Жажда

О'Нил Юджин

МАТРОС (даже не пытаясь повернуться). У меня нет воды.

Танцовщица (ее трясет от ярости). Господи, так зачем же я унижаюсь? Расстилалась перед этой черной скотиной, а меня послали как какую-нибудь уличную девку! Ну, это уж слишком! Ты врёшь, грязный раб! У тебя есть вода, ты украл мою долю! (В бешенстве пытается душить его). Воды! Дай воды!

МАТРОС (хватает ее за руки и грубо отталкивает. Она отлетает и падает на середину плота лицом вниз). Оставьте меня! У меня нет воды.

ДЖЕНТЛЬМЕН (выходя из оцепенения).

Что такое? Я видел, как сижу, а рядом стаканы — стаканы с ледяной водой. Но они рядом, я стараюсь достать их и... не могу. Вот ужас! А здесь? Что здесь случилось?

Ему не отвечают. НЕГР снова наблюдает за акулами. Танцовщица лежит на куче хлама и негромко стонет. Вдруг она быстро встает — ее слабость как будто прошла. Она стоит, слегка покачиваясь, глаза дико блестят и, кажется, вот-вот вылетят из орбит. Она что-то бормочет себе под нос. Последняя струна лопнула — она обезумела.

Танцовщица (расправляя на бёдрах платье, словно смотрится в зеркало). Быстрее же, Мари! Ты сегодня прямо спишь. Я опаздываю. Ведь уже был звонок. Сейчас мой выход. Мари, он прислал мне сегодня цветы? Хороша, значит, он в ложе. Я ему улыбнусь, бедному старому дурачку. Когда-нибудь он на мне женится и я стану герцогиней. Представь, Мари, настоящей герцогиней! Да, да, иду! Не держите занавес. (Её голова падает на грудь, она что-то бормочет).

ДЖЕНТЛЬМЕН смотрит на нее сначала с изумлением, затем с какой-то безумной благодарностью. Она делает паузу — он хлопает в ладоши.

ДЖЕНТЛЬМЕН. Продолжайте! Продолжайте! Вы как на сцене. (Дико смеется).

Танцовщица. Смеются — ну не надо мной же! Как жарко, как слепят прожектора! Хорошо, что сегодня я уезжаю. Но так хочется пить. (Прикрывая глаза рукой). Вон он в ложе — бедный старый герцог. Я ему сейчас помашу. (Машет рукой). Он так ко мне добр. Жалко, что такой старик. Какую песню я сегодня пою? О, да. (Грубым ломающимся голосом поет последний куплет какой-то баллады).

НЕГР поворачивается и с интересом на нее смотрит. ДЖЕНТЛЬМЕН хлопает в ладоши.

Аплодируют, сейчас я им станцую. (То и дело спотыкаясь на качающейся поверхности плота, пробует танцевать. Ее волосы падают на плечи, она похожа на призрачную марионетку, которую дергают за невидимые веревки. Танец становится все быстрее. Её руки и ноги совершают в воздухе нелепые движения, словно она ими совсем не владеет). О, как жарко! (Обеими руками разрывает перед корсажа — он спадает. Верхняя половина её тела почти обнажена. Груди высохли и сморщились от голода. В бешенстве она бьет по воздуху сначала одной ногой, затем другой). О, как же жарко! Мне душно! Принесите же воды! Я задыхаюсь! (Падает на плот, судороги сотрясают её тело, и малиновая пена выступает на губах. Глаза стекленеют, безумный взгляд гаснет. Она мертва).

ДЖЕНТЛЬМЕН (дико смеется и хлопает в ладоши). Браво! Браво! Ещё!

Она не отвечает. Воцаряется мертвая тишина. Тепло волнами

поднимается возле её тела, словно это душа отлетает в великую неизвестность. На лице ДЖЕНТЛЬМЕНА появляется выражение страха. НЕГР смотрит на неё каким-то странным взглядом. Ему, вроде бы, стало легче, даже радостнее, будто он решил волнующую его проблему.

ДЖЕНТЛЬМЕН. Не отвечает. Должно быть, ей дурно. (Подползает к ней). Обморок. (Кладёт руку ей на левую грудь — потом наклоняется и слушает сердце. Видно, как несмотря на загар, его лицо бледнеет). Боже! Да она умерла! Бедная девочка! Бедная девочка! (Машинально ласкает её длинные волосы и тихо плачет. Вопрос НЕГРА выводит его из оцепенения).

МАТРОС. Умерла?

ДЖЕНТЛЬМЕН. Да. Умерла, бедная девочка. Сердце больше не бьётся.

МАТРОС. Для неё лучше — не страдает. Кто-то должен был умереть. (После паузы). Нам повезло, что она.

ДЖЕНТЛЬМЕН. Что ты хочешь сказать? Что значит повезло?

МАТРОС. Теперь мы будем жить. (Вынимает из ножен кортик, точит его о подошву, напевая весёлую негритянскую песенку, которая в наступившей тишине звучит издевательски).

ДЖЕНТЛЬМЕН (испуганным голосом). Не понял.

МАТРОС (его распухшие губы расплываются в улыбке — он показывает на тело ТанцовщицЫ). Поедим. И попьем.

ДЖЕНТЛЬМЕН (в первое мгновение от отвращения немеет — затем в его голосе слышатся боль и ужас). Нет. Нет! Не-ет!! Боже, да нет же!

Резким движением хватает тело ТанцовщицЫ обеими руками и с невероятными усилиями сталкивает в воду. Акулы будто этого и ждали. Море вокруг плота вспенивается. Тело исчезает в образовавшемся водовороте, потом все стихает. На поверхности появляется темное пятно.

МАТРОС, пытавшийся удержать тело на плоту, издаёт дикий крик ненависти, набрасывается на ДЖЕНТЛЬМЕНА и приставляет нож к его груди. ДЖЕНТЛЬМЕН с криком поднимается, но тут же падает прямо в море. Одной рукой ему удается вцепиться матросу в воротник. МАТРОС пытается его отбросить, спотыкается, теряет равновесие и летит в море вслед за ДЖЕНТЛЬМЕНОМ. Бурный всплеск. Акулы набрасываются, вода вокруг плота — сплошная пена. На секунду над водой появляется черная голова негра, на лице — гримаса ужаса, на губах — вопль отчаяния. Потом она исчезает.

Темное пятно на поверхности воды увеличивается, Акулы уже не держатся стаей. В наступившей тишине посреди моря медленно покачивается одинокий плот, на котором ослепительно сияет алмазное ожерелье. Солнце смотрит вниз, как огромное око гневного Бога. Тепло внушающими ужас волнами растекается в тихом воздухе, словно души утопленников поднимаются вверх, к самому небу.

Занавес.

129075, Москва, а/я № 2, тел. [phone]

Агентство напоминает: постановка пьесы возможна

только с письменного согласия автора