Жена башмачника

Триджиани Адриана

– Синьор Ладзари, – повторил офицер.

– Синьор Андерсен, – кивнул Чиро. – Что я сделал? – спросил он, не поднимая взгляда от своих рук.

– Я не знаю. А что ты сделал?

– Ничего, сэр, – ответил Чиро. Затем, заметив, что офицер тоже смотрит на его серые от угля руки, быстро добавил: – На пути сюда я работал в угольной яме парохода «Вирджиния».

Синьор Андерсон вытащил из папки письмо сестры Эрколины. Он читал, а Чиро все сильнее охватывала паника.

– Итак, ты знаешь

монахинь из монастыря Сан-Никола, – сказал офицер.

Бедные сестры пытались сделать для Чиро что-то хорошее, но вместо этого, похоже, привлекли внимание этого волка в серой форме.

– Я вырос под их опекой.

– Здешняя епархия получила телеграмму. Ты в нашем списке.

Чиро сглотнул. Телеграмма от дона Грегорио. Долгое путешествие, работа у топки в адской жаре – все зря! Чиро выдернули из толпы и депортируют. И он все-таки окажется в исправительном лагере.

– Куда меня отправят? – тихо спросил он.

– Куда отправят? Ты же только что приехал! В телеграмме епископу монахини дали тебе превосходную характеристику. Поэтому есть распоряжение пропустить тебя без проволочек. – Синьор Андерсон что-то записал в папке.

В это чудесное мгновение Чиро понял, что синьор Андерсон не враг, что он вовсе не собирался отсылать его назад в Италию, в исправительную колонию.

– Спасибо, синьор! – выдохнул Чиро.

– Ты должен сменить фамилию. – Андерсон протянул Чиро список: – Выбирай!

Браун

Миллер

Джонс

Смит

Коллинз

Блейк

Льюис

– Выбери «Льюис». Начинается на «Л», как и твоя.

Чиро просмотрел фамилии и вернул список мистеру Андерсону:

– Вы отошлете меня обратно, если я не сменю имя?

– Здесь не смогут выговорить твое, малыш.

– Сэр, раз они говорят «спагетти», то смогут произнести и «Ладзари».

Синьор Андерсон изо всех сил старался не рассмеяться.

– Меня прежде звали Скольяферрантелла, – сказал он. – Выбора не было.

– Из какой провинции вы родом, синьор? – спросил Чиро.

– Из Рима.

– Мой брат Эдуардо только что поступил в римскую семинарию Сан-Агостино. Он собирается стать священником. Так что, если я откажусь от своей фамилии, она умрет. Мы с братом одни в целом мире. Я не хочу, чтобы имя Ладзари исчезло.

Синьор Андерсон откинулся на стуле. Поправил очки на своем выдающемся носу. Приподняв густые брови, спросил:

– Кто твой поручитель?

– Ремо Дзанетти, Малберри-стрит, тридцать шесть.

– Род

деятельности?

– Башмачник.

– Сколько тебе лет?

– Шестнадцать.

Офицер поставил в паспорт Чиро штамп о въезде в Соединенные Штаты. В документах осталась фамилия Ладзари.

– Можешь идти. Возвращайся на причал, паром доставит тебя на Манхэттен.

Чиро держал в руке документы, на которых стояла свежая темно-синяя печать. У него было все, чтобы начать новую жизнь. Но благодарный человек должен делиться удачей, и Чиро не мог поступить по-другому.

– Синьор Андерсон, извините, что беспокою вас… – начал он.

Офицер бросил на Чиро несколько раздраженный взгляд. Понимает ли этот молодой человек, насколько ему повезло? Он прошел через остров Эллис без сучка без задоринки, даже его итальянскую фамилию не тронули.

– Не могли бы вы помочь моему другу? Его зовут Луиджи Латини. Он работал со мной у пароходной топки. Он хороший человек. Его родители сговорили его, и он должен успеть на поезд в Огайо, чтобы встретиться с девушкой. Он боится, что, если не приедет вовремя, она выйдет за другого.

Андерсон закатил глаза:

– Где он?

– Очередь номер три. В конце.

– Жди здесь.

Чиро достал из кармана медаль, которую сестра Тереза подарила ему на прощание. Он поцеловал Святое сердце Иисусово. С верой у Чиро было туго, но не с благодарностью. Он сел на место и вдохнул сладкий запах полированного дуба, исходивший от стен. Комната была в десять раз больше его каюты на пароходе. Пространство, квадратные метры, высота, ширина – вот что прежде всего останется в памяти Чиро от плавания из Италии в Америку.

Луиджи Латини вошел в комнату в сопровождении офицера Андерсона. Лицо у него было того же бледно-серого оттенка, что и его иммиграционные документы.

– Не волнуйся, Луиджи. Офицер Андерсон здесь, чтобы помочь нам, – сказал Чиро, когда Луиджи уселся рядом с ним.

– Вы тоже добрый католик, синьор Латини? – улыбнулся Андерсон.

– Si, si, – сказал Луиджи, глядя на Чиро.

– Я рад, что вы не задали мне такой же вопрос, офицер Андерсон, – ухмыльнулся Чиро.

После того как офицер огласил свой список вопросов, Чиро вмешался:

– Луиджи тоже не захочет стать Льюисом.

– Вы также хотите оставить свою фамилию? – спросил Андерсон.

– А можно? – Луиджи взглянул сначала на Чиро, потом на офицера.

Офицер Андерсон проштамповал документы Луиджи.

– Вы, мальчики, хорошо показали себя, – сказал он, сунул руку в карман и протянул каждому по завернутой в фольгу полоске.

– Что это, сэр? – спросил Чиро.

– Жевательная резинка.