Жажда
Шрифт:
Глава первая!
Часть пятая!
Катя отказалась ехать с родителями на юг, сославшись на то, что надо готовиться к экзаменам, они согласились. День, как они приехали из Москвы, они занимались лишь тем, чтобы затариться провизией и напитками, так как становилось просто невыносимо жарко. Договорившись по телефону с подругой, что он заедет с отцом к ним домой в пять часов вечера, когда жара ещё доставало, но уже слегка отступала, Семён собрал все учебники и всё, что необходимо для занятий, стал дожидаться отца с матерью, которые уехали по своим делам.
Приехали
В квартиру поднялась одна мать и, поцеловав сына, сказала. – Забирай свои пакеты, отец на низу тебя ждёт!
– Мама! Большое тебе спасибо, что всё правильно понимаешь! Ты не волнуйся, Катюшу я люблю, она меня тоже, поэтому не накручивайте себе ничего в головы, хорошо? – произнёс он и, поцеловав её, забрал все пакеты сразу, на что мать лишь покачала головой.
Как ни странно, но вес покупок Семён ощущал, не то что в поезде, когда раскидывал парней. Он не стал забивать себе голову разной ерундой. Спустившись на первый этаж, он вышел с подъезда и, подойдя к машине отца, уложил всё это в багажник.
Усевшись рядом с отцом на переднем сиденье, он посмотрел на отца и улыбнулся.
– Сын, ты мужик, мы с мамой разговаривали по поводу вашего проживания с девушкой, так не теряй своего лица! Хорошо? – посмотрев на сына, произнёс отец, улыбнувшись ему.
– Вы наверное сговорились с мамой! – засмеялся Семён и, положив руку на ногу отцу, добавил. – Не переживайте, Котёнка своего я в обиду никому не дам, ну, а что получится между нами, я не загадываю, всё будет зависеть от неё самой, да и некогда нам этим заниматься!
– На это, сынок, время всегда найдётся, уж поверь! – усмехнувшись, отозвался отец и вновь посмотрел на сына, а потом добавил. – Ты, если что надо, звони, я подъеду, а так не тревожь, у меня реферат, надо готовиться, да и у мамы работы выше головы! Она с утра уходит в школу со мной, а потом я остаюсь, а она возвращается домой! И так каждый день, скорее бы уже на пенсию, буду выращивать огурчики, да другие деликатесы!
– Очень мне сомнительно, чтобы вы с мамой отправились на пенсию! – засмеялся Семён и дополнил. – У вас ещё Лора махонькая, вот пусть и будет с ней, пока мы с Катюшей будем на даче!
Катю провожать вышла мать, отец был на работе, а уезжать им надо только через день, поэтому мать и помогала дочери собрать всё, что надо для длительного пребывания в лесу. Вышла Катя в джинсовых шортиках и белой блузке завязанной на животе узлом, на ногах были кроссовки. Поздоровавшись, а затем, простившись, они отправились за город, а через полчаса уже были на месте. Во двор отец заезжать не стал, он лишь сходил в дом, включил свет, показал Семёну, где что лежит и уехал, оставив детей одних.
– Какая прелесть! – воскликнула радостно Катя и, сбросив кроссовки прямо на траве возле качелей, улеглась на них, будто на диване.
– Это, конечно, хорошо, цветик! – засмеявшись ей, произнёс Семён.
Подойдя к ней и, сняв с себя всё, ставшись
– Котёнок! Нам бы с тобой ужин приготовить, а то скоро захотим кушать, не всухомятку же есть! Картошки я начищу, а ты потом приготовь пюре, котлеты у нас есть, лишь подогреть надо, ну, а салатов я сам наделаю! Надо нам с тобой отметить наше одиночество! – сказал он и, помахав пальчиками Кате, отправился в дом разбирать пакеты, чтобы разложить всё в холодильнике.
В тайне от всех, он взял в магазине бутылку хорошего коньяка, чтобы посидеть со своей красавицей на лоне природы. Её он тоже сунул в холодильник и, насыпав картошки в небольшое ведёрко, вышел на открытую, небольшую террасу, на которой расположились пластиковый стол и два уютных, тоже пластиковых кресла. Сев на приступок, он стал чистить картошку, а Катя, продолжала покачиваться на качелях, укрыв от солнца своё лицо.
Немного понежившись на солнце, Катя подхватилась и, подбежав к Семёну, чмокнула его в макушку.
– Бегу, милый, не задерживай процесс! – произнесла она, дурачась, и побежала в дом, оставив свои босоножки на траве возле дома.
Минут через пять Семён начистил картошки, после чего помыл под краном от бака. Вода в нём нагрелась, но горячей не была, так как бак был не меньше четырёх кубов объёмом.
– Котёнок! – крикнул он, закончив мыть картошку. – Подойди сюда!
Когда она прибежала к нему, он взял шланг, который был подсоединён к другому, более меньшему крану и, открыв его, направил тёплую струю прямо на Катю, отчего она вначале завизжала, а потом радостно стала прыгать под струями тёплой воды.
Подурачась минут двадцать вместе, Катя сняла свои шортики и блузку. Оставшись лишь в одном купальнике, если его вообще можно было назвать таковым, они отправились вместе в дом, где уже на плите стояла кастрюля с водой.
К семи часам вечера всё было готово, но садиться на террасе было ещё рано, солнце продолжало зажигать, и они решили сбегать на речку, которая протекала метрах в пятидесяти от них. Пробыв там минут сорок, они вернулись обратно. Солнце уже скрылось за лесом, подступающим к их даче с западной стороны. Продолжая веселиться, они быстро организовали прекрасный ужин и, устроившись на террасе, посмотрели друг на друга, отчего оба засмеялись.
– Чего сидишь? – спросила Катя, весело играя глазками. – Я же видела коньяк, давай по двадцать грамм выпьем, да покушаем!
По двадцать грамм не получилось, а вот грамм по сто они выпили за три захода. Катя без конца смеялась, её смех разносился по всей округе, затухая где-то далеко в лесу. Семён тоже был в прекрасном состоянии, он сидел и любовался своей красавицей, которая наделы джинсы, решив, таким образом, спасаться от комаров, которые стали их доставать. Сверху красовалась прекрасная футболка, а он оставался в одних плавках, правда поверх их, перед тем, как сесть, натянул свои шорты цвета стали.