Жена с проблемами

Лис Алеся

А потом я вспомнила. И побег вспомнила, и кабана, и воина с мечом, и ядовитый фей-ирский плющ.

Застонала, чувствуя жжение на щеках и подбородке. Попыталась ощупать саднящие участки и шумно втянула воздух сквозь зубы. Даже легкое, аккуратное касание приносило острую боль.

– Выпей, – к губам прижался край глиняной кружки.

Послушно отхлебнула онемевшими губами. Мысль, что это непонятное и, возможно, вредное средство, мелькнула и пропала. Хуже, все равно быть не может. Мое лицо, казалось, раздуло, словно рыбий пузырь. Кожа натянулась, как на

барабане – вот-вот лопнет. И я теперь не я, а страшное чудище, сошедшее со страниц детских сказок. И уж точно не похожа на Шанталь Данилэ.

Жидкость легко протекла в горло, освежая приятным вкусом малины и ромашки. Капелька соскользнула с уголка распухших губ и потекла по подбородку. Мужчина вытащил из рукава платок и поднес к моим губам. Я нахмурилась, отодвинулась и, не задумываясь, вытерлась рукавом платья. Жест показался очень интимным, переступающим грани приличия, и мне не понравился.

Он не обратил внимания на мое подчеркнуто пренебрежительное поведение, спокойно возвратил на место платок и снова аккуратно, чтоб не причинить ненужной боли, прижал к губам кружку.

– Как тебя зовут малышка? – хриплый голос прозвучал неожиданно ласково. От такого свирепого воина я не ожидала нежностей.

Глотнула последнюю каплю снадобья и отстранилась.

– Ш-ш-шэнна… – промямлила.

Распухшие губы искажали звуки, хорошо хоть язык был на месте и в рабочем состоянии. Иначе, представляю, какая каша доносилась бы из моего рта.

Это имя я давно уже подобрала, как замену настоящему, предпочтя из множества других популярных имен. Во-первых, оно очень похоже на Шани, и я быстрее привыкну на него откликаться. А во-вторых, в нашей местности им называют каждого второго младенца женского пола. Есть и мужской вариант – Шэн, не менее популярный Видимо родители пытаются таким образом снискать благословение демиургов. Ведь оба варианта в переводе с древнего языка означают “милость творца”.

– Будем знакомы, Шэнна. Меня можешь называть Эд… – мягко улыбнулся мужчина. Карие глаза сверкнули лукавством.

Я осмотрела воина с головы до ног. Добротный камзол, качественные сапоги, дорогое оружие. Просто Эд? Навряд ли.

– Уместно ли такое обращение, уважаемый лорд, – медленно произнесла, тщательно выговаривая звуки.

– Тебе уместно, Шэнна.

Мое имя он произнес со странной интонацией. Перекатывая на языке, как сладкую карамельную конфету. Мне показалось, что и меня он готов разгрызть, как ту самую конфету.

Немного отодвинулась от нависшего надо мной воина и впервые осмотрелась. Парусиновые стены, потолок. В углу жаровня, складной стул и стол.

В горле пересохло. Я в лагере. А кто у нас может стоять лагерем недалеко от монастыря? Правильно. Мой жених, от которого я так усиленно делала ноги. Точно – в сердцах едва не хлопнула себя по лбу – он ведь назвался перед тем, как я потеряла сознание. Эдхард. Эдхард Горарский!

У меня совсем вылетело из головы. Едва пришедший в себя после обморока, организм отодвинула львиную долю воспоминаний на задворки разума, пытаясь справиться со слабостью.

Кожа

покрылась мурашками, и я почувствовала, как на затылке встают дыбом волоски. Ситуация оказалась еще хуже, чем я вначале предположила. Стоит только отеку сойти, как правда сразу выплывет наружу.

– Я пойду, наверное, – отодвинулась еще дальше. – Не хочу вас обременять… э-э-э… уважаемый лорд.

Глаза мужчины опасно блеснули.

– Ты самое приятное бремя, из всех мне известных, – проворковал он. Провел, едва касаясь, подушечками пальцев по моему виску.

Я задрожала. Горло сдавило, по венам, будто побежал жидкий лед. Отпускать меня никто, судя по всему, не собирался.

– Кто вы? – повторила вопрос…

Важно было именно от него услышать правду. Чтоб уж точно вогнать последний гвоздь в крышку моего гроба. А так маленький огонек надежды, что я ошиблась, продолжал тлеть, неимоверно раздражая и отвлекая от проблем насущных.

– Эд…

Я покачала головой. Не люблю игры, а он явно со мной играет.

– Я король Эдхард Горарский, девочка, – нахмурился, явно недовольный моим упрямством. – И теперь ты принадлежишь мне.

Паника забилась внутри, захлестнула волной. Кажется, он догадался, кто я. Догадался, и теперь тоже ждет, что я сама признаюсь…

Вскинула испуганный взгляд, внутренне замирая от страха и напряженного ожидания. Перед глазами мелькнули картинки ужасного будущего, которое пророчила матушка Арура. Но в глазах короля было лишь любопытство и ни капли узнавания.

– Зачем я вам? – Попыталась отговорить жениха, который ни на крупицу не подозревал, кто я и насколько разрушил мои планы. – Давайте вы меня просто отпустите. Я некрасивая, больная. И… и… очень больная. А, возможно, заразная. Сильно… – начала сочинять на ходу.

В глазах оборотня заплясали смешинки.

– Тебя уже осмотрел врач. Ты здорова. Нужно только немного откормить, а то боюсь о кости оцарапаться.

Щеки запылали. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, на что намекает Эдхард.

– Не откормлюсь, – упрямо нахмурилась и моментально скривилась от боли. Любое движение мимических мышц причиняло дискомфорт.

Показалось, что Эдхард скрипнул зубами. Но его добродушное выражение не изменилось ни на йоту. Лишь губы чуть больше сжались в четкую линию. Красивые губы, между прочим. "Наверное, такие губы приятно целовать...", – внезапно подумалось мне, и тут же захотелось дать себе подзатыльник. Вот о чем сейчас не стоит думать, так о поцелуях. Тем более с королем.

– Не люблю, когда перечат, – отчеканил. – Тебе придется привыкнуть, слушаться меня во всем, Шэнна.

Угроза в тоне была более чем ощутима. Романтические бредни улетучились из головы, как пушистые семена одуванчика.

– А теперь бери в руки миску с бульоном, – все тем же угрожающим тоном продолжил Эдхард. Подхватил с небольшого столика посудину и демонстративно встряхнул ею. Жидкий суп опасно заколебался, грозя перелиться за край. Я поспешно подогнула ноги и упрямо взглянула в теплые карие глаза. Не хочу.