Зенит
Шрифт:
— Да убивай. Только позднее… где и когда она этой твари детей передаст? И зачем, кстати?
Ирина пожала плечами. Вот тут у нее вопросов не было, зачем — понятно.
— В жертву.
— Ты же говорила…
— Кир, они непригодны, как звено для приема-передачи силы. А вот чтобы начать ритуал — подойдут. Смерть ребенка, боль, ужас… что, если ребенок не вполне… сознателен, он не способен ничего испытывать? Еще как способен!
Кирилл скрипнул зубами.
— Твари…
Ирина
***
В комнату она вернулась только через полчаса — успокоившись, выпив кофе и придя в чувство. Убивать все равно хотелось, но теперь она подождет. Потерпит.
И начнет с вампира.
И выдерет ему все вампирские…
Да, и их — тоже! Но вообще, она имела в виду клыки. Для начала.
Допрос продолжился, и Ирина поняла, что они попали в патовую ситуацию.
Может ли Юлия Крысовна связаться с подельником?
Нет. Он всегда звонил первый и со скрытого номера.
Не врет.
Когда она будет ждать звонка? Да примерно через неделю, плюс-минус пара дней. Позвонит… как раз и дети будут готовы.
Кто еще в деле?
Доктор, естественно. И еще один человек, но уже повыше… ему больше достается. О торговле детьми он не знает, просто берет свою долю… За деньги этот подонок прикрывает все происходящее перед вышестоящими лицами, то есть просто ретуширует отчеты, придерживая кое-какие бумаги. Считай, ни за что деньги получает, никто работать в наше время не хочет!
Последняя фраза была произнесена с явной обидой.
Ирина пометила себе настучать генералу. То есть — доложить.
ОБЭП на подонков нет!
А лучше — ФСБ!
Петя выспросил для ведьмы адреса, пароли и явки, но Ирину это не успокоило.
Проблема…
Когда допрос закончился, директрису опять оглушили и оставили лежать возле дивана, а сами заговорщики собрались в столовой.
— Да, Иришка, накопала ты навоза, — корректно выразился Петя.
— Мне надо было пройти мимо?
— Э, нет. Хорошо, что не прошла, такое оставлять безнаказанным нельзя.
Ирина кивнула. Петя ее понимал, и готов был работать на благое дело. Не только из благородных побуждений и воспоминаний о детстве, но и из личных интересов.
— Ириш, а ты веришь, что такие ритуалы ради плодородия поля проводятся? Или там, ради красивой вышивки?
Ирина пожала плечами.
— Не знаю.
— Зато я знаю совершенно точно. Такие ритуалы проводятся ради магии и только ради магии. И когда этот некто своего добьется… Магистра нашего я не особо люблю, но лучше уж сытая муха.
— Да?
— А голодные всегда злее.
— Петя, ты как думаешь, ради чего можно
— Увеличить свою силу.
— Но ее увеличивают не просто так, это не сиськи, чтобы силикон закачивать!
— А дураков много!
— А все-таки?
— Надо подумать. Просто так и не скажешь…
Ирина вздохнула.
Просто, сложно…
Девчонок спасать надо, вот это — факт! И детей!
— Эту тварь познакомили с вампиром. Ее любовник.
— Думаешь, стоит взять его за химок? — предложил Кирилл.
— За ЧТО взять?
— У меня так бабушка говорила. Предполагаемо, за шкирку, — оправдался Кирилл. — Так как?
Ирина покачала головой.
— Главное мы знаем. Что до остального — не думаю, что вампир поддерживает с этим человеком постоянную связь. Ни укусов у него нет, ни подозрительных способностей, эта крыса заметила бы. Они вообще приметливые твари.
Кирилл кивнул.
— Допустим. Но где-то он познакомился с вампиром?
— Или вампир с ним? Я считаю, что эта слежка не оправдана.
— Чутье — или лень?
— Опаска спугнуть, — парировала Ирина.
— Не о том говорите, — махнул рукой Петя. — Давайте решать, что делать с Юлией Ивановной?
— А что с ней можно сделать? — удивилась Ирина. — Только вернуть на место. Ну и воспоминания у нее потереть об этой ночи, если можно.
— Можно. Но — насмерть!
— Убивать ее рано! Она еще показания суду должна дать! — вмешался Кирилл.
— Если мы сейчас ее изымем, вампир забеспокоится. Эти твари не параноики — параноики у них уроки брать могут, — добавила Ирина.
— И скроется.
— Вариант второй — приготовится к встрече с вами, — ввернул Михаил.
Петя поднял руки.
— Меня не поняли! Я не предлагал убить эту гадину, я хочу объяснить, что эти воспоминания даже вампир не восстановит.
— И отлично.
— Тут главное не промахнуться, — задумался Кирилл, — а то сотрешь ей все, кроме 'агу-агу', поди, спроси с нее тогда.
— Не промахнусь.
— Надеюсь.
— Но разум — такая штука. Вмешательство в него бесследно не проходит.
— Что-то мне подсказывает, что я услышу нечто приятное? — задумалась Ирина.
— Через пару-тройку лет дама может сойти с ума.
Может, это и антигуманно. Но жест 'Йес!' у Ирины сам собой получился. Есть в этом… то есть будет нечто симметричное.
— Жаль, на опыты эту тварь не пустят. Или на жертвоприношения!
— Если повезет?
— Вряд ли, — покачала головой Ирина. — Но хоть помечтать.
Мужчины благородно позволили девушке помечтать пару минут, а потом вернулись к делам.