Завоеватель
Шрифт:
— А что, если ты уже наложила чары? — Его глаза загадочно поблескивали. — Или это можно считать благословением?
— Не понимаю…
— Разве не ты внушила мне такое неистовое желание?
— Нет! — Прижимаясь спиной к шаткой стене, Кейдре в ужасе следила за тем, как искры в его глазах разгораются в жаркое пламя. — Нет, клянусь!
— Я тебе не верю! — Он прижал ее к себе так, что она почувствовала жар, исходивший от мощного мужского тела, и прошептал: — Зелье! Отдай его мне!
— У меня ничего не осталось, — пролепетала она. Сильные уверенные
— Какая у тебя узкая талия! — хрипло прошептал он. Кейдре невольно подняла взгляд — и уже не в силах была его отвести. — Я могу обхватить ее пальцами!
У нее захватило дух.
— Ты слишком прекрасна для простой смертной!
Его руки сжимались все теснее. Тело Кейдре немедленно откликнулось — кровь струилась по жилам все быстрее, горячая, нетерпеливая…
— Отпустите меня… — еле слышно взмолилась она.
— А вдруг, — продолжал шептать норманн, наклоняясь все ближе, — ты и правда колдунья?
— Нет! — В этот миг Кейдре готова была выложить ему всю правду — лишь бы он, этот золотоволосый великан, не считал ее ведьмой!
Внезапно его рука заскользила вверх и с удивительной нежностью погладила ее по груди. Кейдре хотела вырваться, но не смогла пошевелить даже пальцем. Он наверняка чувствует, как неистово колотится у нее сердце!
Рольф опять погладил ее по груди, задев напряженный чуткий сосок, отчего с ее губ сорвалось испуганное восклицание; а когда он наклонился, чтобы поцеловать ее в губы, Кейдре вмиг позабыла о том, что перед ней смертельный враг. Главным было то, что ее целуют — так ласково, так нежно — и сильная рука гладит по плечу.
Когда Рольф прервал поцелуй и отстранился, она не сразу пришла в себя.
Он посмотрел ей в лицо и улыбнулся.
Так это была издевка? Кейдре, не выдержав, подняла руку и ударила его. Она вложила в этот удар всю силу своей обиды и унижения, но он увернулся, так что ее ладонь лишь скользнула по его подбородку. Девушка застыла, напуганная собственной выходкой. Что теперь будет?
Норманн схватил ее и рывком привлек к себе.
— О нет!
Он прижал ее еще сильнее и впился губами в ее губы. На этот раз от нежности не осталось и следа — перед ней был завоеватель, расправляющийся с беспомощной жертвой. Кейдре почувствовала, как хрустнули ее зубы, когда он стал прорываться в ее рот…
Неожиданно Рольф отпустил ее — задыхающуюся, готовую разрыдаться от обиды и страха.
— Никто, — промолвил он, покраснев от ярости, — никто и никогда не смел делать ничего подобного!
— Иди к черту! — Кейдре стиснула кулаки.
Он смотрел на нее, готовый к самым решительным действиям. Кейдре попятилась — и налетела на стену шатра. Ловушка! Она угодила в ловушку! Еще никогда в жизни ей не было так страшно!
В следующий миг его рука с быстротой молнии нырнула ей за пазуху.
— Что это? — Он
— Отдай! — Она яростно рванулась вперед, но не тут-то было: Рольф уже успел надеть цепочку и спрятал ладанку у себя на груди. — Ублюдок! Бесстыжий ублюдок!
— Я не позволю тебе травить моих людей! — мрачно предупредил рыцарь.
— Ты меня обманул!
— Обманул? — Он самоуверенно ухмыльнулся. — Давай называть вещи своими именами, милашка! Я — мужчина, а ты всего-навсего женщина, и я всегда возьму у тебя все, что пожелаю! Или ты предпочитаешь, чтобы я наломал тебе бока?
Кейдре молчала.
— Лучше не противься мне, Алис! Ты ведь только что сама убедилась, как хорошо нам будет вдвоем! — Его выразительный взгляд снова прошелся по ее пышной груди.
— Никогда! — выкрикнула Кейдре, вложив в это слово всю свою ненависть.
— Ну что ж, ты можешь обманывать себя, пока у тебя есть такая возможность! — Широкая улыбка осветила его суровое лицо. — Только учти, очень скоро тебе придется признать правду!
Норманн направился к выходу, но перед тем, как уйти, задержавшись на миг, бросил через плечо:
— И меня!
Глава 6
Этот сон повторялся всякий раз, когда тревога и страх сильнее всего терзали ее душу. Он посетил Кейдре и в эту ночь.
Она снова была семилетней малышкой, выскочившей на крыльцо отцовского замка и зажмурившейся под ослепительными лучами утреннего солнца. Во дворе звенели радостные детские крики, и она со счастливой улыбкой обернулась в ту сторону, где собралась целая толпа детей из соседней деревни. Алис, которая была младше Кейдре на два года, тоже бегала по двору, играя вместе со всеми в пятнашки.
Кейдре подобрала подол и помчалась к детям, то и дело спотыкаясь, сгорая от нетерпения и радостного желания поскорее принять участие в этой чудесной забаве. Водил мальчик по имени Редрик, и Кейдре едва успела увернуться от его руки.
Она так увлеклась игрой, что не заметила, как со всего разбегу налетела на Алис. От толчка темноволосая хрупкая девчушка кубарем полетела в траву. Ее горестный вопль мигом остановил игру: дети столпились вокруг жалобно причитавшей Алис, до крови ободравшей колено.
— Прости, Алис! — горячо воскликнула Кейдре. — Я…
— Ты меня толкнула!
— Я же не нарочно!
— Ты гадкая!
— Алис, — вмешался Редрик, которому вот-вот должно было исполниться тринадцать, — это получилось случайно! Давай я помогу тебе встать!
— Кто ее вообще сюда звал? — взвизгнула Алис, обливаясь слезами. Кейдре, уже наученная горьким опытом, моментально догадалась, что будет дальше, и попятилась.
— Пойду позову бабушку! — предложила она, всем своим маленьким сердечком желая исцелить ободранную коленку и сделать так, чтобы между ними снова воцарился мир. Вот только проблема была в том, что все ее попытки сблизиться с Алис пропадали втуне, разбиваясь о глухую стену ненависти и зависти.