Жить или... Нежить?

Андреева Марина Анатольевна

Но это всё далеко. За тысячи километров отсюда. А тут? Тут незнакомый город. Который ещё предстоит узнать.

Игорь тем временем не бездействовал. Он разыскал своего товарища. Тот и вправду походотайствовал с устройством в музыкальную группу при каком-то кафе, неподалеку от центра города. Жаль денег это почти не приносило. Больше моральное удовлетворение и самореализация. А на что-то надо жить. За комнату пока платим из прихваченных мною сбережений, а потом?

— Нужно искать ещё какую-нибудь работу, — резюмировал

Игорь.

Работы он никогда не боялся. В Куйбышеве параллельно с учебой на филологическом — работал водителем в исполкоме. Вот только Плоткин ему жизнь в последнее время подпортил — вынудив выйти из комсомола. После чего Игорь висел на волоске от отчисления из университета и перевелся на вечернее, а сейчас и вовсе встал вопрос о заочном отделении. А ведь не везде готовы взять бунтаря с неоконченным высшим образованием. Ещё и армия нависла как дамоклов меч. Патриотизм патриотизмом, но не готова я его отпустить. Не тогда, когда столько пережив мы рискнули начать с чистого листа.

Квартирная хозяйка оказалась очень душевной старушкой. Куда не следует не лезла, довольствуясь тем, что мы сами готовы были рассказать. Вкратце и поведали о том какая сложилась ситуация с учебой у Игоря, угрозой армии и материальном положении. А ещё обмолвилась, что хочу избавиться от ненавистного штампа в паспорте. О том что брак по принуждению был.

— Муж у меня в университете историю преподавал… С деканом отношения хорошие. Попробую словечко замолвить. Может получится его восстановить? — задумчиво произнесла Антонина Ивановна.

Я едва обниматься к ней не кинулась в порыве благодарности. Конечно это ещё не факт, что Игоря примут, но всё же хоть какой-то шанс.

— Выходит, сбежала ты девочка из золотой клетки? — невесело усмехнулась тем временем меняя тему, собеседница. — А Игорь… Вы давно вместе? — ей явно было неудобно задавать столь нетактичный вопрос, однако любопытство победило.

— На практике в институте познакомились. Но Плоткин вбил себе в голову, что я его невеста и никак иначе. Я пыталась отказать. И он тогда предупредил: "В этой жизни существует очень много страшных вещей. Не жалеешь себя, пожалей родителей…" — вздохнув, процитировала угрозы бывшего мужа я.

Слово за слово и я в рамках допустимого поведала нашу историю. Опустив вампиров, и смерть моего мужа.

— Ну с тобой всё просто… — сидя на кухне за кружкой чая, резюмировала Антонина Ивановна. — Я сама всю жизнь в школе преподавала. Биолог. Связи остались. Сейчас там ремонт затеяли. Сокращение. Переводят персонал, и учеников большую часть в соседние школы. Пришлось на пенсию выйти. Освободить дорогу молодым, как говорится. Для начала тебе хоть в гардероб пристроиться бы. А там…

Кто же против? Я только "за".

— А твой ненавистный штамп не проблема, — тут же отмахнулась Антонина Ивановна. — Тащи сюда паспорт.

Я

ничего сказать не успела, а она его сунула под кран.

— Ох! — притворно всплеснула рукой. — Вот дура старая… Прости, я его нечаянно постирала.

При этом раскаяния на лице ноль. Разлепила склеившиеся мокрые страницы и кое-где ещё и дополнительно намочила, приговаривая:

— Вот так хорошо будет…

Неожиданный поворот. В смысле, не ожидала подобного от этой степенной пожилой женщины. Вся такая правильная, и вдруг такое!

— Собирайся! — скомандовала Антонина Ивановна.

— Куда? — опешила я.

— На кудыкину гору…

Как выяснилось — в паспортный стол.

Несколько остановок на троллейбусе и вот мы на месте. Внутри толпятся очереди. Но моя наставница их будто не замечает. Плывёт сквозь толпу, будто крохотный ледокол, и меня на буксире тянет. Пробралась к одному из окошек.

— Антонина Ивановна!!! — искренне обрадовалась заметив её сотрудница — молодая женщина лет тридцати. — С чем пожаловали?

Очередь, почуяв неладное, недовольно загомонила.

— Технический перерыв! — рявкнула им в ответ паспортистка, закрывая окошко.

Мгновение спустя она выглянула в забитый народом коридор, поманив нас к себе. Вот уж не ожидала, что и здесь обрету связи. Да ещё так быстро.

— Моя ученица, — пробираясь к цели, шепнула мне спутница.

Нас провели в кабинет. Предложили чая.

Антонина Ивановна представила меня внучатой племянницей. Благо прочие документы сохранились и там имелись все данные. Совпадающая фамилия облегчила решение вопроса. Временно мне выдали справку взамен паспорту.

А ещё спустя пару часов мы уже расположились в кабинете директора ближайшей к дому школы. Той самой, в которую я мечтала попасть. Как и прогнозировала моя наставница — по специальности места не нашлось. Однако директор — представительного вида мужчина, лет тридцати пяти — сорока, встретил меня более чем доброжелательно.

— Глеб Валерьянович, здравствуйте, внучка вот приехала… Устроить бы… — произнесла Антонина Ивановна взглядом указывая мне, чтобы документы дала.

Ну я и дала. Заменяющую паспорт справку из милиции. Комсомольский билет. Диплом. Трудовую книжку. Даже свидетельство о рождении зачем-то достала.

— Внучка? — удивился директор, видимо не припоминавший у недавней сотрудницы детей.

Хотя кто знает? Может есть у неё дети и внуки. Сама она только про брата однажды обмолвилась, и сегодня о муже заикнулась вскользь, на этом всё. Я в душу не лезла. А Игорь вообще с ней почти не общался. Он допоздна на работе, потом половину дня спит и до вечера бегает в поиске ещё какой-нибудь работы. Да и не так давно мы знакомы, чтобы знать всю подноготную.

— По брату… — не моргнув глазом соврала старушка. — Внучатая племянница.