Железное сердце
Шрифт:
Лена озорно прищурилась. Уилл медленно поставил поднос на маленький журнальный столик. А эта миссис Уэйд оказалась умнее, чем он думал.
– Ты голодна?
Запах говядины влек его к подносу. Уилл поднял крышку и оглядел тарелку. Жаркое Эсме с щедрой порцией подливки и толстым ломтем хлеба.
– Не очень.
Уилл поставил блюдо на колени и с удовольствием принялся за еду. Давно он подобной вкуснятины не пробовал.
Лена села напротив, сдвинув юбки на бок. Налила им обоим чая, а потом взяла себе тарелку с пряником.
Так продолжалось уже год. С того самого дня, как она залезла к нему на колени, состроила глазки и прижалась к его губам.
Прямо здесь на этом проклятом диване.
Уилл сердито посмотрел на вышитые подушки. Его первый поцелуй был чертовым провалом от начала и до конца. Как только потрясение пронзило разум, Уилл уже не смог отодвинуться. Губы Лены были шелковистыми, влажными и соблазнительными. Затем она лизнула его языком, требуя ответного поцелуя. Он почему-то сжал в кулаке ее юбки. Приподнял другую руку, обхватил девичью шею и притянул ее ближе до того, как понял, что происходит.
Затем он вскочил, Лена упала на подушки с расширенными от изумления глазами, а ее зеленые юбки разметались вокруг. Мелькнули лодыжки, затянутые в чулки ножки манили рассмотреть их поближе. Перед Уиллом будто пролетали молниеносные видения. Он даже не сознавал, что делает.
Опасно. Лишь однажды Уилл не сдержался, потерял ощущение времени. То, что Лена так легко могла с ним это сотворить, напугало его больше, чем целая армия металлогвардейцев.
Если бы Уилл потерял контроль, если бы причинил ей боль, если бы инфицировал ее… то никогда бы себе не простил.
– Урок первый, – прошептала Лена, прерывая его раздумья, – джентльмен не пялится на даму так… нагло.
Жар залил ее щеки, а Уилл стал видеть еще четче. Он пялился на нее, как отчаянный идиот. Вспоминал тот поцелуй и вкус ее губ.
Опустив взгляд, Уилл подцепил вилкой кусок говядины и спросил:
– Как твоя подруга? Та блондинка?
Лена отломила маленький кусочек пряника.
– Адель? Я навещала ее сегодня утром. Родители пустили слух, что она заболела. По крайней мере пока следы не исчезнут.
Слюна голубокровного ускоряла заживление, но Уилл видел немало шрамов, чтобы знать: отметины не всегда исчезают полностью. По правде сказать, не будь он вервульфеном, его шея выглядела бы как железнодорожная колея.
– Думашь, исчезнет?
– Я принесла ей мазь. Лео иногда использует ее со своими трэлями. – Возясь с вилкой, Лена поинтересовалась: – Думаешь, Кэвендиш будет держать рот на замке?
– Будет, ежели хочет жить.
– Тебе нельзя просто угрожать голубокровным, Уилл. Это сработало бы в трущобах, но ты вливаешься в их мир и должен научиться играть по их правилам.
–
– Не в этом дело. Конечно, я с удовольствием наблюдала, как он получает заслуженное. Кэвендиш задира и подхалим. Подстерегает молодых женщин в укромных уголках и силой навязывается. Ему и его репутации ничего не угрожает. – Ее лицо помрачнело. – Только нам.
– Нам?
Лена побледнела.
– Я неправильно выразилась, имела в виду всех молодых девушек Эшелона. Он никогда не угрожал лично мне раньше.
– Но если пригрозит, ты мне расскажешь?
Она посмотрела ему прямо в глаза и солгала:
– Конечно.
– Лена, – предупредил Уилл, вставая на ноги.
Она взяла чашку и нервно поставила между ними.
– Это не мне он отомстит. Уилл, ты вчера выставил его дураком, он этого не забудет. Обещай, что будешь осторожен.
Наклонившись, Уилл положил руки на подлокотники по обе стороны от нее. Лена поджала губы и поставила чашку на колени.
– Ты мя не отвлечешь, – сказал он, беря ее подбородок большим и указательным пальцем.
Ошибка. Кожа Лены была шелковистой и мягкой, губы слегка раскрылись. Вид едва не лишил Уилла самообладания. Ее глаза смягчились, она затаила дыхание. Несмотря на нарочито легкомысленное поведение, в этот момент выражение ее лица было странно бесхитростным, робким и неуверенным.
Намек на уязвимость едва не уничтожил Уилла.
Он отдернул руку, будто ошпарился, и отвернулся, тяжело дыша.
– Если он будет те угрожать, ты ж мне расскажешь?
Лена опустила взгляд на колени:
– Конечно.
Какого дьявола с ней теперь не так?
– Ты его не боишься?
– Я могу справиться с мужчинами вроде Кэвендиша. – Отставив чашку, она пробормотала: – Головную боль мне устраивают другие, уж точно.
– Колчестер?
– Нет. – Она нахмурилась. – Зачем ты о нем заговорил?
– Он тя пугает, – признал Уилл. И продолжил потише: – Хошь, я его убью?
Лена встала:
– Ты с ума сошел? Он же герцог! Даже если ты до него доберешься, Эшелон тебя уничтожит. – И схватила вервульфена за руку, глядя на него большими карими глазами. – Уилл, обещай, что ничего подобного не сделаешь! Обещай, что не станешь искать Колчестера.
Снова запах страха. Но на сей раз Лена боялась не за себя.
Уилл почесал затылок, настороженно глядя на ее руку. Никто никогда прежде за него не переживал, кроме Блейда.
– Я не позволю никому коснуться того, че мое.
– Я могу справиться с Колчестером, – убеждала Лена.
Намек на сомнение в ее голосе заставил волоски на его шее встать дыбом.
– Как? Улыбкой? Флиртом?
– Играя в игру! Прячась на виду и не позволяя ему застать меня одну.
– Ага, а че ты сделашь, ежели он все-таки застанет тебя одну?