Застрянец
Шрифт:
— Э! — он снова подал голос.
— Вчера сон видел, как лично с королём разговариваю. Самым счастливым человеком на свете проснулся. Может, вещий? Пустите на минутку.
— Может тебя четвертовать?
— Ну нет, так нет.
Повели нас дальше. Ещё двадцать минут у зала мурыжили. С проходками кто-то напутал или что?! Ё-моё, что за организация?! А ничего, что здесь сам господин Глинский в очереди стоит?!
С горем пополам, когда уже солнце к земле пошло, запустили нас в зал. Остальные чины заняли почётные места. Вот
Ну ничего… мы гордые…
Место мне удачное досталось. Хоть и в самом конце, но зато рядом с Мясником. И только я сел, гонец в зал забежал. Подошёл и на ухо шепчет Мяснику. Слов я не разобрал, но по охреневшему выражению лица всё понял. Крис с пацанами начали своё дело.
Мясник распетушился, начал руками махать. Мещерский его на языке жестов в жопу послал. Нету ему дела до Мясника, сейчас король должен прийти. А Мясник так покраснел, что чуть не взорвался. Мещерский таки соизволил подойти.
— Грабят меня, господин Мещерский! — прошипел мясник.
— Кто? — спросил Мещерский и на меня посмотрел.
Ни фига себе! Если Глинский здесь, то больше грабить некому?!
— Не знаю! Охранника связали и таскают из поместья добро!
— Чёрт бы тебя побрал!
Мещерский подозвал Самсона и отдал приказ — идти на помощь. Самсон передал приказ — собирать людей — и вышел из зала. Будем надеяться, что Крис сумеет вовремя оттащить пацанов, пока Самсон не заявится. Хотя это будет непросто. Там столько добра, а охраны — два человека… Ну и придурка же к нам в Виктомск занесло.
Мясник-Исаев выпил три бокала вина и сгрыз в два раза больше ногтей. В зал вошёл король. Вот те раз! Я ожидал молодого увидеть, но молодость прошла. Вот батя же его — козёл. Только годам к пятидесяти тёпленькое место освободил. Седая борода, плечи, в лёгкой демисезонной броне и белом плаще. Явный закос под архангела Тираэля из дьябло.
Занял он самое крутое место, вокруг него все вьются, жужжат, стрекочут. Нас с насиженных мест подняли. Официальная часть пошла.
— Ну, рассказывай, — приказал король Мещерскому.
Мещерский ни разу не растерялся. Подорвался и давай… Прибыль, налоги, охрана земель, железо, рудники, планы, достаток, угодья… Ё-моё. Ему бы в паверпоинте презентацию сделать — любой акционер бонусы выпишет!
Мещерский докладывал, Прокофий улыбался и кивал, Ростопчина слушала и почти всё время на короля смотрела, а Мясник-Исаев начал потом вонять.
И всё так складно у Мещерского получалось. Не подкопаешься.
— Запасы на зиму? — спрашивает король.
— Есть!
— Заготовлены ли дрова?
— Полно!
— Лекарства!
— Закуплены!
— Жратва для харва?
— Целый город!
Шучу-шучу… Про харва королю ещё предстояло узнать. Хотя я так и не придумал, как ему сказать. Здесь и охрана Мещерского
В общем, если бы не дела с харвом, то к Мещерскому не подкопаться. Идеальный менеджер.
Король махнул рукой. Его помощник в чёрном балахоне с белой полоской на шее взял бумагу. Зачитал какое-то дерьмо. Награды и родовое дерево короля, а потом объявил голосование.
— Прошу господ Виктомска поднять руки в знак согласия с управлением господина Мещерского!
Все как один вскинули руки. И я. К этому времени до меня дошло — нужно, чтобы король его князем сделал.
Мещерский потешит своё самолюбие и успокоится хотя бы на время. А там и с харвом что-то придумаем. Может, Мещерский и сам его грохнет. Не повезёт же в столицу. Поймёт, что дорожка карьерная открылась. Силовые методы выкинет на помойку и с двойным усердием примется жопы лизать да яды конкурентам в стаканы подливать. Такой громкий инфоповод, как многоголовый харв, ему точно популярности не прибавит.
А если мы Мещеру забракуем, то фиг знает, чем всё закончится. Богатыри у короля будь здоров, но против них демон с телекинезом и армией обезглавленных зомби.
— Все "за"? — спросил король.
— Однозначно! — ответил я.
Повисла тишина. Мещерский выпрямил спину, приподнял подборок. Наступил его триумф. Наконец-то король оценит его старания и возьмёт в катку избранных.
— Совсем тираном стал…
Мещерский замер с бокалом в руке:
— Простите?
— Видал я и раньше таких правителей. Всё складно у них, налоги вовремя платят, в городе порядок. Думал, может, ты хороший человек Мещерский. Но не-е-т…
— Отчего же, ваше величество?
— По людям вижу.
В смысле по людям видит? Я отвёл взгляд и посмотрел на нашу команду. Ростопчина вроде глазом не подмигивает, я рожи не кривлю, Мясник немного поплыл. Но оно и понятно. Не очень-то приятно сидеть за столом и лыбиться, когда у тебя малолетки дом обносят. А Прокофий вообще — с таким обожанием на Мещерского смотрит, что, кажется, сейчас целоваться полезет.
— Ваше величество…
— Затравил тут всех!
Король долбанул рукой по столу, в голосе хрипоты прибавилось. Он и так — дядька не самый милый, но сейчас прям лучше не подходи.
— Вон как люди твои руки вскинули. Боятся тебя до смерти! Истязаешь их или смертью грозишь, чтобы повиновались?! По людям вижу, что ненавидят они тебя.
По очереди король посмотрел всем в глаза. Я свои седлал добрыми, ласковыми и даже моргнул. Не помогло. Ваше величество сквозь нас смотрел.
Правду, однако, Мещерский говорил про ненависть короля. Невзлюбил он его, и всё тут. Замкнутый круг получился. Мещерский хотел перед королём выслужиться и князем стать, а король его не замечал и принижал. Вот Мещерский харва и приручил. Решил силой доказать.