Завтрак в постели
Шрифт:
– Как я хочу тебя, Слоун! Как хочу войти в тебя! – шептал он.
– Господи, я тоже хочу тебя, – промолвила она.
Их губы слились в новом страстном поцелуе, и Картер уже собрался было перейти к новым, более смелым ласкам, как вдруг, неожиданно для себя самого он схватил ее лицо обеими руками и проговорил:
– Черт! Прости меня, любимая, за то, что я так поступаю, но я просто не могу сделать этого.
Девушка прижала пальцы к губам, едва не закричав от унижения. Вырвавшись из объятий Мэдисона, не желавшего сразу отпустить
– Не смей больше до меня дотрагиваться! Оставь меня!
– Слоун, но я… – оторопел молодой человек.
– Не стоит ничего объяснять. Если бы ты не остановился, это сделала бы я, – дрожащим голосом промолвила Слоун, пытаясь застегнуть непослушные пуговицы на блузке. – Ты совершенно прав. Мы не можем сделать это. Даже не знаю, что со мной случилось. Я… – Ее голос сорвался, и девушка прижала пальцы к вискам – ей казалось, что голова ее вот-вот расколется от кипящей в сосудах крови. – Ты… Алисия… Я не должна была целоваться с тобой…
– Черт, о чем это ты говоришь? – недоуменно спросил он. – Я остановился вовсе не из-за Алисии.
Слоун уставилась на него непонимающим взглядом.
– Я не мог пройти через это из-за моей фантазии, из-за моего искаженного воображения.
– Что-о?! Из-за какой фантазии?
– Черт! – Бросившись на стул. Картер закрыл лицо ладонями. Некоторое время он сидел не двигаясь, и Слоун, также остолбенев, следила за ним. Ей хотелось и вовсе окаменеть на этом месте, хотелось забыть о необходимости принимать решения и вообще мыслить… Хотелось умереть….
Но вот он поднял голову и устало произнес:
– Присядь, Слоун, давай поговорим.
– Нет. Я не…
– Не спорь со мной! – рявкнул он. – Сядь и выслушай меня! – Помолчав, молодой человек добавил:
– Пожалуйста.
Взяв стул, девушка села с противоположной стороны от Мэдисона с таким видом, словно ее ожидало судилище за развратное поведение.
– На следующее утро после моего приезда сюда я мечтал у себя в комнате, – начал он. – Звучит это нелепо, но, как писатель, я очень много мечтаю и живо представляю себе все, что происходит с моими героями. В общем, так или иначе, но тогда я вообразил серя главным героем романа, и перед моим внутренним взором прошла недавняя сцена.
Судорожно сглотнув, Слоун смотрела на свои сплетенные побелевшие и холодные пальцы.
Мэдисон робко улыбнулся:
– Это была чудесная мечта, но я не мог воплотить ее в реальную жизнь. Я не хочу заниматься с тобой любовью второпях и украдкой. Хочу, чтобы мы были обнажены и долго ласкали друг друга. Любовь не должна унижаться.
– Нет, Картер, – покачала головой Слоун. – Не говори так. Это не должно произойти.
– Слоун, я что, не прав? – спросил он дрогнувшим голосом. – Ты не любишь меня?
Девушка подняла голову, и Картер увидел, что глаза ее полны слез. Вот две из них покатились по ее щекам, и она закивала – сначала нерешительно, а затем все сильнее.
– Да… Да! Да!
Мэдисон испытал невероятное
– Знаешь, каждый раз проходя мимо тебя, я чувствовал себя каким-то сексуальным маньяком. Мне так и мнилось, что я зажимаю тебя в углах, бросаю на кровать, раздеваю… но я и думать не смел, спускаясь вниз, что произойдет что-то подобное. Я правда не собирался подлавливать тебя в кухне и заниматься с тобой любовью на тумбочке, поверь мне, ради Бога.
– Ты же не заставлял меня… Он улыбнулся, глядя на лицо Слоун, на ее разметавшиеся волосы.
– Я мужчина, Слоун. Конечно, я был вне себя – то же самое было бы-с любым мужчиной на моем месте. Но, признаюсь, я всегда вел себя с женщинами не очень-то хорошо. Я брал их быстро и… бессердечно – лишь для того, чтобы получить удовольствие. Почти всегда мне было наплевать, увижу ли я их вновь. – Картер крепко сжал ее руку. – Но на этот раз все по-другому. Это не просто страсть, поверь мне. Не хочу, чтобы ты подумала, что я просто решил развлечься с тобой, раз уж оказался под твоей крышей, – как будто твое тело входит в оплату номера.
Покраснев, Слоун отвернулась:
– Я так и не думала. Но как ты узнал, что я не из тех хозяек, которые позволяют себе развлекаться с постояльцами?
Молодой человек нежно улыбнулся:
– Потому что ты такая, как ты есть, – это чудо, большая редкость. Потому что ты краснеешь, когда я говорю что-нибудь… двусмысленное, Они рассмеялись так, как могут смеяться только очень близкие люди.
– Господи, как же я измучился за последнюю неделю! – промолвил Мэдисон. – Черт, я годами писал о том, о чем не имею ни малейшего представления! И что хуже всего – я этого не знал!
Встав из-за стола, молодой человек подошел к окну, он смотрел на дождь, барабанящий по подоконнику.
– В каждой моей книге непременно завязывается любовная интрига, иногда это бывает любовный треугольник. Но отношения влюбленных всегда романтичны. Я убедил себя и пытался убедить читателей, что мой герой всегда любил одну девушку. Но вдруг я понял, что пишу о любви, не зная, что это такое. – Он повернулся к Слоун. – Вот теперь, повстречав тебя, я знаю, что чувствует мужчина, влюбленный в женщину. Я стал… беспомощным… И хочу выразить это ощущение в своей книге. Грегори в самом деле любит эту девушку, и ему не пережить, если придется…
– ..оставить ее, – договорила за Картера Слоун.
– Я и думать об этом не хочу, – сердито молвил Мэдисон. Слоун встала:
– Но мы должны об этом думать. Ты помолвлен с моей лучшей подругой – единственным человеком на свете, который обо мне заботился. Мы с ней любим друг друга, как настоящие друзья. Сегодня я чуть не предала дружбу, но больше рисковать не стану. Она – мой друг.
– Черт побери, но она и мне друг! – закричал Картер, но когда девушка выразительно указала взглядом на потолок, молодой человек произнес драматическим шепотом: