Желтые небеса
Шрифт:
– А что ты сделал?
Всхлипнув, он уклончиво ответил:
– Я хотел научить ее доброте! Не получилось… Можешь издеваться над моими страданиями, убийца. Я привык, что надо мной все издеваются. Еще когда я был дебилом, сначала на Тигоне, потом на Ите…
Мартин молчал. Выказывать Юстану фальшивое сочувствие он не собирался, а издеваться – себе дороже: опять изобьют.
Успокоившись, Юстан пробормотал:
– Посмотрим, как у нас там дурачок Бениус. Он ведь туда побежал, ему уже сказали… Вот и посмотрим…
Один из экранов ожил, показав каменистую площадку у подножия растрескавшейся
– Я промазал, – огорченно заметил Юстан. – Я хотел, чтобы валун раздавил ей грудь, так было бы эффектней. Для Бениуса это большая трагедия, я давно уже это задумал… У-у, какой у него теперь будет духовный рост!
«Если Бениус хоть чего-нибудь стоит, он тебя убьет», – подумал Мартин.
Вслух спросил:
– Ты не боишься растерять союзников, Юстан?
– Дурак ты, убийца! – Юстан засмеялся. – Да я же все крепче и крепче их к себе привязываю! Бениус придет ко мне, и я буду ему сострадать, я скажу, что это было нужно для его духовного роста… Конечно, его будут терзать внутренние противоречия, но он все равно сделает правильный выбор и останется моим другом. Наконец-то я воплотил в жизнь свою давнюю выстраданную мечту – создал концлагерь для моих друзей! Я ведь еще в той жизни об этом мечтал, но те, кого шеф тайной полиции называл монстрами, сорвали мои планы. Женщина, которую я любил, тоже была монстром, из главных… – Он болезненно искривил рот, но, поглядев на экран, вновь заулыбался. – Я помогаю им жить! Смотри, убийца: они страдают, они развиваются, они живут!
«Самое прискорбное то, что этот псих не оригинален, – подумал Мартин. – Такие идейки были в ходу еще на древней Земле. Стереотипы определенного слоя нашей культуры. В человеческой культуре перемешано всякое, и хорошее, и дрянное…»
– Ты что-то совсем расстроился, убийца, – ухмыльнулся Юстан. – Вали к себе в камеру! Я должен подготовиться к задушевной беседе с бедным дурачком Бениусом.
Оказавшись в камере, Мартин прикрыл глаза, спасаясь от фиолетового светового мельтешения. Да, он был подавлен, и переломы опять разболелись, но параллельно в нем крепла уверенность, что решение есть. Совсем рядом. Только руку протяни и возьми. Другое дело, что он не знал, куда протягивать руку.
– …Они все-таки позвали вас! – человек, вскочивший со стула при его появлении, выглядел неважно: его лицо, в прошлом артистически-живое, заливала сероватая бледность обреченного. – Вы должны мне помочь! Вы же частный сыщик, работаете по найму? Я вас нанимаю, я потом заплачу, обязательно заплачу! Я достану любую сумму, какую скажете. Помогите мне отсюда выбраться!
– Даже если б я мог тебе помочь, то не стал бы возиться, – процедил он сквозь зубы. – За то, что ты сделал, тебя пристрелить мало.
– Это не уголовное преступление, у меня была высокая цель! Я нужен людям, нужен своим друзьям… Она же меня убьет!
– Наверняка.
– Послушай, ты должен понять, что я нужен человечеству!
– А
Дверь открылась, в комнату вошли еще двое. Спортивного вида парень с мечом за спиной, длинные светлые волосы собраны в хвост на затылке. Бронзовокожая черноволосая женщина в облегающем черном комбинезоне. Парню он отвесил официальный полупоклон: наследный принц независимого Севера, надо с ним повежливей. Женщине с нарочитой небрежностью кивнул. Его с ней связывали сложные и странные отношения. Они были не врагами, но противниками в игре, и каждый знал, что от другого можно ждать любого подвоха. Боги, как ему хотелось наконец-то обыграть ее! В то же время, когда он сдуру решил, что она погибла, он от расстройства запил. Ни намека на взаимное влечение тут не было, однако в ее присутствии он каждый раз переживал благотворный для организма стресс: обогащенная адреналином кровь быстрее бежала по жилам, голова работала лучше.
Его собеседник со страхом глядел на вошедших.
– Ты приговорен к смерти, – сказала женщина. – Приговор будет приведен в исполнение сейчас.
– Нет… – пробормотал приговоренный. – Нет, так нельзя… Я же сделал это ради тебя! Попробуй оценить мою жертву… Я умею жертвовать и страдать и хотел тебя тоже научить…
– Это верно, ты умеешь жертвовать другими. – Она холодно усмехнулась.
– Ты не имеешь права, это незаконно! Вы хотите совершить преступление! Я гражданин своей страны, меня должны судить, мне нужен адвокат…
– Обойдемся без формальностей.
Он вдруг со всей отчетливостью понял, что его «вражда» с этой женщиной – действительно всего лишь несерьезная игра. К счастью для него. Сейчас перед ней стоял настоящий враг, которого она собиралась уничтожить, и от нее веяло жутью. Он непроизвольно шагнул в сторону, чтобы не находиться с ней рядом, и заметил, что принц сделал то же самое.
Еще больше побледнев, приговоренный попятился, его била крупная дрожь. Женщина не двигалась, только смотрела на него. Он вдруг захрипел и упал на колени, потом его отбросило к стене, и больше он не шевелился.
После тягостной безмолвной паузы принц подошел и склонился над ним. Выпрямившись, сказал:
– Констатирую факт смерти.
Он вежливо возразил:
– Тут нужен врач, ваше высочество.
– У меня медицинское образование, помимо инженерного. Взгляните сами.
Осмотрев тело, он подтвердил:
– Ваша правда, покойник.
Потом повернулся к женщине:
– Как вы это сделали? Каким-нибудь своим хитрым оружием, да?
Она молча показала пустые ладони.
– Я же сам видел, как он к стенке отлетел! Голову морочите…
В комнату заглянул худощавый светловолосый мужчина в шелковистом плаще – жрец-эмигрант, которого на его варварской родине чуть не прикончили в ходе политических разборок. Он уже успел несколько раз сцепиться с ним до пены на губах, защищая с детства дорогую и привычную материалистическую картину мира.
– Вы это сделали, – произнес жрец, слегка поклонившись женщине. – Я находился в коридоре и наблюдал. У вас получилось.
«Как же ты наблюдал-то через закрытую дверь?!» – подумал он, но промолчал: не было охоты сию минуту затевать новый спор.