Жатва
Шрифт:
Даже если ее не лишат диплома, даже если случится чудо и она закончит ординатуру, ее репутация будет безвозвратно испорчена. У людей возникнут сомнения. Какой пациент в здравом уме согласится лечь под нож хирурга-психопата?
Забыв о времени, Эбби брела по улицам, сжимая в руке злополучную газету. Очнувшись, она увидела, что попала на территорию кампуса Гарвардского университета. Руки и ноги ломило от холода. Время перевалило за полдень. Целое утро она провела в бесцельных странствиях по городу. На что потратить вторую половину дня, Эбби не знала. У всех,
Она вновь развернула газету. Снимок был взят из справочника ординатуры. Ее фотографировали, когда она была еще интерном. Она улыбалась, глядя прямо в объектив. Лицо свежее, бодрое. Взгляд молодой женщины, целеустремленной, готовой работать ради осуществления своей мечты.
Газету она зашвырнула в ближайшую урну и пошла домой.
«Держи удар! Ты должна защищаться», — думала она.
Вот только зацепок у них с Вивьен — никаких. Накануне Вивьен улетела в Берлингтон. Вечером она позвонила Эбби. Новости были неутешительными. Тим Николс закрыл практику. Где он — никто не знал. Тупик. Второй тупик поджидал Вивьен в больнице имени Уилкокса. Оказалось, что в названные ею даты хирурги больницы вообще не производили изъятия донорских органов. И наконец, Вивьен обратилась в местную полицию. В базе данных отсутствовали записи об исчезновении людей или обнаружении безвестных трупов с вырезанными сердцами. Третий и последний тупик.
«Они замели следы. Нам их никогда не победить».
Первым, что увидела Эбби, вернувшись домой, был мигающий сигнал автоответчика. Вивьен оставила берлингтонский номер и попросила ей перезвонить. Эбби перезвонила. Телефон не отвечал.
Эбби позвонила в БОНА. Как обычно, никто не торопился соединять ее с Хелен Льюис. Никто не желал слушать очередную теорию психически неуравновешенного доктора Ди Маттео. Она мысленно перебрала всех, кого знала в Бейсайде. Доктор Уэттиг. Марк. Мохандас и Цвик. Сьюзен Касадо. Джереми Парр. Она не доверяла никому из них. Никому.
Она решила еще раз позвонить Вивьен и, прежде чем снять трубку, выглянула в окно. В дальнем конце улицы у тротуара стоял бордовый фургон.
«Попался, мерзавец! На этот раз я узнаю, кто ты!»
Эбби бросилась в коридор, раскрыла шкаф и сняла с полки бинокль. Фургон стоял так, что ей не составило труда рассмотреть и записать номер.
«Теперь ты у меня в руках, — мысленно торжествовала она. — Я тебя поймала».
Схватив трубку, она набрала номер Кацки и стала ждать ответа. Параллельно она подумала: а почему детектив должен оказаться на месте? Возможно, ее реакция была чисто автоматической. Когда нужна помощь, звонишь в полицию. А он был единственным полицейским, которого она знала.
— Детектив Кацка, — услышала она.
Его тон, как всегда, был спокойным и деловым.
— Снова этот фургон! — выпалила Эбби.
— Что вы сказали?
— Это Эбби Ди Маттео. Фургон, который меня преследовал… он стоит вблизи моего дома. Его номер — пять-три-девять, TDV. Массачусетский
Кацка записывал.
— Вы ведь живете на Брустер-стрит?
— Пожалуйста, пришлите кого-нибудь. Я не знаю, что он намерен делать.
— Сидите тихо и заприте все двери. Поняли?
— Хорошо. — Она нервно выдохнула. — Я буду ждать.
Эбби знала, что двери заперты, но все равно их проверила. Убедившись в крепости замков, Эбби вернулась в гостиную и села возле занавески. Она то и дело выглядывала — не уехал ли фургон. Только бы не уехал. Ей хотелось взглянуть на реакцию водителя, когда копы окружат машину.
Через пятнадцать минут к тротуару подкатил знакомый темно-зеленый «вольво». Кацка остановился прямо напротив фургона. От одного его присутствия Эбби испытала неимоверное облегчение. Он знает, как действовать в этой ситуации. Кацка — умный и опытный коп, способный разобраться с чем угодно.
Он не спеша пересек улицу и встал возле фургона.
Эбби прижалась к стеклу. Ее сердце громко колотилось. Интересно, какой пульс у Кацки? Детектив почти равнодушно взглянул на водительскую дверцу. Только сейчас, когда он повернулся чуть в сторону, Эбби увидела у него в руке пистолет. И когда он успел достать оружие?
Ей стало страшно даже смотреть. Она боялась за него.
Кацка наклонился и заглянул в салон. Наверняка увидел что-то подозрительное. Он обогнул фургон, заглянул в заднее окошко, после чего убрал пистолет. Кацка стоял и ждал водителя.
Тот не замедлил появиться. Дверь одного из домов распахнулась. Оттуда выскочил мужчина в сером комбинезоне и сбежал по ступенькам к машине. Он размахивал руками и что-то кричал. Кацка реагировал, как всегда, невозмутимо. Он достал свой жетон и предъявил водителю. Тот сразу замолчал, после чего полез в бумажник за документами.
Некоторое время они говорили, показывая то на фургон, то на дом. Наконец человек в сером комбинезоне вернулся в дом.
Кацка пошел к дому Эбби.
— Что случилось? — торопливо спросила она, открыв ему дверь.
— Ничего.
— Кто этот водитель? Почему он меня преследовал?
— Он сказал, что знать ничего не знает.
Эбби пригласила Кацку в гостиную.
— Я же не слепая! Я уже видела этот фургон. На нашей улице.
Кацка вытащил записную книжку.
— Джон Догерти, тридцать шесть лет, житель Массачусетса. Дипломированный сантехник. Говорит, сегодня получил первый вызов на Брустер-стрит. Фургон принадлежит водопроводной компании района Бэк-Бей. Внутри полным-полно рабочих инструментов.
Кацка убрал книжку и невозмутимо посмотрел на Эбби. На его лице не отражалось никаких эмоций.
— Я была так уверена, — бормотала она. — Так уверена, что это тот самый фургон.
— Вы по-прежнему утверждаете, что фургон был?
— Да, черт побери! — крикнула она. — Был фургон!
Этот всплеск не смутил Кацку. Он лишь слегка поднял брови. Эбби усилием воли заставила себя успокоиться. Кацку эмоциями не проймешь. Он целиком состоял из разума и логики. Доктор Спок с полицейским жетоном.