Завуч

Павел Ухмылов

"Завуч"

Маршрутка была на удивление полупустой, Алексей глянул на часы - ну да, полседьмого, неудивительно, что так безлюдно. Протянув деньги за проезд, он устроился на заднем сидении, включив новую аудиокнигу Руса и прикрыв глаза, постарался погрузиться в волшебный мир меча и магии, где воля, умение и знание делали из рабов королей, где армии сшибались в яростных битвах, где была магия. Книга не пошла, в очередной раз на него навалились воспоминания о его пути к Магии.

– Магия, - вдохнул Алексей, магия

не давала ему покоя с самого детства.

– Витает в облаках! Примите меры!
– самая распространенная запись в его школьном дневник вплоть до 8 класса. Родители прятали книги, заставляли беречь глаза, "испортишь же, так много читать!" заниматься спортом, выгоняли на улицу, но Алексей просто не мог без книг. Только они давали ему возможность окунуться в мир приключений, в мир магии. Магия была для него всем. Он приставал к цыганкам, искал в своем городе сатанистов и даже пару раз ходил смотреть на их ночные ритуалы, знал наизусть все сонники, наговоры, гороскопы. Занимался йогой, цигуном, медитациями, знал все ветки развития магов, колдунов, волшебников во всевозможных компьютерных игрушках. В общем, Алексей был одержимым. Ведь не может быть, что в этом мире нет магии, она есть, её не может не быть! Просто люди забыли, утратили знание, сделали вид, что ничего и не было. Ведь как можно было построить египетские пирамиды, индийские храмы, Каменная голова из Гватемалы, артефакты Майя, Иракские статуи людей-ящериц - Алексей недоумевал почему люди в упор не замечают следы магического следа. Так продолжалось до 10 класса. В школу пришел учитель русского языка и литературы, Лев Львович был крут - он знал все стихи на свете, цитировал отечественную и зарубежную классику, весь класс слушал его, открыв рот. Даже реальные пацаны не осмеливались перебить его или вставить крутой комментарий. "Вот она", подумал Алексей, "магия... магия слова". Парень твердо решил поступать на филфак. Риторика, психология, школьная литература, философия, единственное, что его отвлекало от волшебного мира Слова была гимнастика, на которой настоял отец.

"Не хочешь уметь драться, чтоб постоять за себя и за свою девчонку, твои проблемы, хотя откуда у тебя она возьмется-то? Но дрыщем с никакующей дыхалкой мой сын не будет. И это не обсуждается" - отец умел убеждать. Тяжелые, словно валуны слова падали в разум Алексей. Можно сказать, что он пробил ими подкорку мозга. К слову сказать, сын не раз в будущем буыл благодарен папке за то, что настоял на своем. Тело привыкло к нагрузкам, прошел хронический насморк и самое удивительное память и внимательность словно бы улучшились, хотя неудивительно - попробуй сделай фляг на бревне так, чтоб не сломать себе ногу или того хуже - спину! Леха научился доверять своему телу, тем более, что гимнастика принесла ему еще один приятный бонус - времени на сон стало требоваться меньше, это в свою очередь освобождало лишний час-полтора в день на подготовку к экзаменам.

С отличием закончив школу в университет поступал заучка- очкарик, мама оказалась права и зрение все-таки село, но ботаником назвать высокого, широкоплечного парня, передвигающегося с грацией кошки желающих не находилось.

В приемной комиссии пришлось поломать голову между отечественной литературой и зарубежной. В первом варианте гарантировалось более глубокое погружение в мир Слова, во втором бонусом шли английский и немецкий языки. В первый раз в жизни не послушав мнения родителей Алексей стал "русаком". Старославянский, польский, латынь, греческий, современный русский язык, литературоведения, языкознание, частично знакомая уже риторика - 5 лет пронеслись мгновенно. Зав. кафедрой уговорил поступить в аспирантуру и предложил стать лаборантом. В аспирантуру парень поступил, но от второго предложения отказался. Его ждала школа. Алексей хотел стать Львом Львовичем. Поначалу было непросто - старшеклассники не воспринимали парня, старшего их на несколько лет за преподавателя, а младшие классы были совсем еще глупенькие и не развитые. На первых Алексей Александрович экстренно учился социализации, построению психологически и педагогически правильной модели взаимодействия, на вторых учился терпению. И вновь

