Жернова. Книга 2

Росс Вик

Ларс взглянул на часы — ну да, четыре двадцать утра, — как и должно быть… Тогда почему он видит закатное солнце? Чижика угораздило попасть в штормовую воронку около семи-восьми часов вечера… И почти десять часов их несло через Лютую лужу… Значит, здесь — на побережье Лаара сейчас должно быть раннее утро, а не вечер! Бред, да и только… Хотя о чем это он — разве все, что произошло с ними можно считать нормой? Но искать ответы он будет потом. Позже.

Главное — они в безопасности. Они живы. Ссадины, ушибы, порезы и даже перелом — рядовые травмы в ходе испытательного полета в штормовых условиях. О гибели мотомеханика Ларс старался не думать, —

тяжело. Что ж, придется поверить в то, что случилось чудо. А как иначе назвать стремительное изменение обстоятельств, обещающих неизбежную гибель, в сторону резкого улучшения. Похоже, один из ангелов, мимоходом пролетая над Лютым океаном, заметил парочку грешников и намекнул Господу, что эти двое, вернее — трое, если считать Бьорка, еще могут пригодиться в его грандиозных планах, неведомых смертным.

И что удивительно, Чижик — практически в порядке, не считая поверхностного повреждения обшивки, одного из шпангоутов и, судя по всему, — некоторого ослабления заклепочных соединений. Возможно, что-то еще — но это почти не сказывается на управлении и стабилизации судна.

Их прикидочные расчеты оказались верными — дирижабль действительно принесло на север Лаара, и как по заказу — прямо к столице, над которой все еще нависала штормовая тьма. Зрелище было грандиозным… Огромный город хребтом вздымался над заливом. Ларс видел сотни судов в гавани Сильфурбэй и серебристо-белые пески в маленьких бухтах на побережье… Видел колоссальное сооружение типа виадука, ведущее прямо в сердце Бхаддуара, и мощную причальную мачту, пронзающую сизые тучи. Вокруг нее, как флюгер, вертелся грузовой дирижабль Империи. Выходит, на побережье еще вовсю свирепствует шквалистый ветер, тогда как над открытой водой становится все спокойней… Ларс нашарил здоровой рукой сигареты и жадно затянулся, наплевав на безопасность.

— Скоро швартуемся… — вздохнул Гуннар, покосившись на брата. Он полностью взял на себя управление, поддерживая заданный курс, стабилизируя положение судна и отслеживая тангаж.

— Как мы это сделаем, якорь мне в задницу!?! — просипел Ларс, — ты что не видишь! — он кивнул в сторону мачты с темной точкой дирижабля.

— Ты ругаешься, как портовый грузчик, твоя светлость… — хмыкнул Гуннар, — вижу, конечно. — Прищурив глаз под опухшим веком, он вгляделся в воздушный корабль Энрадда, напоминавший упитанную муху, нарезавшую круги над банкой с вареньем. — И вижу, что замедляется…. — удовлетворенно констатировал он, — явно замедляется…

— Даже если так… Чижику придется садиться на пузо, раз на мачте завис наш грузовик…

— Не придется… — Гуннар постепенно снижал скорость, — я разве не говорил, что на авиаплощадке Бхаддуара кроме стационарной, уже полгода используют передвижную мачту?

— Не говорил… — с нажимом произнес Ларс.

— Не хмурься — я был уверен, что говорил…

— Ладно, и когда успели?

— Помнишь выступление шефа военно-инженерного ведомства в Министерстве по поводу сложности изготовления телескопических мачт и ненадежности их в эксплуатации?

— Помню, что Совет отверг это предложение… Или нет? — Ларс сделал паузу, подавляя тошноту.

— Поначалу — да. Но буквально через пару недель было дано указание создать опытный образец передвижной мачты на треугольной решетчатой платформе. С той самой шарнирно-подвижной «ногой» для изменения высоты, что разработали в Проектном ведомстве твоего отца. И проверить один из них здесь — на авиадроме Бхаддуара. Извини…

— Утомил ты своими извинениями. —

Ларс не скрывал раздражения тем, что кузен легкомысленно забыл упомянуть, что в дело пошли разработки его погибшего отца — младшего брата императора Магнуса…

— И как двигается опорная платформа? — Ларс попытался подавить обиду, продолжив разговор о технологии. — Ведь проект предполагал, что ее будут перемещать на железнодорожных тележках по колее…

— Лаарцы все упростили до предела, используя труд тысяч рабов. Так что в нашем распоряжении идеально выровненная швартовочная площадка с отменным покрытием и выдрессированные кнутом причальные команды.

— Весьма прогрессивные технологии, — буркнул Ларс. — Однако, удивлен, что корабль не сорвало при таком шквале, — перешел он на более насущную тему, наблюдая за судном, которое действительно останавливало свое кружение.

— Срывы при шквале регистрируют все реже… Стыковочный узел модернизировали, да и носовую часть упрочняют, насколько это возможно… Хотя, еще год назад в Равенне, помнишь, Сокол разбился?.. Парни просто не успевали повернуть корабль по ветру — броски ветра оказались быстрее.

— Да уж, нашим в рубке не позавидуешь, если они там… — пробормотал Ларс.

— Вряд ли, — возразил Гуннар, — судно, скорее всего, уже разгрузили, и команда отдыхает. Корабль удержится в стыковом гнезде и без пилотов — на этот случай спроектировали автомат-реактор… Уже полгода как.

Ларс сознавал, что они оба сейчас слишком много болтают, что случается после хорошей встряски после почти состоявшегося интимного свидания со смертью…

— Я бы, пожалуй, рискнул глянуть с верхушки мачты, как хвост дирижабля вертится… — бодро заявил Гуннар.

— Лично я — пас. Похоже, наелся адреналином на год вперед, — качнул головой Ларс и тут же пожалел об этом, с трудом подавив приступ рвоты. — И, судя по всему, заработал неслабое сотрясение мозга…

Небо над побережьем быстро светлело. Грузовой корабль на мачте завис в неподвижности, — целый и невредимый. Серебряная бухта становилась все ближе. Мощные скальные выступы, образующие естественный волнорез, надежно защищали гавань от штормовых волн. Множество пирсов вгрызалось в спокойную синь гавани. А над ней ступенями поднималась громада города, увенчанного величественным дворцом Розаарде, пламенеющего в лучах заката.

— Ну и махина… — пробормотал Ларс, регулируя резкость бинокля.

— Ты про дворец? — спросил Гуннар, ревниво сравнивая Розаарде с императорским дворцом в Эббе.

— Я про мачту, — эта их Небесная игла больше походит на Небесный лом… она явно раза в три толще наших стационарок… И зачем нужны те огромные зигзагообразные конструкции, что поднимаются до самого верха?

— Пандусы. Дело в том, что исходный проект, который мы передали лаарцам, их инженеры изменили с учетом здешних условий, то есть, по максимуму используя человеческие ресурсы.

— Снова рабы?

— Снова, — кивнул Гуннар. — У нас грузовые лифты, а у них — рабы, которые тащат грузы по лестницам или волокут по этим самым пандусам на верхотуру. Потому сооружение и выглядит таким массивным.

— Это же адский труд, — Ларс непроизвольно сжал пальцы в кулак и тут же скривился от боли.

— Порхи для них — что мусор под ногами. Рассказывали, что ослабевших носильщиков просто сбрасывают вниз, чтобы не тормозили движение всего потока…

— Жестко. — Ларс помолчал. — Подожди, а как поднимаются пилоты, бортмеханики… ну и их надзиратели, в конце концов?