Железное сердце
Шрифт:
Лавочник безмолвно, не мигая, взирал на разрушенный магазин и потом прошептал:
– Что я скажу Марте? Герцог очернит мое имя. Он меня уничтожит.
Уилл ощутил укол стыда. Надо было сдержаться.
– Я заплачу за ущерб.
Линч схватил его за руку и указал на дверь. На город зловеще наползали сумерки, тяжелые облака клубились на горизонте.
– Полагаю, тебе сейчас самое время уйти. Не удивлюсь, если Колчестр вернется, да еще и с парочкой друзей. Он не захочет так это оставить. А я уже сделал все что мог.
Уилл кивнул.
– Почему?
– Что почему?
– Почему ты мне помог?
Хватило бы пальцев одной руки, чтобы сосчитать всех, кто когда-либо добровольно помогал Уиллу. Остальным всегда было что-то нужно.
Линч помедлил на пороге, рассматривая собирающихся зевак. Тонкие морщинки разбегались от уголков глаз, насупленные темные брови сошлись на переносице.
– Три года назад Блейд в Подземном городе спас мне жизнь. Я ему должен. Считай это платой.
Уилл уставился на напрягшегося Ночного ястреба:
– И?
Линч потер гладкую челюсть:
– И еще… Совет на нас давит. Мне поручили найти бунтовщика по имени Меркурий. Здесь, в Лондоне, он главарь организации гуманистов и непосредственно отвечает за поджог сливзаводов. Я не дурак, Карвер. У Блейда есть уши в таких местах, куда мне никогда не добраться. Как и у тебя. Я уловил твой запах в туннелях, где мы арестовали пару поджигателей.
– Мы не при делах.
– Знаю. Та парочка нам все рассказала. Они думали, что прикончили Блейда.
– Лишь чутка его зацепили. – Нет нужды трепаться, что Блейда можно серьезно ранить. Созданная им легенда уже полвека позволяла держаться в стороне от Эшелона. – Так те надо сплетни про Меркурия?
– Все, что знаешь.
Холодок пробежал по спине. Линч ведь отчаянный. Уилл чуял, как подобрался глава Гильдии. Несомненно, Совет уже взял его за горло. Всем известно, что Ночные ястребы состоят из грязнокровных – тех, кого инфицировали незаконно или случайно. Стоило такому нелегалу поддаться одержимости жаждой крови, как его тотчас уничтожали. А способные себя контролировать получали иную возможность – мрачную и одинокую жизнь в качестве Ночных ястребов на поводке Совета. Они были полезны Эшелону, но никогда не станут его частью.
Расходный материал.
Особенно если не исполняют свою роль.
Уилл вспомнил закодированное письмо, которое обнаружил у Лены. Неужели возможно, что она связана с гуманистами, с этим Меркурием? Страх начал разрастаться, подтачивая вервульфена изнутри. Во что же она ввязалась? Сначала Колчестер, теперь это.
– Буду держать ухо востро, – ответил Уилл, сознавая, что Линч пристально за ним наблюдает. – Все, чо услышу, передам.
– Я бы не стал переходить мне дорогу в этом вопросе, Карвер. Если что-то знаешь, что угодно, лучше расскажи.
Уилл кивнул. Ночной ястреб явно почувствовал его волнение.
– Лады, пошлю записку, если чо услышу.
«Но
Глава 14
Налетел легкий прохладный ветерок. Лена оторвала взгляд от раскиданных по письменному столу шестеренок и винтиков, подняла гогглы на макушку и, отложив тонкие плоскогубцы, встала. Ночной халат розового цвета спускался до босых ступней, шелк ласкал кожу.
– Эй? – позвала Лена, запахнувшись потуже и крепче затянув пояс.
Почти полночь. Миссис Уэйд легла несколько часов назад, но Лена не могла заснуть из-за одолевавших ее мыслей и решила заняться трансформационным механизмом в человеческий рост. Тем самым, что заказал Меркурий. Игрушки просто собрать… не то что ее жизнь. До официального подписания мирного договора всего неделя. Лена уже начала работать над внутренней частью, но едва ли успеет закончить все за оставшееся время. Придется попросить помощи Мандевиля для сбора внешней оболочки.
Вдруг дверь, отделяющая гостиную от спальни, скрипнула. Лена схватила кочергу и с колотящимся сердцем подкралась к проему.
Вряд ли кто-то посмеет напасть на нее здесь. Дом хорошо охранялся даже ночью, так как в Эшелоне заказные убийства не редкость. В силу нездоровья герцог Кейн нечасто показывался на публике, потому Лео правил вместо него, играя роль главы дома, и с полдюжины дальних родственников наверняка мечтали занять его место.
Вдалеке загрохотал гром.
Приглушенное сияние газовой лампы едва освещало темную спальню. На мгновение Лене захотелось разбудить слуг. Но если дело всего-то в соскочившей задвижке, то она лишь зря всех переполошит.
Лена оглядела спальню. Тонкие занавески трепетали на ветру, а капли дождя брызгали на отполированный пол. Одна застекленная дверь на балкон была распахнута, но комната казалась пустой.
– Проклятый ветер.
Лена плотно закрыла створку. Сверкнула молния, и вдруг позади заскрипела половица.
Чья-то большая рука заглушила рвущийся изо рта Лены крик. Прижав ее к твердой груди, из-за чего халат тут же пропитался водой, мужчина прошептал:
– Тс-с-с.
Уилл. Теперь Лена почувствовала его мускусный аромат, смешанный с дождем и свежим воздухом. Она выронила из ослабевших пальцев кочергу, которую Уилл поймал ботинком, не дав удариться о пол, и осторожно положил на ковер.
Сердце Лены трепетало. Она перестала отбиваться, поникла и прижалась грудью к его руке. В углу она заметила движение. В напольном зеркале отражались они вдвоем в запретном объятии. Лена встретилась взглядом с Уиллом. Он был огромным, мокрым и мрачным, глаза горели янтарем. Похоже, настроился на ссору.
Лена прищурилась. Не только Уиллу хотелось поскандалить. Больше она себя так пугать не позволит.
Она укусила его ладонь.
– Бушь вести себя хорошо, если отпущу?
Лена яростно задергалась.