пришлось читать, читать книги по психологии, по пубертатному периоду, по личностному росту и развитию, как оказалось, ученики от мала до велика понимают и начинают тебя слушать только тогда, когда ты сам выполняешь все, о чем говоришь. Личный пример. Тут-то и пригодилась гимнастика - на одном из уроков русского в 10 "В" классе Костя, лидер школьной "банды" в очередной раз попытался увести тему урока с деепричастных оборотов на более интересную, причем неважно какую, время-то, оно идет. Алексей улыбнулся, вспоминая "Тот случай"

***

– А вот скажите, какая польза будет от этого русского языка, от владения Словом - интонацией выделив заглавную букву, Костян спародировал Алексея Александровича, который всегда обращался к Слову и Речи с присущим ему пиететом, - если, к примеру, к тебе вечером подойдут и без лишнего Слова - в классе послышались смешки, - сломает тебе нос?

– А зачем кому-то ломать мне нос?
– удивленно переспросил молодой учитель, внимательно смотря на ученика.

– Ну, знаете, люди разные бывают, кому-то может ваш сотовый понравится или вы, к примеру, не понравитесь.

– Ну, знаете - слегка улыбнулся Алексей Александрович, - для начала я попробую решить дело мирным путем...
– дождавшись появления пренебрежительных гримас на лицах пятерки парней-заводил и укоризненных взглядов нескольких модниц, продолжил - если, к примеру, не поможет, то втащу ему.

Класс зашумел. Реплики и комментарии посыпались рекой:

– Хах!

– Это по-нашему!

– Пф, а сможете?

– Говорить в классе все могут, а попробуй на улице что-нить скажи!

– Ну-ну.

– Ну, не знааааю...

– А Алексей Александрович-то крутой!

– Лол.

Переждав эмоциональный выплеск, учитель, сняв очки, добавил - а потом, воспользовавшись Словом и Ногами, поясню тому маргиналу все неправоту его точки зрения, опираясь на высокоточные пинки, вернее я хотел сказать цитаты из русской классики.

Шум вновь поднялся:

– Не перебор ли?

– А сможете?

– На словах-то все герои

– Серьезное заявление

– Алексей Александрович сможет.

Последний комментарий прозвучал как-то обыденно и повседневно, что ли? Весь класс посмотрел на Наташу Вяземскую, произнесшую эту фразу с таким скучным видом и таким снисходительно-уверенным тоном, что все и даже сам Алексей Александрович поверил, что да, сможет.

Запланированная демонстрация гимнастических навыков летела к чертям, Алексей внутренне поморщился, итак, впрочем, неплохо вышло, но последний кирпичик в фундамент своего авторитета он должен был положить сам, всего-то нужно было подвести ребят на нужную тему и позволить взять себя на слабо, а там, стойка на руках на шатающемся столе, поднятие Васи Ищенко вместе со стулом и еще пара фишечек, которые окончательно растопили бы эти детские черствые сердца.

Класс все продолжал заинтересовано смотреть на Наташу, и Алексей поймал себя на мысли, что тоже внимательное и с каким-то даже удивлением её разглядывает - Хм, а почему я пропустил ее, когда делал псих. портреты всего класса?

Первые три месяца работы в школе Алексей потратил на составление тех самых психологических портретов. Он собирал информацию как о детях и их родителях, так и об учителях и руководстве школы. С классными руководителями было достаточно завести разговор про их деток, и они с удовольствием выкладывали тебе про ребенка и его семью абсолютно ВСЕ, добавляя порой немного и от себя. Ну, а с предметниками хорошо работала маска учителя-новичка:

– 10 "А" вышел? Я у них тоже начал вести в этом году, никого не знаю, кто на что способен...
– грустный выдох, потереть очки

– Заходите, Александр Алексеевич, как-как? Простите Алексей Александрович, дети неплохие, но...

Споткнулся Алексей лишь раз, на учителе английского, который хоть и давай четкую и полезную информацию по качествам детей касательно учебы, но всеми своими наблюдениями делится не делился, ведя себя хоть и приветливо, но настороженно.

– Ой, я еще никого не знаю, подскажите, пожалуйста, чего можно ожидать от 9 "Б"?