Зависть
Шрифт:
Его Сисси.
Ну, на самом деле, не «его», но он начал думать, что ответственен за Сисси.
Дело в том, что в отличие от ее родителей, семьи, друзей и общества в целом, он знал, где она была, и что с ней случилось. Она не стала частью бесконечного списка сбежавших из дома; не была убита бойфрендом или незнакомцем; ее не зарезал серийный убийца, который, согласно сайту «ККЖ», разгуливал на свободе.
Но она была убита. Девиной.
Сисси была девственницей, принесенной в жертву для защиты зеркала — самого священного предмета для демона. Джим обнаружил ее тело напротив зеркала, подвешенное вверх
Сесилии не место в аду. Она была невинной, захваченной и использованной злом… и Джим освободит ее, даже если это — последнее, что он сделает.
Поэтому они вернулись в Колдвелл. И поэтому бесились Эдриан и Эдди.
Без обид… но к черту их.
Джим аккуратно взял распечатку и провел мозолистым пальцем по зернистому изображению длинных светлых волос Сисси. Моргнув, он увидел волосы, покрытые ее кровью и свисающие почти до водостока фарфоровой ванны. Потом он снова смежил веки и увидел ее в другую ночь, в злачной тюрьме Девины. Девушка была напугана, сбита с толку, беспокоилась за родителей.
Он поступит правильно по отношению ко всей семье Бартен. А жалобы Эдриана и Эдди — лишь аэробика для их ртов: он не отвлекался от войны, потому что не мог позволить себе проиграть Девине прежде, чем вызволит Сисси из стены душ. Ага.
Смежная дверь широко распахнулась, и Эдриан, так же известный как Лишенный музыкального слуха Уандер [9] , вошел без стука. Определенно его стиль.
Ангел был одет в черное, как обычно, и разнообразный пирсинг на его лице не показывал и половины того, что он предположительно носил на своем теле.
9
Стиви Уандер (англ. Stevie Wonder; настоящее имя Стивленд Хардвей Джадкинс; 13 мая 1950 года, Сагино, Мичиган) — американский слепой соул-певец, композитор, пианист, ударник, харпер, музыкальный продюсер и общественный деятель, оказавший огромное влияние на развитие музыки XX века. 25-кратный лауреат премии Грэмми. Один из основоположников классического соула и R’n’B.
— Вы закончили перемывать мне косточки? — Джим перевернул статью лицом вниз и скрестил руки на груди. — Или просто взяли короткий перерыв?
— Как насчет того, чтобы отнестись к делу серьезно?
Джим встал с кровати и подошел вплотную к воину:
— Хоть немного похоже, что я тут валяю дурака?
— Ты притащил нас сюда не для войны.
— Черта с два.
Когда они сошлись нос к носу, Эдриан был неустрашим, даже несмотря на то, что будучи бывшим убийцей из тайного подразделения, Джим знал, как завалить такого тяжеловеса дюжиной различных способов.
— Эта девочка — не твоя цель, — сказал Эд, — и в случае, если ты не заметил, мы проиграли раунд. Отвлечение внимания — нам не друг.
Джим проигнорировал упоминание о Сисси: он ясно дал понять, что не будет обсуждать ее. Его парни стали свидетелями тому, как он нашел тело, они видели, как это повлияло на него… поэтому
Черт… дерьмо на «рабочем» столе — не то, что хочется демонстрировать даже закаленному в битвах мужчине. А невинной девочке? Которая и без того была в ужасе?
К тому же, в действительности, надругательства никоим образом не беспокоили его. Пытки, какую бы форму они не принимали, были лишь перегрузкой физических ощущений… но, опять же, не обязательно кому-то наблюдать за ними. Тем более, его девочке.
Не то, чтобы она была «его».
— Я собираюсь поговорить с Найджелом, — выплюнул Джим. — Так, ты закончил задирать меня? Или продолжишь тратить мое время впустую?
— Тогда почему ты до сих пор не там?
Ну, потому что он сидел на кровати, уставившись в пустое пространство и гадая, где, черт возьми, Девина спрятала тело Сисси.
Но Джим был слишком большим придурком, чтобы признаться в этом.
— Джим, я знаю, что эта девочка важна для тебя. Но, да ладно, приятель, нам нужно заняться делом.
Пока Эд говорил, Джим взглянул парню через плечо. Эдди стоял в двери между комнатами, его огромное тело было напряжено, красные глаза мрачны, а длинная черная коса переброшена через плечо, ее конец почти достигал пояса кожаных брюк.
Черт.
Можно поспорить с громким голосом Эдриана. Или с его ударом… что случалось ранее. Но неконфронтационная уверенность Эдди не предоставляла цели. Она — зеркало, отражавшее твою собственную ослиную тупость.
— Я возьму это под свой контроль, — сказал Джим. — И сейчас я собираюсь повидаться с Найджелом.
Архангел Найджел находился в своих покоях в Раю, когда к нему поступил вызов.
В любом случае, самое время покинуть ванну.
— Намечаются гости, — сказал он Колину, поднимаясь из ароматической воды.
— Я останусь здесь… в ванне идеальная температура. — На этих словах Колин томно потянулся. Его темные волосы намокли от влажности воздуха и закрутились на кончиках, царское, умное лицо было расслабленно как никогда. Что не так и ужасно. — Ты знаешь, какова цель его прихода?
— Разумеется.
Найджел пересек мраморный пол и, отодвинув в сторону кораллово-сапфировую занавеску, вышел и аккуратно расправил тяжелую дверь из бархата и дамаста. Нет нужды кому-либо знать, кто присоединился к нему в ванной… хотя он подозревал, что Берти и Байрон догадывались. Однако они были слишком тактичны, чтобы сказать что-нибудь.
Облачившись в шелковый халат, он не стал озадачивать себя и одевать что-то более официальное. Джим Херон не обратит внимания на его одеяния, и, судя по тому, как, вероятно, пройдет встреча, возращение в ванную будет крайне необходимо.
Взмахом руки, Найджел призвал ангела с Земли, поднимая тело Херона сюда, где, в его личных покоях, оно обрело форму.
На кушетке, обитой шелком, собственно говоря.
Спаситель выглядел смехотворно на малиновом диванчике, массивные руки и ноги упали по сторонам, черная футболка и затертые джинсы оскорбляли столь деликатную ткань.