Зеркало
Шрифт:
– Мусье, вы дурак!
Целовался я, конечно, не в первый раз, да и девственником не был, но блин! Такой поцелуй у меня был впервые в жизни! Словно током с ног до головы пронзило! Мне показалось, что я даже зашатался после поцелуя.
– Мадемуазель!
– только и смог произнести я.
Кстати, похоже, что эта вся французская банальщина, становится какой -то нашей особой фишкой что-ли?!
– Куда теперь?
– спросила Алёна, таким тоном, словно никакого поцелуя между нами и в помине не было. Женщины - коварные существа! Кажется это не я сказал, а кто-то о-очень умный.
–
– я тоже постарался добавить равнодушия в голос и, кажется, это возымело действие!
– Как-то жутковато тут, Антоша!?
– более ласково заговорила Алёна.
– Не бойся, я рядом. Если что, кричи!
– продолжил я изображать из себя чёрствого супермена.
– Уж будь уверен, заору что есть мочи!
– сказала Алёна и отвернулась. Что угодно поставлю - фигу в кармане она мне при этом точно показывала, ну или язык.
На том мы и разошлись в разные стороны.
Минут через десять я исследовал свою часть стены. Ничего не найдя, я двинулся дальше, навстречу Алёне. Она стояла возле огромного зеркала. То есть сначала мне так показалось, я ещё подумал было что все девушки любят покрасоваться перед зеркалом, но вскоре осознал свою ошибку. Это было большое, примерно полтора на два метра очень толстое стекло, вмонтированные в стену. За ним явно что-то было, но луч фонаря, направленный сквозь стекло не позволял разглядеть детали. Неподалёку обнаружилась и очередная гермодверь. Я молча подошёл к штурвалу, легко провернул его, открыл дверь, явившую нам мрачный чёрный зев коридора с уходящей вниз лестницей и спросил:
– Ну что, идём туда?
– Ох, не знаю, Антоша. Может здесь отсидимся и свалим, когда эти мордовороты уйдут?
– Вряд ли получится отсидеться, Алёна. Не для того они приходили, чтобы вот так просто взять и уйти, - ответил я. И тут же, словно в подтверждение моих слов, раздался какой-то хрюкающий звук, а вслед за ним голос из переговорного устройства.
– Эй, вы там, разблокируйте дверь и выходите. Мы не причиним вам зла!
Кажется мы с Алёной одновременно вздрогнули, затем я повернулся и пошёл к источнику звука. Возле двери, через которую мы вошли, был закреплён обычный интерком, ну, с поправкой на древность, конечно.
– А что будет, если мы решим здесь остаться?
– поинтересовался я через переговорное устройство.
– Ну, другого выхода отсюда нет! Вам всё равно придётся выйти или умереть от голода и жажды. Но ожидание меня очень разозлит!
– Нам нужно подумать!
– посмотрев на Алёну, ответил я . Она задумчиво кивнула.
– Через пять минут я начну злиться, - ответил голос и отключился.
– Может быть лучше выйти? Не убьют же нас в конце-концов?
– спросил я.
– Не уверена, Антоша. Я ведь темой разного рода заброшенных объектов несколько лет интересуюсь. Подобных этому, в предгорьях Урала существует ещё два и с недавних пор у них тоже появился хозяин. На тот, что южнее нас, где-то с месяц назад, забрались трое сталкеров, с тех пор их никто не видел!
– Это не чьи-то выдумки?
–
– Значит идём дальше? Узнаем что за той дверью? А если он не врёт и отсюда действительно нет выхода?
– Зато, мы хотя бы сможем продержаться ещё какое-то время! Ты ведь сможешь ещё одну дверь заблокировать?
– Смогу, не вопрос! А ты на что, вообще, надеешься?
– На Славика! Я думаю, он сможет сбежать и позвать на помощь! Тем более, что мы отвлекли этих боевиков на себя.
– Тогда, пойдём, что-ли?
– Следом за вами, мусье!
– Мадемуазель!
– Ваши пять минут истекли!
– напомнил о себе голос в Интеркоме, и, поскольку ему никто не ответил, продолжил, - Вы пожалеете, засранцы!
Быстро отыскав на полу подходящую железяку, я закрыл и заблокировал за собой дверь, а затем мы начали спуск. Впрочем, спуск длился совсем недолго, примерно один стандартный этаж и мы вновь стоим перед гермодверью. Как специально, перед входом лежат обрезки арматуры. Закрываю и эту дверь, блокирую. Осмотр помещения ничего утешительного не принёс. Это был тупик! Тупик, в форме круглого колодца, диаметром метров шесть. Наверху которого виднелось то самое квадратное окно.
– Всё, мадемуазель, кажется отбегались!
– констатировал я очевидный факт. Мы, не сговариваясь, бросили на пол наши рюкзаки и уселись на них, оперевшись спиной о стену. Алёна молчала, молчал и я. Конечно же, мне хотелось найти способ побега из ловушки в которой мы очутились, но реальность вещь упрямая - выхода отсюда не было! Оставалась слабая надежда на то, что Алёнкин брат сумеет сбежать и привести помощь. Мои мысли ещё повертелись какое-то время возле всяких "если" и "может быть", а затем успокоились и, вскоре, я вздрогнул от того, что "клюнул" носом. Рядом, уронив голову мне на плечо, дремала Алёна.
– Как хорошо, что мы встретились!
– успел подумать я до того, как всё помещение залил ослепительный белый свет, послышался нарастающий низкочастотный гул и... Всё, что окружало меня, вдруг исчезло! Я оказался как будто в нигде и в никогда одновременно, а затем, видимо не выдержав такого стресса, отключилось моё сознание...
Глава 4
Солнце приятно пригревало, щебетали птицы и я, проснувшись от какого-то шороха, продолжал лежать с закрытыми глазами. Нет, ну приснится же! И тут же в душе шевельнулось лёгкое сожаление. Алёна! Наш поцелуй! Как жаль, что это был всего лишь... Да, что ж такое! В меня вновь кто-то тыкал палкой! Я открыл глаза.
– Хеу ви!?
– то ли утверждал, то ли спрашивал незнакомец, одетый в подобие монашеской рясы из средних веков, при этом тыкая в меня оружием, более всего напоминавшим копьё. Лицо незнакомца почти скрывал капюшон, да ещё и солнце, светившее со стороны его спины, не позволяло разглядеть черты. Я аккуратно отодвинул остриё копья от своей груди и сел. Мой оппонент сделал шаг назад и насторожился, занеся копьё для удара.
– Хеу ви!?
– повторил он и в его голосе послышались нотки требовательности.