Застава
Шрифт:
В камере Кама уложила меня на широкую грязную лавку, оставив Берга блевать в парашу. Я позлорадствовала над его сотрясением того, что у него между ушей, попросила Тиару не награждать меня после всех испытаний вшами и погрузилась в дрёму.
Разбудил меня лично сар Марис в сопровождении оруженосца и какого-то типа в красной мантии и с писчей доской на пузе. Я спросонья чуть было не начала над ним смеяться, но вроде сдержалась. Оказалось, это был их врач. Меня раздели, осмотрели, уложили на носилки и понесли в казармы. Марис то ли ругался на меня, то
Во второй раз я проснулась на следующий день. Камалин бодро отчиталась, что по заверениям здешнего врача я почти здорова, мои синяки, ссадины и сломанные ногти обработали, занозы из ладоней вынули, а Камалин лично меня помыла. В общем, немного пудры на лицо — и можно в гроб класть и показывать людям.
Меня накормили, выдали новую смену белья, мужской рабочий комбинезон, мои ботинки и новый бушлат с шапкой. Ух, красота! С помощью Камалин я причесалась, заплела косу и отправилась к мастеру Марису рассказывать, что со мной случилось.
Я рассказала многое, но не всё. Умолчала про подземный город, про Магду, постаралась не заострять внимание на моём удивительном пересечении Океана. Последнее, как ни странно, мастера удивило меньше всего. Как сказал рыцарь, Тиара защищает. Я не стала спорить.
Берга взяли под стражу. Я указала на то, что он сильный и хитрый волшебник, но меня успокоили, что он ещё долго не сумеет колдовать после того, как я приложила его по лбу.
Оставалась самая неприятная часть.
Браслет на руке Камалин.
Я надеялась, что его не заметят, но не я одна такая умная и могущественная волшебница в Вольных землях. Сразу двое рыцарей этой заставы заметили, что браслет как минимум фонит и вызывает реакцию в ближайших минопроводах. Я, не вдаваясь в подробности, описала происхождение вещицы и попросила помочь его снять с моей ученицы. Хотя меня уверили, что её здоровье в полном порядке, я бы предпочла избавиться от странного предмета.
В самом конце разговора Марис сообщил, что пришла телеграмма от мастера Рахаила. Он обещал прибыть на ближайшем поезде в течении трёх-пяти дней. До этого времени Марис вежливо предложил мне побыть их гостем.
Ну, хоть не под арестом, молча обрадовалась я. Хорошее же начало новой жизни в новом цикле.
Рахаила встречали торжественно. На станцию высыпал весь гарнизон в парадных доспехах и плащах. Мой старик величаво вышел из товарного вагона, как если бы был Великим Магистром или наследным принцем какого-нибудь вольного королевства. Марис от души пожал ему руку, провёл к автомобилю, усадил и лично повёз в крепость. Я аж прослезилась от такого обращения. Как мне пояснил приехавший вместе со стариком Лир, это всё от того, что старик когда-то действительно входил в совет магистров, но выбрал добровольное назначение в нашу заставу, и не покидал её почти тридцать лет.
— Ты-то откуда это знаешь?
— А он мне сам рассказал.
Потом я почти
Я покинула крепость всего четыре дня назад. А по ощущениям — целую вечность.
— Ну, как ты? — мирно спросил у меня старик. Я расплакалась и повисла на нём, прося забрать меня домой и спрятать ото всех этих глупых людей, гибернийских тайн и просто чужих глаз.
По-моему, у меня случилась истерика.
Когда я успокоилась, мы смогли наконец-то поговорить о деле.
— Майка, ты знаешь, что это такое? — Рахаил передал мне лежащий на столе Мариса гибернийский браслет. Я осторожно взяла его и покрутила в руках.
— Это вы его сняли? Когда?
— Успел. Ты мне ответь, девочка, что это?
— Не знаю, что это, — мой ответ был абсолютно честным. Это был браслет. Просто браслет из мягкого грязного серебра с большим красным камнем. Издали он казался прозрачным, но вблизи я увидела, что он похож на самый обычный сердолик. На мою руку браслет бы не налез. Если только попробовать разогнуть. Он был сделан очень грубо. Серебряные части украшал простенький растительный орнамент. Я была готова поклясться, что когда я видела вещицу на руке Камы, узор был другой.
— Но наша лесная подруга его очень ценила. И кто-то нанял наших пришлых друзей, чтобы его добыть, — Рахаил раскурил сигарету и предложил мне. Я отрицательно покачала головой.
— Магда тоже не была его хозяйкой. Я… Камалин сказала, что они сняли браслет с бронзовой статуи гибернийца. Берг как-то снял его, разбив руку статуи. Кстати, я не убила его. Может быть, он что-нибудь расскажет?
— Марис сказал, что этот парень утверждает, что был простым исполнителем, а с заказчиком общался один из трупов.
— Кама утверждает, что до моего появления он говорил совсем другое.
— Кстати, о твоём появлении, — Рахаил присел на край стола. Я напряглась.
— А что с ним?
— Не придуривайся, сестрёнка. Ты пересекла Океан за пределами вагона, выжила, а потом свернула шеи трём здоровенным мужикам. Мне придётся что-то писать в объяснительной.
— Ну так и пишите — Тиара защитила, — пожала плечами я.
— Тиара?
— Ага. Ну, я думаю, что она. Её о помощи я просила больше всех. Возможно, она и откликнулась. Я о переходе через Океан ничего толком не помню.
— Хорошо, — согласился старик. — Напишу. Браслет отправится в Альдари. Мой коллега, у которого мы так… самовольно находимся в гостях, запретил вывоз этой вещицы обратно в Шеркел.
— Хочет выслужиться? — тихо спросила я.
— Не хочет вляпаться в неприятности. Он мальчишка, всего пятьдесят лет. Ещё не потерял надежды сделать карьеру и стать Великим Магистром.
— А вы как им стали?
Рахаил приподнял брови, потом улыбнулся.
— Заслужил. Долгой и верной службой. Лир разболтался?