Жатва
Шрифт:
— Ух, ты! Такая молодая, и уже столько наплодила! Прямо-таки мама-крольчиха! Хэ-хэ! — хрюкнул клиент, опустошая очередную рюмку.
Самое интересное, что он не заказывал выпивку, да и это семейное кафе, и крепче пива тут ничего не продают, так что где этот пьянчужка взял бутылку водяры, осталось гадать. Арина терпеть не могла две вещи: домогательства и пьянство, а когда это соединялось в одном человеке, становилось совсем невыносимо.
— Мужчина! В нашем заведении запрещено распитие своих напитков, хотите выпить — заказывайте пиво! — возмутилась Арина.
— А
Арина была злая, как сто чертей, но помнила о правиле: «Клиент всегда мурло… тьфу… прав, поэтому грубить ему нельзя!»
— Выбирайте в меню! — строго порекомендовала девушка и развернулась, хотела было собрать грязную посуду с соседнего столика, как почувствовала, что по её попе кто-то шлёпнул, хотя почему кто-то? Идиотский смешок выдал виновника. Сам виноват! Клиенту пришлось тотчас протрезветь, потому что его лицо встретило поднос, или наоборот, благо для мужика, он был из пластика, но рука у Арины тяжёлая, а характер скверный, если разозлить.
— Ай! Ты что, совсем больная на голову, истеричка?! — ругался покрасневший, как варёный рак, клиент, который так и не дождался сладкого, а вместо него получил острое.
— А не надо нарушать правила заведения и моральные устои общества! — парировала Арина, испепеляя взглядом нахала.
Клиент грозно встал из-за стола, явно хотел потребовать сатисфакции, но его решение оспорил внезапно появившийся Женька. Бармен встал так, чтобы прикрыть собой хрупкую фигурку официантки.
— А ты откуда вылез, червяк?! — громогласно орал грубиян, у которого начало опухать лицо.
— Покиньте, пожалуйста, помещение и не пугайте посетителей своим животным поведением, у нас семейное кафе! — как можно вежливее и спокойнее говорил Женька, а у самого в груди кипел праведный гнев. Он указал клиенту на дверь.
— Слышь, эта девка меня ударила, вы так обслуживаете клиентов? Я буду жаловаться! Где администратор? Где директор?! Жалобную книгу мне! — ревел медведем клиент, и на его шее вздулись вены от злобы.
Арина мысленно пожурила Ваника Ашотовича за его скупердяйство, ведь он не нанял охранника, подумал, что на ночь включённой сигнализации вполне достаточно, а днём что прикажете делать? Мужик-то явно крупнее Женьки, который по профессии бармен, а не вышибала. Арина от досады прикусила нижнюю губу и поругала себя за свою несдержанность.
— Это не девка, а официантка: это раз! — сквозь стиснутые зубы уточнял Женька. — Она поступила так, потому что вы её вынудили к настолько радикальным действиям: это два. Нашего директора на месте нет: это три. Так что покиньте помещение!
— Слышь, ты, что такой дерзкий?! — опасно навис скалой этот детина над пареньком.
Арина пыталась оттащить Женьку от неприятностей и побитой физиономии.
— Учтите, всё, что тут происходило, записывали скрытые камеры, и на них явно видны ваши наглые действия, так что у нас есть доказательства достаточной вескости, чтобы подать на вас в суд за аморальное поведение в общественном
— Че? Какие камеры?! — стал осматриваться мужик.
А в глазах проскользнул страх, его явно пугал тот факт, что его недостойный поступок зафиксировали камеры. Ведь чего доброго, реально напишут заявление в полицию. Посему вспыльчивый клиент решил отступить… пока. Мужик гневно раздул ноздри, от бессильной злобы перевернул стул и ушёл, даже не оплатив счёт, попутно чуть не вырвав дверь с петель, но напоследок выпалил:
— Мы ещё сочтёмся, мелкий! Я тебя запомнил! — и так грохнул дверью, что стёкла зазвенели.
Арина с облегчением вздохнула. Женька беззаботно дёрнул плечами, поставил стул на место и начал собирать грязную посуду.
— Ты понимаешь, насколько был близок к попаданию в травмпункт? — возмутилась безрассудству друга Арина.
— А ты понимаешь, что я не мог стоять в стороне, когда тебя беспричинно оскорбили? А когда этот тип начал распускать руки, я еле сдержался, чтобы эти самые руки с корнем не вырвать! — голос Женьки от гнева преобразился в тихий рык.
Его бесило одно существование таких уродов. Он стал удаляться в сторону кухни, Арина увязалась следом. Когда они переступили порог, на них кинулись с расспросами Карина и Арсен.
— Что в зале случилось?! Что за грохот? — сыпала вопросами Карина.
— Да просто Женька, как всегда, решил поиграть в благородного рыцаря и навлёк на себя гнев мстительного урода! — ответила Арина.
— Да, бли-ин! Как вы все понять не можете! Я ни в кого не играю! Мне действительно невыносимо видеть, как пьяные придурки нахально пристают к девушкам. Что я могу с собой поделать? Так меня воспитал отец! Я могу этому противиться, а не хочу, потому что каждый должен нести за свои поступки ответственность, — сокрушался, выгружая в мойку грязную посуду, Женька.
— Да, но и тебе придется отвечать за свой геройский поступок! Этот мужик явно из той категории, что поджидают обидчиков в тёмных переулках, а потом пыряют ножичком меж рёбер! — парировала девушка.
— Правильно! Молодец, Женюха! — восхитился Арсен.
— Так вот почему, ты, дорогой Арсенушка, хотел отнести заказ зал, а потом резко передумал… потому что увидел пьяного м***лу, домогающегося до Арины, и испугался? Так ведь?! — отвесила затрещину «храброму сердцем» Карина.
— Я просто резко вспомнил, что забыл салфетки! — стал неумело оправдываться Арсен.
— Ах, вот оно что! — ирония в голосе Карины так и плескалась через край. — Я тебе сейчас покажу! — и она треснула тряпкой по спине бедного Арсена. — Трус несчастный! Тоже мне, горячий армянский парень! Джигит в мокрых штанах! — и давай лупить «несчастного».
— Ай! Ай-ай-ай! Карина, не надо-о! — стал уклоняться Арсен от нападок разгневанной девицы.
Глядя на такое вопиющее безобразие, Арина даже забыла, о чём говорила. Женька закатил глаза, мол, маразм крепчает, а кастрюли гремят.