Зеркало треснуло
Шрифт:
Крэддок вскрикнул от удивления.
— Странно, не так ли, мистер Крэддок? Категорически заявляю вам, что это обвинение было ложным. Я не бросал таблетки ни в какой бокал, и пусть кто-нибудь докажет обратное! Это предположение вообще абсурдно! Но звонок этот, кажется, доказывает, что мисс Зилински решила заняться шантажом.
— Вы узнали ее голос?
— Нет. Как же можно узнать шепот? Но это была точно Элла Зилински.
— Откуда вы это знаете?
— Прежде чем положить трубку, звонивший сильно чихнул, а я знал,
— Вы думаете…
— Думаю, что первая попытка шантажа у мисс Зилински была неудачной — она ошибочно избрала объект. Мне представляется, что позднее она вышла на нужного ей человека. Ну а шантаж, как вы знаете, — весьма опасная игра.
Крэддок взял себя в руки.
— Большое спасибо вам за показания, мистер Фенн. Теперь я хотел бы, чисто для проформы, получить отчет о том, как вы провели сегодняшний день.
— Ясно. Мой шофер сообщит вам об этом подробно. Крэддок положил трубку и передал Корнишу рассказ Фенна. Корниш присвистнул.
— Либо это его полностью исключает, либо…
— Либо это великолепный ход с его стороны. Все может быть. Он человек со стальными нервами — это очевидно. Если Элла Зилински где-нибудь оставила записи о своих подозрениях, то его решительное признание лишает эти записи всякого смысла.
— А его алиби?
— Наверняка оно у него есть. Он может себе позволить заплатить за него крупную сумму.
Было уже около полуночи, когда Джузеппе вернулся в Госсингтон-холл. От Мач-Бенгэм он ехал на такси, так как последний поезд в Сент-Мери-Мид уже ушел.
Он был в прекрасном настроении. Расплатившись с водителем, прошел к дому по короткому пути — через кустарник. Дверь черного хода он открыл своим ключом. В доме было темно и тихо. Джузеппе закрыл дверь на щеколду. Когда он свернул на лестницу, ведущую в его комнату, то почувствовал сквозняк. Очевидно, где-то было открыто окно. Впрочем, это его не очень обеспокоило. Улыбаясь, он поднялся по лестнице и вставил ключ в дверь. Он всегда держал свою комнату запертой. Повернув ключ и открыв дверь, он внезапно почувствовал холодное прикосновение стали к затылку. Раздались слова: «Руки вверх и ни звука».
Джузеппе быстро поднял руки. У него не было другого выхода. Впрочем, у него вообще не было выхода.
Раздался выстрел, затем другой. Джузеппе упал, так и не выпустив из руки ключа…
Бланка оторвала голову от подушки.
Кажется, был выстрел… Она была почти уверена, что слышала выстрел. Она подождала несколько минут Затем решила, что ошиблась, и вновь заснула.
Глава девятнадцатая
— Ужасно, просто ужасно, — причитала мисс Найт. Она бросила пакеты с
— Что-нибудь случилось? — спросила ее мисс Марпл.
— Не хочется вам об этом рассказывать, дорогая, решительно не хочется. Это может на вас скверно подействовать.
— Если вы мне об этом не расскажете, — заметила мисс Марпл, — это сделает кто-нибудь другой.
— Боже мой, боже, это истинная правда, — сказала мисс Найт.
— Да, да, истинная правда. Все кругом так любят болтать. Главное, попусту болтают. А я никогда ничего не придумываю. Я очень осторожна.
— Вы говорили, — перебила мисс Марпл, — что случилось, кажется, что-то ужасное?
— О, это совсем выбило меня из колеи, — вздохнула мисс Найт.
— Вам не дует из окна, дорогая?
— Я люблю свежий воздух.
— Но ведь нам не следует переохлаждаться? — лукаво спросила мисс Найт.
— Ну, хорошо, хорошо. Я ухожу, чтобы приготовить вам яичницу. Мы ведь любим ее, не правда ли?
— Право, не знаю, любите ли вы ее, — сказала мисс Марпл.
— Но если да, то я рада за вас.
— Ну, ну, — мисс Найт погрозила мисс Марпл пальцем.
— Нам очень удаются наши шутки, верно?
— Вы, кажется, собирались рассказать мне кое-что, — настаивала мисс Марпл.
— О, вам не стоит об этом беспокоиться. Не волнуйтесь, пожалуйста, я уверена, что к нам это не имеет никакого отношения. Конечно, когда кругом американские гангстеры, всего можно ожидать.
— Кого-нибудь еще убили, — спокойно заявила мисс Марпл.
— Так?
— О боже, дорогая, зачем же так резко? Не знаю, что это вам пришло в голову.
— Значит, верно, — задумчиво пробормотала мисс Марпл.
— Я этого ждала.
— О, боже мой! — воскликнула мисс Найт.
— Очевидцы бывают всегда, — продолжала мисс Марпл, — только иногда им требуется какое-то время, чтобы осознать, что они видели. Кто же убит?
— Итальянец-дворецкий. Его застрелили вчера ночью.
— Понимаю. Да, я так и предполагала. Очевидно, он первым осознал важность того, что видел…
— Нет, в самом деле! — вскричала мисс Найт.
— Вы так говорите, как будто вы все знали заранее. Почему же его убили, как вы думаете?
— Я думаю потому, что он пытался шантажировать кого-нибудь.
— Говорят, он вчера ездил в Лондон.
— Вот как. Это интересно. Наводит на размышления.
Мисс Найт удалилась в кухню и занялась стряпней.
Мисс Марпл некоторое время сидела в задумчивости пока ее не потревожило агрессивное гудение пылесоса, с которым состязался громкий голос Черри, напевавшей популярную песенку сезона: «Я призналась тебе, а ты мне».
Мисс Найт высунула голову из кухни.
— Пожалуйста, не так громко, Черри, — сказала она.
— Вы ведь не хотите потревожить бедную мисс Марпл, не правда ли? Не будьте столь легкомысленны.