Женщины

Буковски Чарльз

91

После того как Дебра ушла утром на работу, я вымылся в ванне, затем попробовал посмотреть телевизор. Походил по квартире голышом и заметил, что меня видно с улицы через переднее окно. Поэтому я выпил стакан грейпфрутового сока и оделся. Наконец ничего больше не оставалось – только ехать к себе. Там уже почту принесли: может, письмо от кого-нибудь. Я убедился, что все двери заперты, дошел до «фольксвагена», завел его и поехал обратно в Лос-Анджелес.

По дороге я вспомнил Сару,

третью девушку, с которой познакомился на чтениях в «Улане». Ее номер лежал у меня в бумажнике. Я доехал до дому, посрал, затем позвонил ей.

– Алло, – сказал я, – это Чинаски, Генри Чинаски…

– Да, я вас помню.

– Чем занимаетесь? Я вот подумал: может, стоит вас повидать.

– Мне сегодня в кафе работать. Давайте прямо сюда и приезжайте.

– Там у вас здоровую пищу подают, да?

– Да, я сделаю вам хороший сэндвич, полезный для здоровья.

– О?

– Я закрываюсь в четыре. Заезжайте чуточку пораньше.

– Ладно. Как до вас добраться?

– Берите ручку, я продиктую. Я записал инструкции.

– Увидимся примерно в три тридцать, – сказал я.

Около 2.30 я влез в «фольксваген». Где-то на трассе перепутались инструкции – или же запутался я сам. У меня великая нелюбовь к скоростным трассам и инструкциям. Я свернул и очутился в Лейквуде. Причалив к заправке, позвонил Саре.

– Таверна «Забегай», – ответила та.

– Хрен там! – сказал я.

– Что случилось? У вас голос сердитый.

– Я в Лейквуде. У вас инструкции ебанутые.

– В Лейквуде? Подождите.

– Я еду обратно. Мне нужно выпить.

– Постойте-постойте. Я хочу вас увидеть! Скажите, на какой вы улице в Лейквуде и какой ближайший перекресток.

Я оставил трубку болтаться и пошел глянуть, где нахожусь. Сообщил Саре. Она меня перенаправила.

– Это легко, – сказала она. – Теперь пообещайте, что приедете.

– Ладно.

– А если снова заблудитесь, позвоните мне.

– Простите, но, видите ли, у меня нет чувства направления. Мне всегда кошмары снятся, что я где-то теряюсь. Я наверняка с другой планеты.

– Все в порядке. Только поезжайте, как я объяснила.

Я вернулся в машину, и на этот раз все оказалось легко. Вскоре я выбрался на Тихоокеанскую прибрежную трассу и уже искал нужный поворот. Нашел. Он привел меня в снобский район магазинов у самого океана. Я ехал медленно и увидел ее – «Таверна "Забегай"», большая вывеска, намалеванная от руки. В витрине приклеены фотографии и открыточки. Кафе здоровой пищи без дураков, господи ты боже мой. Мне не хотелось туда забегать. Я медленно объехал весь квартал. Свернул вправо, потом еще раз вправо. Увидел бар, «Крабья гавань». Оставил машину снаружи и зашел.

3.45 дня, все места заняты. Большинство клиентов уже хорошенько продвинулось. Я встал у стойки и заказал «водку-7». Взял стакан в телефонную будку

и позвонил Саре.

– Ладно, это Генри. Я здесь.

– Я видела, как вы дважды проехали мимо. Не бойтесь. Где вы?

– В «Крабьей Гавани». Я тут выпиваю. Скоро буду у вас.

– Хорошо. Только не сильно выпивайте.

Я выпил тот стакан, а потом – еще один. Нашел маленькую незанятую кабинку и сел. Мне совсем не хотелось идти. Я едва помнил, как Сара выглядит.

Я допил стакан и поехал к ней. Вылез из машины, открыл сетчатую летнюю дверь и вошел. Сара стояла за прилавком. Она увидела меня.

– Привет, Генри! – сказала она. – Я буду с вами через минуту.

Она что-то готовила. Четверо или пятеро парней сидели и стояли вокруг. Некоторые сидели на кушетке. Другие сидели на полу. Всем чуть за двадцать, все одинаковые, на всех прогулочные шортики, и все они просто сидели. Время от времени кто-нибудь закидывал ногу за ногу или кашлял. Сара была сравнительно симпатичной женщиной, стройной и двигалась порывисто. Класс. Волосы светло-рыжие. Смотрелись очень хорошо.

– Мы о вас позаботимся, – сказала она мне.

– Ладно, – ответил я.

В кафе стоял книжный шкаф. В нем – три или четыре мои книжки. Я нашел какого-то Лорку, сел и сделал вид, что читаю. Так можно не видеть парней в их прогулочных шортиках. Они выглядели так, будто их ничего никогда не трогало: все хорошо вынянченные, защищенные, с легким лоском довольства. Ни один никогда не сидел в тюрьме, не вкалывал своими руками, их даже легавые за превышение скорости не штрафовали. Сливки оттяга, вся компашка до единого.

Сара принесла сэндвич со здоровой пищей.

– Вот, попробуйте.

Я съел сэндвич, пока парни били баклуши. Вскоре один поднялся и вышел. За ним другой. Сара прибиралась. Оставался только один. Года 22, и он сидел на полу. Костляв, спина согнута колесом. Очки в тяжелой черной оправе. Он тут казался самым одиноким и слабоумным.

– Эй, Сара, – сказал он, – пошли сегодня вечером пивка попьем.

– Не сегодня, Майк. Давай лучше завтра?

– Хорошо, Сара.

Он встал и подошел к стойке. Положил на стойку монету и выбрал полезную для здоровья печенюшку. Он стоял у прилавка и жевал полезную для здоровья печенюшку. Дожевав, повернулся и вышел.

– Вам понравился сэндвич? – спросила Сара.

– Да, неплохо.

– Вы не могли бы внести столик и стулья с тротуара?

Я внес столик и стулья.

– Чем вы хотите заняться? – спросила она.

– Ну, баров я не люблю. Там воздух спертый. Давайте возьмем чего-нибудь выпить и поедем к вам.

– Хорошо. Помогите мне вынести мусор.

Я помог ей вынести мусор. Потом она заперла дверь.

– Поезжайте за моим фургоном. Я знаю лавку, где продают хорошее вино. Потом поедете за мной ко мне.