Зенит
Шрифт:
— Скажу домашним — пусть вас дождутся. Спасибо, Ирина Петровна.
— Ирина. И 'на ты'.
— Можно — отец Петр.
— Извините, — ухмыльнулась Ирина. — Мне будет некомфортно вас так называть, мой отец — та еще гадость.
— Тогда Петр Михайлович. Все же вы мне в дочери годитесь.
— Вряд ли, Петр Михайлович. Не думаю, что вы могли лет в десять размножаться.
— Не надо мне льстить, Ирина. Хотя и приятно.
Ирина пожала плечами.
Ладно вам, как получилось, так
— Спасибо за помощь. Надеюсь, вы найдете Ритку раньше, чем она куда-то вляпается.
— Я тоже на это надеюсь, — вздохнула Ирина.
Только надеяться и оставалось. Потому как верилось в подобное везение очень слабо.
***
Утром Ирина отправилась на работу.
Как и всегда.
Туфли начищены, китель наутюжен, волосы зачесаны и стянуты в хвост, на губах улыбка, на щеках румянец. Косметику, правда, забыла… да и черт с ней!
Ведьме она и не нужна особо, у нее все краски — свои.
Утро было чудесным.
Случается такая пора, когда утром свежо, но не прохладно, а так… словно легкий душик. Не морозит, но бодрит и заставляет почти парить над землей. И воздух чист и прозрачен, и листва особенно зеленая, и солнце улыбается и пытается пощекотать тебе нос золотистым лучиком…
Хорошо!
Настроение у ведьмы плавно перевалило отметку 'хорошо' и поползло к 'восхитительно'.
Ага, если бы так и весь день продолжалось.
Стоило зайти в участок, как Сеня подмигнул ей и кивнул на дверь начальства.
— Ждет. Грозен.
Ирина пожала плечами.
Вины за собой она никакой не знала, так что спокойно пошла к Ивану Петровичу.
— Разрешите?
— Входи, Алексеева. Садись.
Ирина послушалась и устроилась на стуле, который, наверное, Керенского помнил. Или вообще царские времена. Судя по колючкам, которые из него выползали, он прошел все революции и войны — и люто возненавидел человечество, поклявшись вечно быть для него занозой в заднице.
Ничего, она так устроится, чтобы на краешке стула. Через юбку не цапнет, и колготок она не лишится.
Ирина молчала и ела глазами начальство.
Иван Петрович поморщился и протянул ей несколько листов.
— Смотри сама.
Свой рапорт Ирина узнала мгновенно. Да и резолюцию прочесть было несложно.
'Нет оснований. Отказать.'
Коротко и по делу. Но обидно же! До слез и соплей обидно!
— Иван Петрович, почему? — ведьма расстроилась всерьез, почти до слез.
— Знать бы! Сказали — нам тут, б…, еще маньяка не хватало. Это если вкратце.
Ирина почти обиделась.
— Это — не маньяк!
— Алексеева, я такого от полковника наслушался, что тебе повторять не буду, — огрызнулся начальник. — Иди и работай. Пропавших девчонок искать, конечно, будут, но — в рамках
— Спасибо, Иван Петрович.
— Нельзя никак, сама понимаешь…
— Понимаю, — Ирина даже всхлипнула.
Ну правда же, обидно! Когда созданную тобой версию спускают в выгребную яму!
А самое обидное, что версия-то правильная, она нюхом чует. Ведьминским загадочным органом, который точно подсказывает — правда это или ложь, верная или неверная дорога.
Вот сейчас она верная.
Но…
Начальству не докажешь.
Ирина поднялась, забрала рапорт и ушла. Уселась за стол, обхватила руками голову и задумалась. Коллеги переглянулись — и решили пока не лезть с утешениями. Вроде как сидит, волосы на себе не рвет… Сеня подумал — и вышел за дверь.
Хоть женщины это и отрицают, но лучшим утешением для большинства из них было и остается вкусное пирожное. Процентов для восьмидесяти. А остальные двадцать процентов надо утешать чем-то вроде вкусной воблы, или колбаской…
Женщина же!
Тут тонкость нужна и правильный подход.
Но Ирина сладкое любила. Это коллеги точно знали.
***
Ирина сидела и думала. И было ей грустно.
Версию ее закопали. Работать по ней не будут, а что это значит?
Что все ее запросы будут цинично спущены в мусоропровод. По принципу — иди-ка ты отсюда, Анискин, нечего тебе Фантомасов ловить под диваном.
Или под кроватью… закусывай, короче. И — вали. Ножками, ножками…
А девчонки пропали.
И еще одна должна пропасть, похоже.
И… и мало ли что?
Вот как тут быть? Как их искать? Что сделать?
Ирина задумалась. А потом чертыхнулась — и принялась копаться в сумке.
Давным-давно, когда она еще была неопытной ведьмой и только осваивала поиск… черт, а ведь правда! Года не прошло, а ощущения такие, словно тысяча лет позади!
Давным-давно она спасла генеральскую внучку. И все контакты генеральской жены у нее есть.
И самого генерала — тоже.
А что это значит?
Хм-м…
А генерал-то главнее полковника.
Почти Гамлетовский вопрос. Быть или не быть? Лезть или не лезть?
Потому как Гамлету ничего особо не грозило, а для Ирины все сложнее. Огрести — или отгрести. Вылететь — или влететь по уши…
Сказать — или не сказать?
Ирина подумала, и решила выбрать промежуточный вариант. Что-что, а побеседовать с родственниками пропавших девушек ей никто не мешает, поискать их, поднабрать информации — тоже. А уж потом…
Когда она будет больше знать — тогда и будет видно. Беспокоить генерала — или нет, и если да, то с чем именно.