Zero Hour

slip

– И ты хочешь сказать, что ты в отпуске уже минимум полтора месяца? – вмешалась Виттория.

– Почему полтора месяца? – удивился Энлиль.

– Потому что первый раз твои дружки заявились к нам еще в Мюнхене. Двенадцатого марта, - отрезал Цезарь.

Энлиль удивленно отпрянул:

– Чего?!

Цезарь недобро ухмыльнулся:

– Только не говори мне, что ты не знал.

– Нет! В смысле, нас в марте не то, что в Германии – в Европе не было, - Энлиль замахал руками.

Любопытство

задвинуло страх на задворки сознания, и Виттория уже собиралась было вывалить на него целую лавину вопросов, когда телефон завибрировал в кармане.

Джузеппе.

– Алло? – суматошно ответила она, - Зеппе, слушай, если это не что-то срочное, давай не…

– Они там… - прошептал Джузеппе, и она осеклась, - Виттория, выглянь в окно. Они там…

Все остальное тут же отошло на второй план.

– Что? Кто? Где?!

– Они… - в голосе Джузеппе слышались явные нотки паники, - Чуваки в странной форме на улице, видишь их? Я тебе клянусь, это Фонд!

– Я не могу посмотреть, что у тебя там на улице. Мы с Гаем не дома, - пришлось признаться.

– Что?! – воскликнул Джузеппе, а затем тут же опомнился, и зашептал, - В смысле вы не дома?! Вас же могут убить!

Виттория бросила красноречивый взгляд на Энлиля. Тот развел руками с самым невинным выражением лица.

– Не могут, Зеппе, успокойся. Скажи мне, что ты видишь?

– Чуваки. В черной форме. В масках. Кажется… У них на плечах нашивки с кровавой рукой. Они зажали Момо в угол, один из них тычет ему в рожу автоматом. Виттория, они пришли за нами…

– Успокойся, - повторила Виттория, - Давай, вдох, выдох. Вдох. Выдох.

На той стороне Джузеппе начал громко и медленно дышать.

Взвесив все “за” и “против”, Виттория быстро пересказала Энлилю описание “чуваков”. С каждым ее словом, его лицо мрачнело на глазах.

– Это мои, - резюмировал он, когда она закончила.

Виттория прикрыла динамик ладонью перед тем, как тихо спросить:

– Они же не тронут моего брата? Он здесь совсем ни при чем…

Энлиль покачал головой:

– Никаких гарантий. Ваш мэр тоже был ни при чем, но ты видела, что с ним сделали. У Мардука, похоже, окончательно резьбу сорвало.

Паника подкатила к горлу комом, лишая способности говорить.

– Вы на машине? – спросил Энлиль.

– А твое какое…

– Cazzo, Цезарь, я все понимаю, но давай подозрения потом, а? Брат твоей подруги в опасности, мои дебилы в шаге от того, чтобы наконец-то пробить последнее дно и начать убивать гражданских! Хорошо. Если ты мне настолько не веришь… - с этими словами Энлиль вернулся к машине и достал из бардачка пистолет, - Держи. Это мой табельный. Ты же умеешь стрелять?

Цезарь медленно кивнул.

– Ну и отлично. Держи-держи.

В трубке раздался какой-то шум и голоса, и Виттория тут же переключилась

на Джузеппе.

– Зеппе? Зеппе, что происходит? Это они?

– …что на вас охотятся вооруженные до зубов… - послышалось из трубки, и Виттория выдохнула.

Голос явно принадлежал Момо.

– Зеппе, ты меня слышишь? – переспросила она.

– Слышу-слышу, - лихорадочно выпалил Джузеппе.

– Мы скоро будем. Забаррикадируйся и никому не открывай.

– Хорошо, - было последним, что раздалось из трубки до коротких гудков.

После недолгих сомнений, Цезарь взял у Энлиля пистолет и засунул его в карман брюк.

– Ладно, Харон с тобой. Нет, мы без машины.

Казалось, Энлиль ждал именно такого ответа. Быстрее, чем Цезарь успел закончить, он кивнул и открыл пассажирскую дверь своей машины.

– Давайте, запрыгивайте. Покажете мне дорогу заодно.

Фиат Энлиля летел по улицам Рима на такой скорости, которую даже в теории не мог развивать ни один Фиат в мире. И все было бы ничего, если бы его водитель не зевал так, словно был готов проглотить слона, а пол машины не был бы усеян смятыми банками из-под энергетиков.

– Извиняюсь, - потянувшись после особо смачного зевка, сказал Энлиль, - Я уже десять часов за рулем.

Его слова совсем не успокоили, скорее даже наоборот.

Огромное множество вопросов роилось в голове. Виттория никак не могла выбрать из них один, и поэтому задала первый, который всплыл из пучины, когда на столбе мелькнул едва заметный знак ZTL.

– Ты римлянин?

Отражавшийся в зеркале заднего вида Энлиль помотал головой.

– Сицилиец.

Можно было и не спрашивать – по тому, как он водил и так все было понятно.

– Тогда ты со штрафами не расплатишься, - констатировала Виттория.

Энлиль махнул рукой, на секунду убрав ее с руля:

– У меня пропуск подполковника. Мне можно.

Виттория не нашлась, что на это ответить, зато нашелся Цезарь:

– Что-то в твоей версии не вяжется.

– Например? – тут же переключился Энлиль, доставая еще одну сигарету из пачки.

Учитывая скорость, на которой они летели, очень хотелось наорать на него и заставить следить за дорогой, но любопытство оказалось сильнее, и Виттория промолчала.

– Ты говорил, что в марте вас не было в Европе и вы не могли быть в Мюнхене, так?

– Так.

– Тогда кто за нами приходил? – в голосе невидимого, сидящего на переднем сиденье Цезаря, сквозила подозрительность.

– Мне почем знать?

– У них при себе были ваши удостоверения. Ваше табельное оружие, - продолжал напирать Цезарь, - Уж извини, конечно, но я тебе не верю.

Энлиль хмыкнул и полез второй рукой в карман брюк, держа руль только коленями.

– Сейчас, секунду.