Земля
Шрифт:
— Я свяжусь с Вами на днях, знаете, сейчас враг всё ещё проявляет активность, надо быть начеку.
— Есть ещё один момент, мистер Немцов.
— Я Вас внимательно слушаю.
— Дело в том, что рядом с нейтральной зоной, по последним данным, наши солдаты с конвоем с беженцами попали в окружение. Пожалуйста, скажите вашим военным, чтобы по ним не открывали огонь.
— Я сейчас же свяжусь с ними и отдам специальный приказ… Что–нибудь ещё, мистер президент?
— Недавно пропала связь с Землёй. Причём всякая связь, и мы подозреваем, не только у нас. Вам что–нибудь известно об этом?
—
Немного помолчав, президент Митчелл Кейси поблагодарил генерала Немцова за оказанное доверие и они попрощались. Каждый из них погрузился в свои мысли, впрочем, у Александра Даниловича уход в себя был недолгим. Главнокомандующий начал действовать, почти сразу после окончания разговора с президентом Техасской Республики. Приказ Немцов отослал одновременно по всем армейским каналам. Уже потом дополнительные распоряжения и приказы сыпались с пулемётной скоростью, принимались отчёты, выходили на связь командиры — работа снова кипела. И только спустя четыре часа генерал понял как смертельно устал. Отдав все нужные распоряжения, он, наконец, добрался до дивана, на котором и забылся крепким сном.
***
8 июля 2023 года.
Очередное утро выдалось необычайно тихим. Не гремит орудийная канонада, интенсивность пролета боевой авиации снизилась в разы. Григса разбудило пение какой–то птицы в ближайшей лесополосе, рядовой, заметив, что светает, не стал ждать окрика сержанта. И так удалось неплохо выспаться. Расположившийся рядом Макмиллан изучал ближайшие окрестности через прицел снайперской винтовки, высунувшись из окопа. Рядом сидел Алмонд и с нескрываемым аппетитом поглощал энергетический батончик. Если б не сильный метеоритный дождь с неба, была б вообще идиллия.
— Все тихо? — спросил Мэтью у капрала.
— О, спящая красавица очнулась. Порядок, консервы словно сквозь землю провалились.
— Странно.
— Зато спокойнее стало.
Простые солдаты и младший офицерский состав не знали истинных причин происходящего в последние двое суток. После пролившегося на землю дождя из горящих обломков арконских кораблей, враг резко свернул наступательные операции на всех направлениях. Правительства Россия, Китая, Республики сохраняли молчание, очень осторожно выдавая в эфир новую информацию. Впрочем, Григс старался не думать о грядущем, просто наслаждался установившимся затишьем. Хочется, конечно, что этот дурдом когда–нибудь закончится, начнется тихая и мирная жизнь, однако иллюзий Григс не питал. Обычно такая тишина предшествует очередному потрясению…
— Сержант идет. — Заметил один из солдат приближавшегося к расположению третьего отделения сержанта Алана Фостера. Десантники мгновенно сделали вид, будто находятся начеку, хотя многие откровенно нарушали отданный приказ держать ухо востро. Не часто на войне выпадает возможность вдоволь выспаться.
— Сэр, а почему вас так долго не было? — поинтересовался капрал.
— В штабе был на инструктаже.
— Что говорят?
—
— Т–а–ак… Уже намного интереснее. — Поднял бровь Григс. — Насколько помню, хороших новостей у нас не было очень давно. Лет пять уже.
— Командование разобралось, что к чему и почему корабли железяк попадали с орбиты. Их сбили русские.
— Русские?
— Да, капрал, русские. С помощью оружия каких–то там Предтеч вспыли киборгам по первое число. Примерно восемьдесят процентов их космического флота в качестве космического мусора болтается на орбите либо догорает при вхождении в плотные слои атмосферы. До настоящего момента мы думали, именно из–за этого железки отступили, но только сейчас пришла новая инфа.
— Дайте, угадаю, сэр. Это и есть не очень хорошая новость? — сказал Григс.
— Угадал, Мэт. Так вот, домой, судя по всему, мы уже вряд ли в ближайшее время вернемся.
— Это еще почему?
— Порталы накрылись. — Развел руками сержант. — И у нас, и русских с китайцами, и, очевидно, у нашего противника.
— То есть, как накрылись?
Григс, как и остальные не поверил собственным ушам.
— А так. Они взяли и закрылись, все одновременно. Яйцеголовые лишь руками разводят, ничего понять не могут. Придется нам прописаться на неопределенный срок здесь…
На целую минуту установилось гробовое молчание, солдаты пытались осмыслить озвученное сержантом. У сотен десантников ведь по–прежнему на Земле остаются семьи, друзья, дома, в отличие от Макмиллана, Григса и сержанта, которым терять то особо нечего.
— И что теперь?
Командир третьего отделения положил на землю винтовку с каской, достал сигарету и закурил.
— Что теперь? Не знаю, если честно. Лично я скучать по матушке Земле не буду, у меня там никого не осталось. А здесь… — Алан задумчиво посмотрел на утреннее небо, изредка пронзаемое огненными метеорами. — Здесь в принципе можно начать жизнь с чистого листа, если все сложится. Без обид парни, я лишь поделился своими мыслями.
— А за что обижаться? За то, что ты указал на очевидное, сарж? — протянул Макмиллан. — Я с тобой согласен. Поскорее бы забыть тот ад и начать жить заново.
— Размечтался капрал, арконцы не намерены прекращать войну. Они начали окапываться на завоеванных территориях и, судя по всему, в ближайшем будущем сдаваться они не станут. Вы же знаете этих сукиных детей, скорее сдохнут, чем сложат оружие. Спокойная жизнь начнется только когда мы возьмем Хьюстон и отправим в ад последнего бионического ублюдка. — Сержант выдул из сигаретного дыма кольцо. — О чем я мечтаю больше всего.
— А долго ли мы протянем без подкреплений с Земли? — криво усмехнулся Мэтью. — О снабжении можно смело забыть.
— Не парься, Григс, техасцы и красные пять лет как–то протянули ж здесь, причем не просто протянули, а успели стереть в пыль местную цивилизацию да еще повоевать между собой. Тем не менее, они выжили, не скатились в варварство.
— Это как сказать. — Не согласился с сержантом Алмонд. — Чем же тогда, по–вашему, являются этнические чистки, концлагеря и прочие подобные проявления фашизма? А на аборигенов вовсе не пожалели части стратегического ядерного арсенала.