Жена башмачника
Шрифт:
Паппина держала на руках свое новое дитя. Это был ее четвертый ребенок, но впервые конверт был розовым. Анжеле Латини было всего две недели от роду, когда Паппина принесла ее в Чисхолмскую мастерскую, чтобы представить семейству Ладзари.
Когда Антонио вбежал в мастерскую, Чиро и Энца ворковали с младенцем.
– Смотри, у тебя новая названная кузина, – сказала Энца. – Малютка Анжела.
– Девочка? – фыркнул Антонио. – Что мы будем делать с девчонкой?
Антонио исполнилось семь, он был долговязым, с густыми темными волосами.
Чиро считал, что сын
– Когда-нибудь ты это узнаешь, сынок, – усмехнулся Чиро.
В лавку вошла Дженни Мадич, ведя за собой дочку, Бетси. Девочка ходила в школу вместе с Антонио и с первых дней стала его подружкой. Бетси тоже была очень высокой для своего возраста. Через плечо у нее были перекинуты связанные шнурками белые кожаные ботинки с роликами. Ее черные волосы, голубые глаза и маленький вздернутый нос вызывали широкую улыбку у каждого встречного.
– Антонио, пошли кататься?
– Можно, мама? – Сын посмотрел на Энцу.
– Да, но только по тротуару, не выезжайте на улицу.
Бетси с Антонио помчались вверх по лестнице.
Дженни Мадич было около сорока. Высокая, гибкая, с голубыми глазами и волосами цвета воронова крыла, сербская красавица, она была матерью трех дочерей – одна краше другой. Ее повитица славилась на весь хребет Месаби. Когда Дженни пекла очередную партию, то всегда приносила один пирог в лавку. Сегодня она пришла с двумя.
– Туфли уже привезли? – спросила Дженни.
– Да, – ответила Энца. – Просто заглядение.
Вытащив из-под прилавка коробку, она вручила ее Дженни. Та открыла крышку и достала несколько пар патентованных кожаных туфель в стиле Мэри Джейн [89] . Пара, предназначавшаяся для ее старшей дочери, которой исполнилось шестнадцать, была на невысоком тонком каблучке. Остальные – классические, с устойчивым наборным каблуком.
– Точно как вы заказывали. Выглядят прямо как на рекламе в «Журнале для всех» [90] . Той, что рядом с новым рассказом Эдны Фарбер [91] , на соседней странице.
89
Популярная модель туфель с ремешком на подъеме и чаще всего c закругленным носком, названа в честь героини комиксов. В описываемый период была исключительно обувью для девочек.
90
Everybody’s Magazine – иллюстрированный американский журнал, издававшийся с 1899 по 1929 год.
91
Эдна Фарбер (1885–1968) – популярная американская писательница, сценарист и драматург.
– Энца, ты что, торгуешь обувью? – спросила Паппина.
– Только по предварительному заказу.
– Энца мне жизнь спасла этими туфлями, – призналась Дженни. – Перед Пасхой мы ездили в столицу штата, но нигде не нашли качественных кожаных туфель для девочек. А они нужны для танцевального конкурса во время Сербских дней.
– Вы
– А что еще оставалось? Мы несколько месяцев шили костюмы и не хотим испортить вид дешевой обувью.
– Заранее примериваешься, что может понадобиться маме маленькой девочки? – улыбнулась Энца.
С тех пор как Антонио исполнилось два года, Ладзари пытались завести второго ребенка, но все было тщетно. А у Паппины, похоже, дети следовали один за другим без всяких проблем. И сейчас самую заветную мечту Энцы – родить девочку – осуществила подруга. Энца протянула руки, и Паппина передала ей конверт. Заглянув малышке в лицо, Энца подумала, что той досталось самое правильное имя: это действительно был настоящий ангел.
Антонио и Бетси, топая по ступенькам, спустились в мастерскую и выскочили на улицу. Лишь колокольчик звякнул.
– Будьте осторожны! – крикнула вдогонку Дженни и повернулась к Энце: – Знаешь, о чем я думаю? Ты могла бы с успехом продавать обувь для танцев. Если я помещу объявление в церковном листке нашего православного прихода, то югославские, сербские и румынские девушки выстроятся здесь в очередь.
Энца взглянула на Чиро:
– Милый, а ты что думаешь?
– Делай все, что пожелаешь!
– Дженни, а давай попробуем. Размести рекламу в бюллетене. Я сделаю необходимые заказы. И как тебе такое предложение? Если продам двадцать пять пар обуви, твои девочки получат свои туфли бесплатно.
– Договорились! – Дженни подхватила лоток с пирогами и шагнула к двери. – Я заберу Бетси по пути домой.
Чиро принес из задней комнаты ящик и поставил его на стол.
– Как твоя спина?
– После ванн с эпсомской солью [92] стало полегче.
– Ты слишком много работаешь. – Энца прижалась к нему сзади.
92
Эпсом – город в Англии, славящийся минеральной водой. Из нее впервые выделили минерал эпсомит, использовавшийся в лечебных целях.
– Чиро, попробуй компрессы с камфорой. Я делала Луиджи, ему помогает, – предложила Паппина.
– Взгляни правде в глаза! Здесь шахтеров в избытке, и у каждого две ноги. Неудивительно, что у нас с Луиджи болят спины.
Чиро оставил дверь мастерской распахнутой, чтобы впустить летний ветерок. Каждое окно было открыто, раскроечный стол расчистили для игры в покер. Друзья Чиро, шахтеры Орлич и Костич, изучали свои карты. Эмилио Унчини сунул руку в стоявший на столе горшок, достал оттуда бутылку граппы и налил себе пару глотков.
– Я пас, – сказал он.
– Пойди помоги жене считать деньги, – ухмыльнулся Орлич, глядя в карты. Под ногтями у него было черно – он только что отработал смену на шахте Берт-Селлерс. В тонких морщинках на лбу и у глаз тоже осела угольная пыль. Лицо его напоминало рисунок тушью.
– Не, даже не подойду к ней, – ответил Эмилио.
Чиро закрыл дверь, ведущую в глубь дома, но даже сквозь стены мужчины слышали смех и болтовню девиц и мамаш, выстроившихся на лестнице, чтобы забрать свои туфли для танцев. Ида работала секретарем, пока Энца снимала мерки.