Женушки из Бата
Шрифт:
– Это так мило с вашей стороны, — проворковала Аманда и протянула чашку Хьюго. — Пожалуйста, налей еще чаю, дорогой.
– У нас закончилось молоко, — сказал Хьюго. — Дорогая, — поспешно добавил он.
Аманда закатила глаза, глядя на журналистку.
– Мужчины! Как типично для них! Ты просишь их не забыть только про одну вещь. О, хорошо, — добавила она с театральной живостью. — Знаете, как теперь говорят? Если хочешь, чтобы что-то было сделано, не проси занятого человека. Попроси постоянно находящуюся под стрессом, совмещающую несколько занятий и решающую множество
Журналистка захихикала и еще что-то записала в блокноте, а Хьюго молча заскрипел зубами.
– Итак, я сделал все, что ты хотела. Я тебе во всем подыгрывал, — сказал Хьюго Аманде после того, как дверь наконец закрылась за журналистами.
– Определенно, — согласилась она.
– Значит, теперь мы можем поговорить про нас? О Тео? — Хьюго старался произносить слова настолько спокойно, насколько мог. Он старался не идти на конфронтацию.
– Если хочешь, — ответила Аманда. — Но я не понимаю, зачем.
– Потому что ты говорила про развод, — милым тоном напомнил ей Хьюго. — И про то, чтобы забрать Тео.
Он прижался носом к теплой головке ребенка, которого держал с тех пор, как Аманда прощалась с журналистами.
– И что изменилось? — легким тоном спросила Аманда.
Хьюго хотел кричать от шока. Значит, она устроила ему ловушку. Она и не собиралась вести переговоры. Никогда. Она только намекнула на это, чтобы купить его молчание и сотрудничество во время этой рекламы себя, любимой. Он с ненавистью уставился на Аманду. Значит, вот оно что. Это война.
– Ну, погоди, — сказал он тихим голосом, полным ярости. — Я буду сражаться с тобой за Тео до конца.
– Ну, удачи тебе, — Аманда надела пальто. — Тебе она потребуется. Ты только что подтвердил журналистам общенационального издания, что я фантастическая жена и мать. Может, ты бы и не проиграл раньше, но теперь ты точно проиграешь.
Глава 26
Элис ждала подходящего момента, чтобы обсудить будущее с Джейком. Пока он не наступил, по большей части из-за постоянного отсутствия мужа. Он все больше занимался «Собери и используй!», а потом проводил вечера, агитируя за охрану окружающей среды. Это означало, что возможность поговорить представлялась или рано утром, сразу же после пробуждения, или поздно вечером, непосредственно перед сном. Ни то, ни другое время не подходило для обсуждения возможного распада семьи.
Она постоянно думала про Хьюго. Джейк приходил поздно, и Элис каждую ночь одна лежала в постели, и заново переживала ощущения, испытанные с Хьюго. Она помнила прикосновение его губ к глазам, губам, шее и груди. Ей до боли хотелось узнать, как он и как обстоят дела с Амандой. Но только полная дура при таких обстоятельствах попыталась бы с ним связаться. Это было неразумно. Вначале следовало решить вопрос с Джейком. И, как подчеркивал Хьюго, самым разумным и искусным способом из возможных. Элис долго и напряженно думала об их разговоре в ресторане и теперь была настроена оптимистично. Учитывая работу юристом и способности к представлению аргументов, ей, возможно, удастся убедить Джейка,
В тот вечер она уже почти заснула, но внезапно входная дверь хлопнула со всей силы. И сразу же после этого послышались тяжелые шаги явно разозленного человека.
Роза на оттоманке заворочалась и захныкала. Элис под пуховым одеялом застыла, и ей стало еще холоднее, чем было раньше, учитывая вечное строгое нормирование отопления.
Дверь в спальню открылась, и туда проник луч света.
– Эл! — прошипел Джейк. — Мне нужно с тобой поговорить внизу. Сейчас.
Она виновато вылезла из-под одеяла. Чувствуя себя несчастной, она догадалась, что он узнал про Хьюго. Но каким образом?
– Вайда! — взорвался Джейк в виде объяснения, когда дрожащая от холода Элис босиком спустилась в гостиную и выяснила, что ее подозрения оправданы.
– Вайда? — Элис поплотнее обернулась слишком большой, застиранной футболкой с чужого плеча.
– Вайда! — повторил Джейк.
– Ты имеешь в виду ту краску, которой раскрашивали себя древние британцы, чтобы отпугивать римлян?
А это как помогло его дедуктивным размышлениям?
– Она становится жизнеспособной альтернативой потенциально способствующей образованию злокачественных опухолей, искусственной краске цвета индиго, которая сейчас используется для крашения джинсов.
Элис нахмурилась.
– Что? Я не понимаю.
Джейк порылся в кармане. — И я тоже не понимал, когда впервые это нашел, — рявкнул он, размахивая мятым куском белого хлопчатобумажного материала у нее перед носом.
Элис уставилась на кусок ткани. Вначале ей было забавно, но потом она его узнала, и у нее учащено забилось сердце. Это был платок, который ей одолжил Хьюго, когда они встретились в книжном магазине. Наверное, Джейк нашел его среди белья, предназначенного в стирку. И конечно на нем стояли инициалы Хьюго.
О, сейчас просто разыграется «Отелло». Как глупо с ее стороны, черт побери. Элис сжала кулаки. Ей следовало сразу же спрятать платок. Но в то время это не требовалось. Тогда она отчаянно не хотела видеть Хьюго, как сейчас. Она хотела от него избавиться.
– Я никак не мог догадаться, кто такой ХДЭФ, — рычал Джейк, глаза которого гневно блестели в проникающем сквозь дуршлаги на потолке свете. — А затем на показе мод все внезапно стало ясно.
– На показе мод? — Все, что он говорил, имело для Элис все меньше и меньше смысла. Что Джейк делал на показе мод?
– Лондонская неделя моды, — огрызнулся Джейк. — Мы с Джесс были там сегодня вечером. Проводили кампанию, призывая шире использовать безопасные для экологии красители.
– Понятно, — слабым голосом сказала Элис. — Вот откуда появилась вайда.
– Да, и именно там я видел эту самодовольную и заносчивую форель, которая ходила за занятия по подготовке к родам. Редакторшу, — Джейк сделал паузу.
Элис почувствовала панику.
– Аманду?
– Которая сказала мне, что ты трахаешься с ее мужем, — едко продолжал Джейк и помахал платком. — Хьюго Деннисом Эриком файном?