Жить дальше

Сойер Роберт Джеймс

Сара уже давно не видела никого их них во плоти — хотя выражение «во плоти» здесь не очень подходило.

Перед ними стоял, поблёскивая на солнце, робот — на её взгляд, одна из последних моделей; он выглядел более изысканно и молодцевато, чем все, что она видела раньше.

— Здравствуйте, — сказал робот Дону совершенно обычным мужским голосом. Он был примерно пяти футов шести дюймов ростом: достаточно, чтобы нормально функционировать в мире людей, но не настолько высокий, чтобы люди его пугались. — Могу я видеть доктора Сару Галифакс?

— Я Сара

Галифакс, — ответила она. Голова робота повернулась и поднялась, уставившись на неё. Сара подозревала, что он анализировал её лицо и голос, чтобы убедиться, что она — это и правда она.

— Здравствуйте, доктор Галифакс, — сказал робот. — Вы не отвечали на звонки на ваш квартирный телефон, поэтому я принёс вам исправный аппарат. Кое-кто хотел бы с вами поговорить. — Робот поднял правую руку, в которой Сара едва смогла разглядеть датакомм-раковину.

— И кто же этот «кое-кто»? — спросила она.

Робот чуть-чуть наклонил голову, давая понять, что он прислушивается к словам кого-то ещё.

— Коди Мак-Гэвин, — сказал он. Сара почувствовала, как её сердце пропустило удар; ей захотелось, чтобы она сейчас стояла на самой лестнице, а не на площадке наверху — тогда она могла бы схватиться за перила. — Вы ответите на звонок?

Дон обернулся к Саре с круглыми глазами и раскрытым от удивления ртом.

— Да, — сказала она.

Слово было произнесено очень тихо, но роботу, по-видимому, не составила труда его расслышать.

— Вы позволите? — спросил он.

Дон кивнул и отступил в сторону. Робот вошёл в коридор, и Сара с изумлением заметила, что он обут в простые галоши, которые он, одним текучим движением согнувшись в пояснице, снял, обнажив синеватые металлические ступни. Машина прошагала через вестибюль, стуча пятками по старому, истёртому дереву пола, и легко взошла на первые две ступеньки — достаточно для того, чтобы протянуть датакомм Саре. Она взяла его.

— Его надо раскрыть, — услужливо подсказал робот.

Сара сделала это и тут же услышала сигнал вызова из крошечного динамика. Она поспешно поднесла датакомм к уху.

— Здравствуйте, доктор Галифакс, — произнёс чёткий женский голос. Саре было не очень хорошо слышно, но она не знала, где здесь регулируется громкость. — Подождите секунду; мистер Мак-Гэвин сейчас ответит.

Сара взглянула на мужа. Она множество раз говорила ему, как терпеть не может людей, которые вот так вот заставляют вас ждать. Практически всегда это какой-нибудь надутый болван, считающий, что его время дороже, чем время любого другого. Но в данном случае, полагала Сара, это истинная правда. О, на Земле, возможно, и есть несколько человек, зарабатывающих в час больше, чем Коди Мак-Гэвин, но она не смогла бы вот так сразу припомнить имя хотя бы одного из них.

Как Сара часто говорила, SETI — это Бланш Дюбуа [6] научных изысканий: она всегда зависит от милости незнакомцев. Будь то сооснователь «Майкрософт» Пол Аллен, пожертвовавший в 2004 году 13,5 млн. долларов на массив радиотелескопов, или сотни

тысяч частных пользователей компьютеров, жертвующих проекту «SETI@home» лишние такты своих процессоров, программа «Поиска Внеземного Разума» [7] десятилетие за десятилетием оставалась на плаву благодаря щедрости тех, кто верил, во-первых, что мы можем быть не одиноки, и, во-вторых, что это имеет какое-то значение.

6

Персонаж пьесы Теннеси Уильямса «Трамвай „Желание“» (1947).

7

SETI — Search for Extra Terrestrial Intelligence — Поиск Внеземного Разума.

Коди Мак-Гэвин к сорока годам сколотил миллиарды на разработке и производстве роботов. Его проприоцептивная сенсорная сеть являлась основой конструкции любого современного робота на планете. Он родился в 1985 и всю свою жизнь увлекался астрономией, научной фантастикой и космонавтикой. Его коллекция предметов, связанных с программой «Аполлон», предприятием, начавшимся и завершившимся задолго до его рождения, была крупнейшей в мире. А после кончины Пола Аллена он стал крупнейшим спонсором программы «SETI».

Сразу после слов секретарши в датакомме заиграла музыка. Сара узнала Баха — и поняла шутку: она, вероятно, была из числа очень немногих ещё живущих, кому она была понятна. Много лет назад, задолго до первого сигнала из созвездия Дракона, в одной из дискуссий о том, какого рода послание люди могли бы отправить к другим звёздам, Карл Саган забраковал Баха, потому что, по его словам, «это бы выглядело, будто мы хвастаемся».

Посреди кончерто музыка оборвалась, и послышался хорошо знакомый голос: Мак-Гэвин разговаривал с тем бостонским акцентом, в котором «р» в слове «Гарвард» практически не произносится.

— Здравствуйте, доктор Галифакс. Простите, что заставил вас ждать.

Она почувствовала, как её голос дрогнул в манере, никак не связанной с возрастом.

— Это пустяки.

— Значит, они всё-таки это сделали, не так ли? — с явным удовольствием сказал он. — Они ответили.

— Похоже на то, сэр. — В восемьдесят семь совсем немного людей, которых станешь называть «сэром», но у неё это вырвалось само собой.

— Я знал, что они ответят, — сказал Мак-Гэвин. — Я просто знал. Теперь у нас завязывается диалог.

Она улыбнулась.

— И теперь наша очередь отвечать — как только мы сообразим, как расшифровать сообщение. — Дон пересёк прихожую и теперь преодолевал шесть ступеней. Когда он оказался рядом, она немного отставила датакомм от уха, чтобы ему тоже было слышно. Робот тем временем занял позицию у самой входной двери.

— Точно-точно, — сказал Мак-Гэвин. — Мы должны поддержать разговор. И именно поэтому я и звоню вам, Сара — вы не возражаете, если я буду называть вас по имени?