Желанная
Шрифт:
Я нарочно говорила громко, официально и при всех. Тор не отвертится.
— Ничего не меняется, да? — он в отличие от меня понизил голос, чтобы слышала я одна. — Любовь к вещам в тебе все также сильнее любви к людям, — и добавил уже громче: — Завтра после рассвета я отведу тебя в казну, жена, и ты выберешь достойный подарок.
— Благодарю, — я кивнула и отошла.
Тор плохо обо мне думает, и я только что невольно подтвердила его правоту. Это неприятно. Но деньги нужнее хорошего мнения.
Глава 10. Казна
Завтракала
— Миледи Алианна, — склонил он голову, — пусть Владыка мертвой воды будет добр к вам.
— Прошу, зови меня Анна, — я все еще намеревалась приучить всех к своему имени.
— Как вам будет угодно, миледи Анна, — улыбка юноши наверняка свела с ума не одну девицу в крепости и за ее пределами. — Тойон Торвальд ждет вас в общем зале. Он велел привести вас.
Я насторожилась. Почему Тор прислал именно Никласа? Он искушает меня, или юноша сам вызвался, а я превращаюсь в параноика? Последнее, кстати, не удивительно, учитывая обстановку.
— Зачем? — поинтересовалась я.
— Он отведет вас в казну за свадебным подарком.
— Ах, вот оно что, — прямо гора с плеч. — Идем, негоже заставлять тойона ждать.
Юноша пропустил меня вперед, а сам пошел следом. Какой-никакой, а этикет здесь все же есть. Надеюсь, Тор менее воспитан, и мне не придется самой указывать дорогу к казне. Я понятия не имею, где она.
Идти вот так, когда тебе дышат в спину, некомфортно. Я постоянно оглядывалась на Никласа. В один из таких разов он, поймав мою улыбку, сказал:
— Лучше б вы не улыбались мне, миледи. А то, боюсь, однажды утром меня найдут с кинжалом в сердце как вашего первого мужа.
Прозвучало как шутка — голос Никласа был полон озорства, но по спине пробежал мороз. Это намек на то, что Тор убил брата? Я отогнала непрошенную мысль, словно назойливую муху, но оборачиваться перестала.
Торвальд оправдал мои ожидания: сухо кивнув в знак приветствия, он повернулся ко мне спиной и пошел вперед, не проверяя, иду ли я следом. Приходилось чуть ли не бежать, чтобы поспеть за ним.
Мы держали путь в сердце крепости к винтовой лестнице, уходящей под землю. Тор первым ступил на скользкий камень и подал мне руку. Всю дорогу он придерживал меня, что не вязалось с образом грубияна. Я окончательно запуталась в человеке по имени Торвальд Арвид.
Никлас вниз не пошел. Остался наверху. Мы же с Тором спустились в пещеру природного происхождения, расположенную прямо под крепостью. Вероятно, крепость выросла на месте грота, когда-то выточенного морем в камне.
С потолка капала вода, норовя угодить за шиворот, под ногами хлюпало. На стенах горели факелы. От их неровного света повсюду плясали уродливые тени. Здесь только фильмы ужасов снимать. Отличная натура. Подходящее место для казны, непрошенных гостей точно отпугнет.
Тяжелая деревянная дверь, обитая железом, закрывала вход в казну. Ключ был размером с мое предплечье. Тор
Итак, что имеем: круглосуточная охрана, замок, который в одиночку не открыть. Крепкие мужчины и те не сразу справились. Все по вине сырости и ржавчины, разъедающей железо. Самой проникнуть в казну нечего и думать. А, значит, у меня всего один шанс запастись средствами. Прямо сейчас.
Мужчины навалились на дверь. Она была выше их роста, словно для великанов. Открываясь, она протяжно скрипела, аж зубы сводило. Но, едва заглянув в казну, я забыла обо всем на свете. Так, наверное, чувствовал себя Скрудж Магдак на пороге денежного хранилища. Я, конечно, не ослепла от блеска драгоценностей, но была близка к впадению в прострацию.
— Пошли, — Тор взял факел и первым шагнул в казну.
Внушительные размеры круглого зала такого же естественного происхождения, как и грот, не позволяли охватить все одним взглядом. Слишком много деталей: сундуки, набитые редкими тканями и серебряными монетами. Кольца, сваленные в кучу, точно хлам. Целая Джомолунгма золотых кубков. Все, что представляло малейшую ценность, хранилось здесь.
Пока я, открыв рот, любовалась казной рода Арвид, Тор держал путь вглубь пещеры. В то время как я боролась с приступом золотой лихорадки, мой спутник был образцом спокойствия. Глыба льда и то более эмоциональна, чем он.
Отблеск от факела в руке мужчины скользил по золоту, отражался в разноцветном стекле, преломлялся в драгоценных камнях. Я ощущала себя Али-бабой у врат сокровищницы разбойников. Прямо дух перехватило.
Надо взять себя в руки и успокоиться. Я не на экскурсии, у меня важная миссия. Сейчас главное понять, что особенно ценится в этом мире. Вдруг бриллианты у них ничего не стоят? Не хочется потратить единственную возможность впустую.
Проблема решилась сама собой. Пройдя вглубь казны, я отметила определенную закономерность: сокровищница делилась на сектора. Те самые круги, о которых упоминала Ингрид.
Это, в самом деле, были круги, никакого иносказания. В первом, ближнем к стене и входу, лежали наименее ценные предметы: медные монеты, деревянная и глиняная посуда, недорогие ткани. Круги отделяло друг от друга свободное пространство. Преодолев его, мы перешли во второй круг — бронзовая посуда, костяные украшения. Затем третий — серебро, полудрагоценные камни. Ценность предметов возрастала от круга к кругу.
Четвертый порадовал предметами из золота и украшениями с драгоценными камнями, но истинные сокровища содержал круг пятый, расположенный в самом центре казны. Сюда имел доступ лишь тойон и его семья.
Мне повезло: муж владеет самым сердцем казны рода Арвид. Можно не сомневаться, здесь каждая безделица стоит целое состояние.
— Не торопись с выбором, — усмехнулся Тор, видя мой горящий взор. — Не забудь, ты можешь взять только одну вещь.
Я вздохнула. Жаль. Я бы предпочла горсть золотых монет, но от одной монеты мало толку. Надо выбрать что-то дорогое, что можно продавать по частям.