

Из темноты раздался громоподобный тук барабанов, заглушив все разговоры. Ряд мужчин в белом, красном и зеленом прошли в Бома, огромный барабаны покачивались на их головах. Напевая, они опустили инструменты полукругом с одним человеком в центре. В ритме стука главный барабанщик прошел вперед и прыгнул невообразимо высоко. Размахивая палочками, он танцевал, как одержимый.

От грохота барабанов Коннор содрогался. С такой стеной звука он еще не сталкивался. Другой барабанщик присоединился к танцу. Он сделал сальто назад, приземлился идеально. Исполнение было невероятным, все барабанщики вышли в центр. Подняв инструменты на голову, они исчезли в темноте, стук утих, словно прошла буря.

Президент Багаза встал и захлопал, все последовали его примеру. Когда аплодисменты затихли, он сказал:

– Это были Королевские барабанщики Бурунди. От другой африканской музыки их отличает то, что движение танцора диктует ритм, а не наоборот. И это тоже, посол Барбье, делает Бурунди уникальной среди африканских стран. И у нас другой барабан, - он поднял бокал в тосте. – Пусть процветает Бурунди!

– Пусть процветает Бурунди! – присоединились все, поднимая бокалы.

После выступления разговоры вернулись к предыдущим темам.

– И мы можем посмотреть на это новое поселение, что вы построили? – спросила Эмбер у министра Ферузи.

Он недовольно нахмурился, а потом улыбнулся.

– Конечно, - ответил он, - но в другой раз.

– Почему?

– Ты уже достаточно поговорила с министром, Эмбер, - перебил ее отец, положил ладонь на ее руку, заметив, что министр Ферузи снова хмурится.

Эмбер отдернула руку.

– Но я хочу посмотреть на тех, кто здесь жил.

– Эмбер, я понимаю, - сказал тихо ее отец. – Но сохранить природу без определенных жертв нельзя.

– Но…

– Хватит, - предупредил отец. – Думаю, тебе пора вернуться в комнату.

Эмбер стиснула зубы, но придержала язык. Поднявшись, она вышла из Бома.

– Я могу остаться? – спросил Генри.

– Конечно, - ответила его мама с улыбкой, а Коннор поднялся на ноги.

– Провожу Эмбер, - объяснил он.