Жатва
Шрифт:
– А что предлагаете? Здесь отсиживаться?
– Ишь ты, герой нашелся! – зло проворчал белобрысый, все еще потирая локоть. – У тебя получше план есть?
– Да не собачьтесь вы! – снова вклинился Макс. – Все на нервах, ясное дело. Но надо вместе держаться. Ян крутой рукопашник. Да и вообще, крепкий парень. Я думаю, полезен будет.
– Как говорил наш инструктор, охват бицепса на скорость пули не влияет, – скептически отозвался автоматчик. – Стрелять-то умеешь?
– Не особо, – не стал врать я. – Так, в стрелковом клубе баловался.
– Посмотрим, – уклончиво ответил тот и, шагнув ближе, протянул руку. – Сергей.
Я ответил на рукопожатие, и сбоку в лицо вдруг ударил луч небольшого фонарика. Это Макс осветил меня, потом быстро пробежался по сторонам, выхватывая из темноты лица собравшихся.
– Сергей Иваныч, из нашего отряда. А это Ромка Баталов. Антон Куликов. Опера из центрального отделения…
Лица у всех были мрачные, напряженные, поблескивающие от пота. Белобрысый Роман и Антон Куликов оказались даже моложе нас с Максом – на вид лет по двадцать пять, может, чуть больше. Сергей был самым старшим, уже явно за сорокет.
С Максимом Гончаровым мы и правда года три занимались вместе в одной секции по айкидо, да и потом периодически общались. Он сходил в армию, потом работал в разных силовых структурах. По-моему, начинал с вневедомственной охраны, но осел в итоге в СОБРе. Работа была вполне по нему – легких путей он никогда не искал, парнем был крепким, рисковым и с каким-то обостренным чувством справедливости. Может, из-за того, что семья у него была довольно неблагополучная. Ему рано пришлось повзрослеть. Лет в пятнадцать уже выгнал из дома бухарика-отчима, поколачивающего мать и младших братьев.
Друзей у меня было немного, но, пожалуй, именно его я был рад сейчас увидеть больше остальных. Может быть, потому, что именно он подходил под выражение «с ним бы и в разведку пошел». Простоватый, говорливый, но надежный парень, которому вполне можно довериться.
– Гончар, убери ты свет! – одернул Макса старший. – Слепишь только.
– Да я маленько, – буркнул тот. – Чтоб хоть рожи наши увидеть. Надоело уже в потемках шариться…
– Нашел время…
Но я заметил, что даже тех кратких мгновений, что по мне скользил луч фонаря, старшему хватило, чтобы окинуть меня цепким, изучающим взглядом.
– Где затоварился? Военторг какой-нибудь разграбил? – продолжил он допрос.
– Охотничий магазин, – не стал отпираться я.
– Ясно. Ты один? Ну, в смысле, сюда пробрался?
– Да.
– Ладно, давайте тогда все наверх, – чуть подумав, кивнул старший. – Через ту же лестницу, цепочкой, дистанция – два метра. Я вперед. Гончар, ты с новеньким – замыкающие.
Чуть пригибаясь и держа автомат наготове, он первым пошел дальше вглубь здания, осторожно, наощупь, огибая брошенные на дороге мешки с цементом, какие-то поддоны и прочий строительный хлам. Остальные потянулись за ним.
Я задержался, снова оборачиваясь в сторону окон. Пирамиды отсюда, конечно, не было видно, но столб света, бьющий
«Ама, смогу ли я пробраться внутрь пилона?».
«Защитный периметр пилона пропускает только жнецов».
«А если его как-то вскрыть? Разрушить? Что там вообще за защита?»
«Пилон защищен радиумным полем».
«Моим клинком его можно разрезать?».
«Не хватит мощности Накопителя».
Я шепотом выругался. Ну да, арраны вряд ли вообще помышляют о том, что кто-то может воспользоваться их оружием или другим оборудованием. А уж если узнают об этом – жестоко покарают. Вон, один из них меня чуть голыми руками не разорвал, пытаясь отобрать наруч.
Но неужели Лиску теперь никак не выковырять из этого гребаного пилона? И, выходит Козлоногий меня обманул? Хотя… Он же обещал только то, что она будет в безопасности. А эти пирамиды сейчас – наверное, самые безопасные места во всем городе…
– Пошли, Ян, чего ты? – шепотом окликнул меня Макс. – У нас там отряд целый, на верхних этажах.
– Партизаните, что ли? – криво усмехнулся я.
– Ну, типа того. И гражданских укрыли где-то с сотню. Да пойдем, по дороге расскажу. Или, думаешь, у тебя какие-то еще варианты есть? Одному тут ловить нечего.
– Ладно, пойдем, – нехотя согласился я.
Мы, лавируя в лабиринте бетонных стен и недостроенных перегородок из сибита, пробрались к пожарной лестнице. Передвигались медленно, с паузами – у остальных-то амальгамных линз не было, и ориентироваться им приходилось чуть ли не на ощупь. Но фонарями почти не пользовались.
– Ты тут как оказался-то? – на ходу шепнул мне Макс. – Ты ж на том берегу живешь?
– Сюда Ольга с Алисой переехала недавно. Я, как вся эта хрень завертелась, сразу за ними рванул. Но в итоге целый день потратил, потому что пешком через весь город переть пришлось.
– Представляю. Еще и мосты разрушены. Как умудрился через реку перебраться?
– Да вот умудрился. Ты лучше расскажи, что у вас-то тут? Что, отряд сопротивления получилось организовать?
– Да как тебе сказать…
Макс невесело вздохнул. Мы как раз вышли к лестничной клетке, и после небольшой заминки бойцы начали подниматься по ступенькам.
– Давай чуть отпустим остальных, – придержал меня Макс. – Чтобы не слышно было, как мы шепчемся. Иваныч бухтеть будет.
– Чего вы вообще тут делали-то?
– Да ротный приказал проверить здание получше. И часовых расставили на некоторых этажах, на случай, если чужие сюда сунутся.
– Что за ротный?
– Рус. Рустам Караев. Командир отряда нашего… Ну, точнее, того, что от него осталось.