Железная Дева

Синявская Лана

Заполучив вожделенную книжечку и просмотрев последние страницы, я уже готова была признать, что он прав: последнее, о чем она сделал запись были именно сатанисты. Дальше шли пустые страницы. В тот момент, когда я собиралась отложить его в сторону и засчитать себе очередное поражение, мой взгляд случайно задержался на белой пружинке, с помощью которой страницы скреплялись вместе. Как раз в том самом месте, где записи заканчивались, я заметила крошечный кусочек бумажки, застрявший между проволочками. Одной страницы не хватало!

Я затаила дыхание. Находка могла ничего и не значить, но сердце мое

радостно забилось. Я даже не подумала в ту минуту, что вырванной страницы у меня нет и неизвестно – где ее искать. Сам факт, что в блокноте было что-то еще, заставил меня воспрянуть духом.

Я уже собиралась уходить, чтобы обдумать свои дальнейшие действия в более подходящей обстановке, но в этот момент вошел один из оперативников с белым как мел лицом. Не замечая, что в кабинете посторонние, он произнес каким-то деревянным голосом:

– Нашли тело одной из пропавших девушек. Ее везут сюда.

Через минуту я осталась в полном одиночестве. Борис даже позабыл о том, что меня следует выставить вон. Но он мог не беспокоиться – ужасная новость пригвоздила меня к стулу и несколько минут я просидела в каком-то оцепенении. В голове стучало только одно: пусть это будет ошибкой.

Способность двигаться и соображать вернулась ко мне нескоро. Когда руки перестали трястись, а туман перед глазами немного рассеялся, я с трудом встала и побрела прочь из кабинета. Только на полпути я поняла, куда направляюсь. Ноги сами вынесли меня к кабинету мед-эксперта, что находился на первом этаже здания. Возле кабинета я остановилась и прислонилась к стене. Меня не беспокоило даже то, что первый же сотрудник, который обнаружит мое присутствие в неположенном месте выгонит меня взашей. Так оно и случилось. Усатый подполковник, заметив меня, немедленно велел покинуть здание. Я послушно пошла к выходу. Но не для того, чтобы отправиться домой.

Выйдя на улицу, я обошла здание и уселась на траву под окном того же самого кабинета. Мне повезло, после вчерашнего дождя стояла жуткая духота, окно было распахнуто и я отчетливо слышала голоса столпившихся в комнате людей. Не знаю, сколько часов я просидела под окном. Никому из тех, кто находился в комнате в напряженном ожидании и в голову не пришло, что их могут подслушивать. Время от времени то один то другой подходили к окну, но меня надежно скрывали кусты боярышника.

Наконец я услышала оживленные голоса и поняла, что тело привезли. Несколько раз хлопнула дверь, что-то несколько раз стукнуло и на несколько минут наступила тишина.

Когда раздался бесстрастный голос эксперта, я вздрогнула от неожиданности.

– Время смерти точно установить пока нельзя, но ясно, что тело пролежало в земле не меньше двух недель. Опознание провести будет непросто. Хорошо сохранились только волосы. Предположительно это Галя Чирко, пропавшая двадцатого июля…

У меня вырвался вздох облегчения. Это не Оксана. У меня еще остается надежда. Но я тут же одернула себя: о каком облегчении может идти речь! Одна из девочек уже найдена мертвой, каково будет ее родителям? Будь проклят этот убийца. Будь он проклят!

Глотая слезы, я продолжала слушать холодный голос эксперта. Он говорил о всяких специальных вещах, смысла половины из них я не понимала.

– Причина смерти ясна? – Спросил

чей-то голос.

– На теле нет следов насильственной смерти. – Уверненно сказал эксперт. – Подожди-ка. Что это? Не понимаю. И здесь тоже. Да они по всему телу!

Я затаила дыхание, боясь пропустить хотя бы слово. Что они там обнаружили? Голос эксперта выражал неподдельное удивление.

– Все ее тело покрыто странными отверстиями. Они такие крошечные, что ни одно из них не могло послужить причиной смерти. Даже несколько, хотя их тут десятки… И еще. У девушки определенно малокровие. Крови совсем мало. С таким количеством она не протянула бы и часа.

– Получается, что кто-то откачал у нее всю кровь?

– Не знаю. Я говорю только о том, что вижу, а делать из этого выводы – ваша работа.

Они еще немного посовещались и стали расходиться один за другим. Я покинула свое убежище только тогда, когда убедилась, что кабинет опустел.

То, что я узнала, только добавило мне вопросов. Кто-то придумал для бедной девушки изощренную пытку, но для чего? Просто садизм? Или за этим скрывается что-то другое?

Я была так расстроена, что выглядела совсем больной. Ольга Васильевна, увидев меня за моим рабочим столом в приемной, только покачала головой.

– Лиза, вы совершенно запустили свое здоровье. – Укоризненно сказала она, присаживаясь возле меня. – Все еще ломаете себе голову над этими похищениями?

– Да. Никак не могу заставить себя не думать об этом. Теперь еще эта журналистка… – Я прикусила язык, сообразив, что проболталась.

– Вы про Демьянову? А что с ней? Я, кстати, ее сегодня что-то не видела. Обычно она носится по этажам с самого утра. Ужасно надоедливая особа.

– Боюсь, она уже не сможет никому докучать своими вопросами. – Сказала я с сожалением.

– Она что, уехала? И вас, похоже, это огорчает? – Вентцель была искренне удивлена. – А меня она просто вымотала за эти дни.

– Она не уехала. Она умерла. – Со вздохом сообщила я.

– Силы небесные! Не может быть! – В ее глазах отразился неподдельный ужас. Кто это сделал?

– Говорят, что сатанисты. Ее нашли в их логове. Но…

Договорить я не успела. Дверь распахнулась и в приемную ворвался настоящий ураган, состоящий из невероятного количества развевающегося цветного шифона и бело-розовой пышной плоти. Когда вошедшая притормозила в центре комнаты, я увидела, что это всего лишь энергичная женщина лет пятидесяти с ярко накрашенным лицом и платиново-белыми волосами, уложенными в затейливую прическу. Она открыла было рот, собираясь что-то спросить, но тут ее взгляд остановился на лице Ольги Васильевны и она выдохнула совсем не то что собиралась:

– Серова! Глазам своим не верю! Ты ли это?

Я покосилась на Вентцель. Ее глаза расширились от удивления. Она непонимающе воззрилась на женщину и пробормотала:

– Вы кажется обознались. Моя фамилия Вентцель.

– Господи ты Боже мой, подумаешь – фамилия. Я же вижу – это ты! Не узнаешь? Ну, конечно, столько лет прошло. Видишь, как меня разнесло? Маслова я, Татьяна! Теперь узнала?

– Простите, но я действительно с вами незнакома. Извините.

Ольга Васильевна поднялась и, кивнув мне, быстро прошла в свой кабинет. Маслова уставилась на меня.