Жена-22
Шрифт:
После того как кассир отдает нам пакет и повторный купон, Зои бегом устремляется к выходу.
– Могу поспорить, твоя мать никогда не устраивала тебе такого, – шипит она, шагая в пяти футах передо мной. – Эти дешевые пластиковые пакеты. Они же почти прозрачные. Все видят, что мы купили.
– Да никто даже не смотрит, – говорю я, размышляя о том, что, будучи в возрасте Зои, отдала бы что угодно, лишь бы моя мама была со мной, и пусть бы она покупала сколько угодно коробок с тампонами. Мы подходим к машине.
– Привет,
Зои его игнорирует. У Джуда вытягивается лицо, и мне становится его жалко.
– Сейчас не очень подходящее время, Джуд, – говорю я.
– Открой машину, – требует Зои.
– Я слышал про твоего отца, – говорит Джуд. – Я просто хотел сказать, что сочувствую.
Я готова убить Недру. Я заставила ее поклясться, что она никому, кроме Кейт, не расскажет, что Уильям потерял работу.
– Мы торопимся, Джуд. Мы с Зои едем на ланч, – говорю я, забрасывая пакет на заднее сиденье.
– А-а, это классно, – говорит Джуд. – Как это, дочки-матери.
– Ну да, дочки-матери, – киваю я, садясь в машину. Даже несмотря на то что дочка не хочет иметь никакого отношения к матери.
Усевшись на свое место, я поправляю зеркало заднего вида и слежу, как Джуд бредет обратно в аптеку. Под футболкой торчат острые лопатки. Джуд всегда был худой как щепка. Он выглядит, как маленький мальчик ростом шесть футов. Эх, Джуд.
– Я не проголодалась, – говорит дочь.
– Пока мы доедем, ты как раз проголодаешься, – говорит мать.
– Мы не можем себе позволить есть вне дома, – говорит дочь. – Нам теперь надо экономить.
– Да, давай поедем домой и будем есть крекеры, – говорит мать. – Или хлебные крошки.
Десять минут спустя мы сидим в “Рокридж Дайнер”.
– Тебя это раздражает? То, что Джуд ведет себя, будто ничего не произошло. Повсюду за тобой таскается. Можно мне глотнуть твоего чая? – спрашиваю я.
Зои отдает мне кружку.
– Только не дуй на него. Терпеть не могу, когда ты дуешь на мой и так остывший. Ты не можешь судить обо мне и Джуде.
– Гель для волос и щипчики.
– Что?
– Это то, что было у него в пакете.
Зои фыркает.
– Ветчина на гриле и сандвич с ореховым маслом и джемом, – говорит официантка, улыбаясь Зои и расставляя тарелки. – Старый добрый сандвич с ореховым маслом хорош в любом возрасте, правда, милая? Хочешь к нему стакан молока?
Зои поднимает глаза на официантку. Женщине уже за шестьдесят, она всегда нас обслуживает, а мы ходим сюда невесть сколько лет. Она наблюдала Зои на всех этапах ее жизни: младенец, у которого молоко на губах не обсохло, малышка, сбрасывающая со стола картошку фри, дошкольница с конструктором “Лего”, пятиклассница, читающая “Гарри Поттера”, замкнутый подросток и, наконец, девушка, одетая в тряпки из благотворительного секонд-хенда.
– Как раз то, что надо, Иви, – говорит Зои.
– Конечно, – отвечает официантка, дотрагиваясь до ее плеча.
– Ты
– Она нас всю жизнь обслуживает.
– Да, но она никогда не говорила, как ее зовут.
– Это ты никогда не спрашивала. – Глаза Зои вдруг наполняются слезами.
– Ты плачешь, Зои? Почему ты плачешь? Из-за Джуда? Это глупо.
– Замолчи, мам.
– Это раз. Ты можешь раз в месяц сказать мне “замолчи”, и ты этот раз только что использовала.
Не могу поверить, что ты плачешь из-за этого парня. Собственно говоря, меня бесит, что ты из-за него плачешь. Он тебя обидел.
– Знаешь что, мам, – огрызается она, – ты думаешь, что ты все обо мне знаешь. Я знаю, ты так думаешь, но знаешь что? Ничего ты не знаешь.
Мой телефон звенит. Неужели новое сообщение от Исследователя-101? Пытаюсь сделать вид, что мне все равно.
Зои качает головой.
– Что с тобой происходит?
– Ничего, – говорю я, роюсь в сумке, хватаю телефон и быстро смотрю на экран. Фейсбук-уведомление о том, что меня отметили на фотографии. Ох, что делается. Наверное, я одета в джеллабу. – Извини. – Я выключаю телефон.
– Ты такая дерганая, – говорит Зои. – Как будто что-то скрываешь. – Она сурово смотрит на мой телефон.
– Ничего я не скрываю, но даже если бы и скрывала, то что? У меня есть право на личную жизнь. Не сомневаюсь, что и у тебя есть секреты, – говорю я, сурово глядя на ее сандвич. Готова биться об заклад, она откусит два, максимум три раза, и все.
– Да, но мне пятнадцать. Мне полагается иметь секреты.
– Конечно, Зои, ты можешь иметь секреты. Но не все должно быть тайной. Ты всегда можешь мне довериться.
– У тебя не должно быть секретов, – упорствует Зои. – Ты для этого слишком стара. Это гадко.
Я вздыхаю. Ничего я от нее не добьюсь.
– Вот твое молоко, – говорит вернувшаяся Иви.
– Спасибо, Иви, – выдавливает Зои, ее глаза все еще блестят.
– Все нормально? – спрашивает Иви.
Зои выстреливает в меня взглядом.
– Иви, я должна перед вами извиниться. Я никогда не спрашивала, как вас зовут. А должна была. Это ужасно невежливо с моей стороны, и я очень, очень прошу меня простить.
– Милая, вы хотите сказать, что тоже не прочь выпить стакан молока? – мягко спрашивает Иви.
Я опускаю глаза в тарелку.
– Да, пожалуйста.
47
Джон Йоссариан добавил Любимую цитату
“Не используйте ненужные слова”. Элвин Брукс Уайт, Уильям Странк.
Исследователь-101, просто хочу сказать привет.
Привет.
Ланч – жареный бекон и сыр.