Защитник

Моррелл Дэвид

— Кавано.

— Что?

— Я не знаю вашего имени.

— А у меня его нет. Кавано — мой рабочий псевдоним. Я никому не сообщаю своего настоящегоимени. Это может оказаться опасным для тех, кого я защищаю.

— Псевдоним?

— Вы знакомы с профессиональным жаргоном? — Кавано наконец-то расслабился. Дыхание Прескотта уже не было столь судорожным, и теперь отпала нужда заботиться о его эмоциональном состоянии, не отвечая на опасные вопросы. —

Одним из способов противника добраться до твоего клиента является способность идентифицировать личность защитника.

— А что это дает?

— Противник может узнать место жительства защитника или его родственников, и так далее. Вы угадываете логику?

У Прескотта колыхнулся второй подбородок, когда он кивнул.

— Противник может убить телохранителя в тот момент, когда он находится дома, не на задании, не в состоянии боевой готовности.

— А новая команда защитников, которую наймет клиент, окажется не в состоянии быстро подстроиться к ситуации, чтобы обеспечить надлежащий уровень безопасности. Клиент окажется в уязвимом положении, — закончил Кавано.

Прескотт вновь кивнул.

— Или, к примеру, противник может похитить кого-либо из родственников телохранителя, чтобы шантажировать его, вынуждая ослабить защиту, — продолжил он.

— Вы схватываете на лету. Мои близкие не подвергнутся опасности в том случае, если плохие парни не имеют возможности узнать, кто они. Для этого они не должны знать, кто ятакой.

— У вас есть семья?

— Нет, — повторил Кавано, естественно, солгав. — Вы постоянно употребляете термин «телохранитель». Я им не являюсь.

— Так...

— Правильным термином будет «агент по защите».

— А в чем разница?

— Телохранители — простые убийцы. Таких нанимают главари банд. Грубая сила.

— Но ваша работа, как я успел убедиться, требует самых разнообразных навыков. Благодарю вас. То, через что вам пришлось пройти, чтобы спасти меня, характеризует вас как самого храброго из всех людей, которых я видел в своей жизни.

— Нет, — ответил Кавано. — Это не храбрость.

— Я не знаю другого названия для этого.

— Выучка.

На сиденье зазвонил мобильный телефон, оставленный бритоголовым водителем.

16

Прескотт вздрогнул.

Телефон зазвонил во второй раз.

— Нажмите кнопку ответа и дайте телефон мне, — сказал Кавано.

Прескотт повиновался. В его движении чувствовалось беспокойство.

Продолжая вести машину левой рукой, Кавано прислонил телефон к правому уху.

— "Пицца Хат".

— Смешно, — ответил жесткий, как наждачная шкурка, голос.

— Благодарю.

—

Речь не о «Пицца Хат». Ты украл нашу машину и сжег свою.

— Нетрудно догадаться.

Прескотт напряженно смотрел на Кавано, стараясь угадать, что говорят на другом конце линии.

— Это нас не остановило. Мы продолжаем вас преследовать.

— Следовало ожидать, — ответил Кавано.

— Ты не полицейский. Ты мог бы вызвать подмогу, но предпочел держаться подальше от полицейских машин, значит, ты частный охранник. Брось это дело. Ты влез на тот уровень, до которого тебе далеко.

— Да ну? А я думаю, что до сих пор у меня неплохо получалось.

— Прескотт сказал тебе, куда ты влез?

— У него не было времени, чтобы сказать мне хоть что-то, — солгал Кавано. Качество связи было не слишком хорошим, а в ушах до сих пор стоял звон от выстрелов, и пришлось прижать телефон к уху еще плотнее, чтобы расслышать следующую фразу.

— Если ты совсем не в курсе, в чем дело, мы можем отвалить тебе деньжат. Отдай его нам, и мы оставим тебя в покое.

— Звучит неубедительно.

Человек на другом конце линии устало произнес:

— Если бы ты не был рядом с Прескоттом, ты бы уже давно отправился к праотцам. Это первый случай в нашем деле, когда человек, за которым мы гонимся, служит щитом для своего телохранителя.

— Защитника.

— Что?

— Я не телохранитель.

— Да кто угодно, — голос стал более жестким. — Когда я в следующий раз тебя увижу, молись, чтобы ты был как можно ближе к Прескотту. Иначе я продырявлю твою голову. Этозвучит убедительно?

— Это все, ради чего ты звонил? Дешевые угрозы?

Голос замолк.

Кавано неожиданно понял, что происходит на самом деле.

— Побольше сыра, да?

— Что?

— Ваша пицца будет готова через пятнадцать минут, — ответил Кавано, на миг оторвав взгляд от дороги, чтобы выключить телефон.

С машиной поравнялся мусоровоз, доверху загруженный хламом. Кавано открыл окно и бросил телефон в его кузов.

— Что вы делаете? — спросил Прескотт.

— Люди Эскобара звонили не для того, чтобы просто поболтать. Они решили убедиться в том, что телефон остался в машине.

— Но зачем...

— В телефоне находится радиомаяк. Они будут искать нас по его сигналу, который уведет их в сторону от нас. Насколько я могу судить, сама машина тоже может быть оборудована радиомаяком, однако с этим ничего не поделать.

— Почему вы не убили водителя? — спросил Прескотт.

— Что?

— Там, у гипермаркета, вы рисковали, когда приказали ему бежать. Он мог попытаться схватить свое оружие.