Шрифт:
Глава первая,
в которой Артиодакт, Ланг и другие собираются в поход
Артиодакт сидел в своем доме и смотрел на Зеленый Дождь, бьющий в стекло окна. Зеленого Дождя Артиодакт не видел никогда. Что-то в этом было не так. Об этом стоило поговорить с Лангом. Артиодакт взял большой зонт из еловых веток и,
— Ланг! — крикнул Артиодакт. — Есть дело!
Ланг сначала выглянул из норы, которая располагалась напротив, парадного входа, замаскированная под простую горку с травой. Об этой норе никто не знал, кроме его ближайшего друга — Артиодакта. Отсюда легко можно было увидеть, кто пришел. Ведь никто не мог гарантировать, что это пожаловал не Карнивор, который пытается выманить Ланга голосом Артиодакта. От Карнивора всего можно ожидать.
Убедившись, что голос совпадает с личностью, Ланг стремглав побежал к парадному входу, аккуратно переступая через нити сигнализации с пустыми банками, готовыми отчаянно зазвенеть, если в нору проникнет хищник, и открыл дверь.
Артиодакт стряхнул зеленую воду с еловых лап и вошел внутрь. Ланг быстро посмотрел налево и направо, чтобы убедиться, что снаружи не таится Карнивор, и мигом закрыл дверь.
— За тобой не следили? — спросил Ланг.
Артиодакт сказал, что вроде бы нет, хотя гарантировать этого он не может.
— Повсюду могут быть хищники, — наставительно заявил Ланг, — нужно всегда быть начеку.
— Где быть? — не понял Артиодакт.
Ланг вздохнул.
— Проходи, — наконец сказал он, с видом говорящим со всей определенностью, что такая беспечность до добра не доведет.
Артиодакт прислонил зонт к земляной стене. Вытер ноги о маленький коврик, который Лангу достался еще в наследство от его прадедушки, который, в свою очередь, как-то нашел его, гуляя в Тайге. Любой, кто вытер об него ноги, мог этим фактом гордиться, потому что это был единственный достоверно известный коврик в Тайге. Артиодакт пригнулся, чтобы рогами не задеть о своды норы, миновал хранилище, где Ланг держал зимнюю морковку и вошел в гостиную. Там он присел в удобное деревянное кресло, вытесанное Родентом, который делал прекрасную мебель из сухих деревьев. Устроившись в кресле, Артиодакт еще раз подумал о том, насколько уютно у Ланга.
А тот светски пошевелил длинными ушами и спросил:
— Не хочешь ли морковного чаю?
Артиодакт кивнул. Морковный чай он одобрял, как и капустный, хотя некоторые, например Карнивор, терпеть его не могли.
Помешивая сосновой палочкой оранжевую гущу, Артиодакт начал:
— Ты заметил какой в последнее время цвет у дождя?
Ланг кивнул:
— Зеленый.
— А ведь это неправильно. У меня капуста от него на третий день убежала.
— Как так? — удивился
— А так. Ножки выросли, и убежала. Да еще и баклажаны унесла.
Значит, еще и с ручками стала.
— Да, — согласился Ланг, — и с головой.
— Вот это как раз нет, — возразил Ариодакт, — если б она с головой была, она бы помидоры прихватила, они-то поспели уже. А баклажаны зеленые были.
— Понимаю, — доверительно сообщил Ланг, — а я морковку от дождя еле в нору затащил. Огромная. А оказалась кислятина-кислятиной. Потом вытаскивать пришлось. Я ее на терке натер и вокруг норы рассыпал — Карнивора отпугивать.
— А что, он уже морковки боится?
— Такой, может, забоится.
— Я думаю, надо что-то с этим делать. А то скоро вся Тайга не такая станет. И мы, чего доброго…
Ланг глубоко задумался. Артиодакт не мешал. Ланг слыл самым умным в Тайге, конечно, если не считать Примата. Но Примат иногда был настолько умным, что его никто на понимал. Даже он сам себя, иногда. Поэтому, все сходились на мнении, что все-таки самый умный Ланг, хотя и Примат не лишен некоторых способностей.
— Нужно организовать экспедицию, — наконец сказал Ланг. — Соберем народ, поговорим. Я думаю, пойдут все. И надо будет не забыть о Примате.
— Да, — согласился Артиодакт, — он тоже умный.
— Нет, — покачал головой Ланг, — не поэтому. Просто он единственный, кого опасается Карнивор.
Артиодакт кивнул и встал.
— Тогда надо сказать об этом всем.
— Давай сделаем так, — предложил Ланг приказным тоном, — ты идешь к Роденту и Примату, а я к Марсупалу. Он хорошо скачет и мы в его сумке продукты повезем.
Артиодакт осторожно миновал заградительную сигнализацию и встал перед дверью. Ланг метнулся в боковой коридор к черному ходу. Оттуда убедился, что кровожадный Карнивор, или кто-нибудь не менее кровожадный, не караулит у входа, и открыл дверь. Артиодакт попрощался и раскрыл зонтик.
Зеленый Дождь продолжал хлестать по невысокой траве поляны и лапам окружающих ее сосен. Артиодакт взглянул наверх. Небо застилали красные облака. Стало совсем тоскливо. Он вздохнул и направился к Роденту. У Родента было намного больше нор, и жил он возле речки. Артиодакт увидел его еще издалека. Несмотря на Зеленый Дождь, тот таскал бревна и складывал в стоечку, между двумя деревьями. Наверное, на зиму.
— Привет! — крикнул, подходя, Артиодакт.
Родент был хорош тем, что был намного проще, чем Ланг. И при нем совсем не требовалось соблюдения хороших манер и правил этикета.
— Здорово, — прохрипел Родент, хватая очередное бревно. — Подсоби-ка на спину взвалить.
Артиодакт отставил зонт, чтобы не мешал, и забросил второй конец сухого обрубка на Родентову спину. Тот, охая и пыхтя, затащил бревно на верх стойки и, отряхнув руки, сказал:
— Пошли в дом, чайку разольем.